Удивляться было некогда: сейчас настал далеко не лучший момент для разговоров, куда важнее было сперва скрутить нападавшего.
Мо Ци годами крутился ради куска хлеба, так что выносливостью обладал отменной, да и реакцией не обделён. Ляо Жусюэ же слыл круглым отличником, физически развитым, но в плане физподготовки всё же уступал Мо Ци.
Перевернув половину кабинета в погоне и стычке, Мо Ци вскоре ловко увернулся от удара канцелярским ножом, мёртвой хваткой вцепился Ляо Жусюэ в запястье, в мгновение ока вырвал лезвие и прижал того к столу, отвесив пару увесистых затрещин. Лишь когда Ляо Жусюэ окончательно выбился из сил, он наконец заговорил:
— Председатель, возьмите себя в руки!
Мо Ци бил исключительно туда, где больнее, но без угрозы для жизненно важных органов. На теле Ляо Жусюэ сейчас наверняка красовалось немало синяков, зато лицо осталось целёхоньким. Он по-прежнему выглядел как очкарик-отличник, разве что во взгляде читалась усталость.
Он тяжело посмотрел на Мо Ци, и в его глазах плескалось столько противоречивых чувств, что Мо Ци поначалу даже не смог расшифровать эту бурю эмоций.
Раз уж перед ним человек, всегда можно договориться — даже с тем, кто покушался на его жизнь. Мо Ци твёрдо решил выяснить, что за проклятые характеристики и навыки навязала ему эта игра.
Мо Ци недоумённо спросил:
— Председатель, мы же просто работали и болтали, с чего вдруг нападать на меня?
Ляо Жусюэ не ответил, лишь беззвучно криво усмехнулся.
Подумав немного, Мо Ци махнул рукой на всё:
— Председатель, если не озвучивать некоторые чувства, я ведь до самой смерти ничего не пойму.
Эти слова задели Ляо Жусюэ, и он медленно произмолвил:
— Я заметил тебя ещё на первом курсе, когда ты только вступил в студенческий совет.
— Ну это нормально, — естественно отозвался Мо Ци. — В тот день мы готовились к вечеру первокурсников, и ты заставил меня помогать разбирать призы. Мы возились до полуночи, так что, если бы ты этого не запомнил, это было бы уже верхом неблагодарности.
Взгляд Ляо Жусюэ, погрузившийся было в воспоминания, вернулся к реальности от слов Мо Ци, а в голосе прозвучало досадливое раздражение:
— Ты и впрямь человек, у которого на уме одна лишь подработка, подарки да мысли о выживании. Когда же ты обратишь внимание на что-то ещё?
— Почему ты зациклился на этих подарках? Только из-за того, что после вечера первокурсников я забрал себе маленькую электрокастрюльку? Разве организаторам не разрешалось выбрать что-то из оставшихся призов? Все ведь что-то взяли! — запротестовал Мо Ци.
В тот год Мо Ци согласился остаться и помочь с вечеринкой первокурсников именно из-за той самой маленькой электрокастрюльки: с ней можно было варить лапшу прямо в общежитии, разве это не экономнее походов в столовую? В первом семестре первого курса Мо Ци никак не мог найти подработку, и долгое время выживал лишь благодаря этой кастрюльке — в чём она была виновата?
Вся палитра чувств Ляо Жусюэ разбилась вдребезги о железобетонную уверенность Мо Ци, и он с горечью бросил:
— У тебя в глазах лишь выживание, ты в упор не замечаешь прекрасного в жизни. Какая бездарная трата твоей натуры.
— Председатель, то, о чём ты говоришь, — это жизнь, а у меня тут — чистое выживание, — вздохнул Мо Ци. — Сама жизнь порой — сплошная головная боль, откуда у меня время думать о чём-то ещё.
— Верно. Вот я и подумал: стоит только разрешить проблему выживания, как ты сможешь стать самим собой, в чистом виде. Я так жду встречи с тобой, не скованным тисками выживания, — произнёс Ляо Жусюэ.
Мо Ци остолбенел:
— Ты... ты решил убить меня только из-за этого? И когда же тебе в голову пришла такая мысль?
— Как раз сегодня во второй половине дня, когда ты попросил меня помочь навести справки о Кэ Сяоси, я подумал: как же это прискорбно, я должен помочь тебе освободиться от пут. И ты можешь не бояться, я составлю тебе компанию.
Выходит, всё дело было в том навыке, который он несознательно применил днём. Подумать только, Ляо Жусюэ затаил на него смертную обиду ещё тогда — неудивительно, что он всё зазывал его вечером в студсовет.
Раз уж Ляо Жусюэ вознамерился его убить, Мо Ци, разумеется, не мог в ответ прикончить председателя. Делать было нечего: отыскав в шкафу студсовета моток верёвки, оставшийся с какого-то мероприятия, Мо Ци спеленал Ляо Жусюэ по рукам и ногам и только тогда наконец смог заглянуть в телефон.
После срабатывания события покушения со стороны Ляо Жусюэ игровое приложение ожидаемо обновилось.
Под навыком Взгляд добавился негативный эффект.
[Негативный эффект: руководствуясь принципами честности и справедливости, карточки характеристик, Карты предмета и Карты сцены уровня SSR также обладают негативными свойствами уровня SSR. У навыка Взгляд на данный момент обнаружено два негативных эффекта. Первый: безответная любовь жертвы бумерангом бьёт по игроку. Второй: существует определённая вероятность пробуждения тёмной стороны жертвы, что запускает событие «люблю тебя так сильно, что прикончу», с вероятностью впасть в Безумство; текущая вероятность составляет 10%, причём чем ближе жертва знакома с игроком, тем выше шанс.]
[Примечание: при одновременной активации первого негативного эффекта Аюры очарования «люблю тебя так сильно, что прикончу», шанс использования исключительно негативных эффектов Аюры очарования составляет 1%.]
Мо Ци потерял дар речи:
— ……
Он уже не знал, как и относиться к этому негативному эффекту.
Если не использовать Взгляд, Аура очарования будет без разбору влиять на всех вокруг: среди сотни людей непременно найдётся один, желающий его прикончить. И это лишь один из негативных эффектов, наличие прочих ещё предстоит проверить.
Если же применить Взгляд, это спровоцирует как агрессию из-за безответной любви, так и негативный эффект с вероятностью срабатывания в 10% — процент абсурдно высок, каждый десятый норовит его убить!
Хотя нет, не обязательно человек — может, найдутся какие-нибудь цветочки-травинки. Впрочем, боевой потенциал флоры слаб, и даже если какой-нибудь лист хлестнёт его по щеке, он вряд ли что-то почувствует.
И как совладать с этим талантом уровня SSR? Мо Ци уже понятия не имел, как пользоваться подобной способностью.
Скрежеща зубами от злости на экран телефона, он вдруг поймал на себе пристальный взгляд Ляо Жусюэ, который процедил:
— Я сделаю всё возможное, чтобы ты не получил эту стипендию.
Мо Ци перевёл взгляд с телефона на Ляо Жусюэ:
— С чего вдруг? Попытка убить меня — ладно уж, но стипендию-то почему не давать?
Претендентов на стипендию отбирали по совокупности факторов: академическая успеваемость — лишь один из них. Оценки по общественно-политическим дисциплинам, голоса однокурсников, преподавателей и студенческого совета играли огромную роль. Первая премия университетской стипендии составляла пять тысяч, а самая низкая — всего полторы. У Мо Ци были отличные оценки и примерное поведение, так что при благополучной сдаче экзаменов стипендия была у него в кармане. Но если Ляо Жусюэ приложит все усилия для саботажа, ему в лучшем случае светит лишь минимальная сумма.
А ведь эти деньги предназначались для оплаты учебы! Для студента разница между полутора тысячами и пятью — пропасть!
В этот момент сердце Мо Ци пронзила острая боль — она оказалась в тысячу раз сильнее той, что он испытал, узнав о покушении Ляо Жусюэ.
http://bllate.org/book/37733/4717084
Готово:
