— Бинх разве не псевдоним Би Сяо? Да ладно, они правда разные люди?
— Не думаю. По-моему, это точно Би Сяо!
— Может, Би Сяо решил воспользоваться случаем и раскрыть свой псевдоним? Ого, Би Сяо просто невероятен: и собой хорош, и поет, и песни пишет.
Ся И отстранил руку парня и понизив голос спросил:
— Братан, а твои сведения насколько достоверны?
— Ну… — парень замялся. — Достоверны или нет — скоро придут люди из съемочной группы, спросим и всё узнаем.
К сожалению, в тот день, даже подписав соглашение, сотрудники съемочной группы не проронили ни слова. Пока вокруг царил шум и пересуды, в соседнем Павильоне №1 отворилась дверь гримерки. Су Тань снял темные очки и, изможденно выдохнув, повалился на диван.
Его агент, Брат Май, просматривавший стопку бумаг, даже не поднял головы при его появлении:
— Ну как?
— Никак, — Су Тань прикрыл глаза и потер ноющую висок.
— Ничего, не торопись, господин Ся поймет твои старания, — без особого энтузиазма утешил его Брат Май и перевел разговор на работу. — Съемки первого выпуска через три дня. Группа официально объявит о твоем участии, тогда я и устрою продвижение в горячих темах.
Су Тань промычал что-то в знак согласия. За долгие годы между ними установилось полное взаимопонимание, и он не боялся доверять Брату Майю даже самые важные решения. Однако через несколько секунд он всё же спросил:
— А что насчет компании?
— Не волнуйся, перевес общественного мнения на нашей стороне, они не рискнут идти на открытый конфликт. — Брат Май выдернул из пачки несколько листов и бросил их перед Су Танем. — Вот соглашение с программой, внесли несколько дополнений, но они касаются только участников. Я просмотрел, можно подписывать.
Су Тань, полулежа на диване, лениво подцепил край бумаги и при свете ламп скользнул по ней взглядом:
— …В этот раз мест для дебюта всего пять, а они уже заняли три?
— По крайней мере, два места еще свободны, уже неплохо. — Брат Май искоса взглянул на него, приподняв бровь. — Я изучил досье на ту троицу: все они уже когда-то дебютировали, но не снискали успеха. Пришли в шоу нашего агентства просто ради блеска.
Су Тань недовольно хмыкнул, явно не в восторге от этой затеи. Но поскольку он согласился на участие не ради того, чтобы стать звездой завтрашнего дня, то на подобные закулисные договоренности смотрел сквозь пальцы.
Он приподнялся, взял со стола ручку, быстро расписался и спросил:
— На ближайшие дни работы больше нет?
— Осталось только сделать рекламные фото, и всё, — Брат Май забрал документы и, обернувшись, принес стакан воды. — Не забудь сходить в больницу на повторный осмотр. Всё-таки это музыкальное шоу, неизбежно придется…
— Я знаю, — прервал его Су Тань и залпом допил воду. — Зови визажиста. Как закончим со съемкой, я хочу домой, спать.
Съемочная площадка располагалась в пригороде города Б. Здесь не было ни небоскребов, ни деловых кварталов — лишь низкие постройки и старые заводы. Широкая равнина растянула закат в прямую линию, и оранжево-желтые мазки, словно на промокшем холсте, заполнили всё поле зрения.
Ся И стоял у входа в Павильон №2, вдыхая свежий воздух и любуясь мягким пейзажем. На душе было тревожно и одновременно радостно, а еще сильнее — нетерпеливо. Ему хотелось иметь машину времени, чтобы сразу перенестись на три дня вперед.
— Через три дня отборочный тур по группам. Какую песню собираешься готовить? — спросил Шэнь Цзымо.
Ся И назвал название малоизвестной композиции.
Шэнь Цзымо удивленно переспросил:
— А почему не Цзинмэн?
Цзинмэн была первой песней в стиле гуфэн, которая принесла Бинх оглушительную популярность. Прошло уже лет пять-шесть, а она до сих пор держалась в главных чартах. Ее перепевали топовые исполнители, она была известна буквально каждому в стране. Исполнив ее, Ся И мог бы как минимум привлечь внимание и удачно начать путь.
Ся И уже открыл рот, чтобы объяснить, но его перебил звонок мобильного. На экране высветилось имя: Цветок площади.
— Мама, — Ся И приложил палец к губам, призывая к тишине, настроился и ответил.
Голос Цзинь Цуйлань прозвучал неторопливо:
— Сынок, ты где?
— Только что вышел из павильона, — Ся И помедлил и сразу добавил: — Я уже подписал соглашение со съемочной группой, если не буду участвовать, придется платить неустойку.
— Вот оно как… — на том конце послышался шум. Ся И понимал, что на территории парка наверняка еще много людей, но успокоился: значит, его дневная выходка не привела к окончательному разрыву.
— Дедушка очень сердится, — продолжала Цзинь Цуйлань. — Мама звонит, чтобы сказать: в ближайшие дни ни в коем случае не возвращайся в парк, поживи у друга.
— Ладно… — Ся И нахмурился, отчего даже рука отозвалась болью. Он сдавленно охнул и продолжил: — Мам, должен тебя предупредить. Съемки будут закрытого типа, придется жить в общежитии, телефоны заберут. Какое-то время со мной нельзя будет связаться, но шоу скоро выйдет в эфир, увидишь меня по телевизору.
Цзинь Цуйлань помолчала и ответила:
— Малыш, ты уже взрослый, сам принимай решения.
— Спасибо, мам, — серьезно поблагодарил Ся И.
— Всё, не болтаем, дядя зовет. В парке дел невпроворот, береги себя.
Гудки.
Ся И даже не успел попрощаться — телефон отключился.
Даже летом темнеет быстро. На площадке включились прожекторы, отчего серый бетон начал источать тяжелый зной. Ся И взъерошил челку, вытирая пот, выступивший от духоты, и сказал Шэнь Цзымо:
— Дедушка в ярости, я не могу вернуться в парк.
— Тогда ты… — Шэнь Цзымо замялся.
Ся И внезапно улыбнулся, прищурив глаза:
— У тебя дома полно народу, не хочу доставлять неудобства. Да и жарко сейчас, не собираюсь я с тобой ютиться.
— А что такого, если со мной? С тебя не убудет, чего ты ломаешься? — подшутил в ответ Шэнь Цзымо.
— Что ты вообще несешь… — Ся И легонько толкнул его и повернулся, чтобы уйти. — Поехали на метро.
— Идет.
Однако, стоило им развернуться, как Ся И резко дернул Шэнь Цзымо за собой, пытаясь укрыться в стороне. Жаль, было уже поздно: позади них, неизвестно когда, кто-то стоял.
http://bllate.org/book/37722/4715968
Готово:
