– Подождите, – прервал его Цзи Ванхай. – Разве это не слишком формальный подход со стороны генерального директора Фу?
Фу Цзиньчжоу посмотрел на него. В глазах Цзи Ванхая читалась сплошная насмешка, в его пальцах крутилась перьевая ручка, а на губах играла едва заметная, презрительная улыбка:
– Возраст, семейное положение — разве генеральному директору Фу не следовало бы тоже об этом рассказать?
– Я не считаю, что это имеет отношение к работе.
– Разумеется, имеет. Если вы женаты, если у вас дома дети, то нужно ли мне, как вашему непосредственному руководителю, с учетом обстоятельств решать вопрос с переработками? Генеральный директор Фу, как вы думаете?
Фу Цзиньчжоу знал, что тот делает это нарочно, специально пытается вывести его из себя. Почему же, стоило им расстаться всего на три года, весь характер человека переменился? Сохраняя невозмутимость, Фу Цзиньчжоу ответил:
– Возраст — двадцать восемь лет, холост, готов в любой момент остаться на сверхурочную работу.
После окончания совещания остальные сотрудники один за другим покинули конференц-зал. Фу Цзиньчжоу тоже взял блокнот, собираясь уходить, но Цзи Ванхай окликнул его:
– Генеральный директор Фу, останьтесь.
Когда все в офисе разошлись, Цзи Ванхай встал, подошел и запер дверь на замок, заодно полностью опустив все шторы вокруг. Фу Цзиньчжоу не мог угадать, что у того на уме, поэтому оставалось лишь сидеть сложа руки. От самого Цзи Ванхая исходило какое-то давящее властное ощущение. Подойдя к Фу Цзиньчжоу со спины и опершись одной рукой о стол, он легонько дунул ему на ухо и, тихо усмехнувшись, произнес:
– Генеральный директор Фу, вы очень похожи на одного моего старого знакомого. Даже имя такое же.
Фу Цзиньчжоу немного отодвинул стул назад, повернулся к нему лицом и одарил безразличной улыбкой:
– Вот как? Какое совпадение, генеральный директор Цзи тоже очень похож на одного моего давнего знакомого. Только...
– Только что?
– Только тот мой знакомый был куда более обходителен и воспитан, чем генеральный директор Цзи, да и фигурой получше.
Цзи Ванхай наклонился, полностью заключив Фу Цзиньчжоу в ловушку своего кресла, и пристально заглянул ему в глаза:
– Правда? Генеральный директор Фу ведь не хочет сказать, что тот человек — твой бывший?
– Нет, – ответил Фу Цзиньчжоу, – мы просто спали вместе.
Лицо Цзи Ванхая мгновенно переменилось:
– Ладно, идите работать, поскорее приведите офис в порядок. И еще: в полдень составите мне компанию в поездке с инспекцией на рынок.
Фу Цзиньчжоу кивнул, велел разобрать один из рабочих столов в открытой зоне для сотрудников и принести компьютер, затем навел порядок на своем прежнем столе и устроился прямо рядом с главным столом. Воспользовавшись моментом, пока тот не видит, он украдкой поглядывал на него: всё тот же характер ёжика, чуть что — выпускает иголки и встает в защитную стойку.
Сюй Цайчжэ кипел от бешенства. Человек он был прямой, с резким нравом, поэтому сразу начал жаловаться прямо в офисе:
– По-моему, этот, как его, Цзи-хай, просто намеренно к тебе придирается! Рядом пустуют два кабинета, почему ему обязательно понадобилось делить один с тобой? Ну ладно, поделили, так нет же, посадил тебя рядом с собой! Он тебя за секретаря держит или за мелкого ассистента? В двадцать четыре года уселся в кресло генерального директора Южно-Китайского региона — кто знает, какими путями он туда выкарабкался!
Фу Цзиньчжоу же держался невозмутимо, протирая столешницу:
– Плевать. Сидеть где угодно — одно и то же. Что здесь, что в соседнем кабинете зарплата одинаковая. К тому же, когда я занимал пост регионального директора, мне тоже было двадцать четыре.
– Ты — другое дело! – встревожился Сюй Цайчжэ. – Ты перед назначением генеральным директором Южно-Китайского региона три квартала подряд занимал первое место по личным продажам в масштабах всей страны! К тому же, когда тебя перевели сюда, ты был всего лишь менеджером отдела продаж, и лишь после того, как продажи росли в годовом исчислении два квартала подряд, тебя повысили до заместителя генерального директора. А когда рост за год превысил 30%, ты занял должность генерального директора. Ты — специалист с подлинным, заслуженным авторитетом, а он... я с этим не согласен!
– У каждого свои сильные стороны. Тебе достаточно знать, что штаб-квартира ни за что не доверила бы столь огромный рынок совершенно никчемному человеку. Больше ни о чем не беспокойся и помогай новому генеральному директору Цзи точно так же, как помогал мне раньше.
– Легко тебе рассуждать! По-моему, лучше нам первыми нанести удар: устроить ему бойкот, противостоять ему, чтобы он остался в полном одиночестве и без всякой поддержки.
Фу Цзиньчжоу помрачнел и строго произнес:
– Брат Цзэ, мы не можем так поступать. Интересы компании превыше всего, а личные эмоции следует оставить в стороне.
– Понял я, понял. – Ответив так лишь на словах, Сюй Цайчжэ тут же вышел, чтобы переброситься парой слов с парнями из своего отдела. Он велел всем бойкотировать нового генерального директора, сославшись на то, что такова воля Фу Цзиньчжоу, — дескать, нужно заставить Цзи Ванхая осознать всю трудность своего положения и пораньше убираться обратно в штаб-квартиру пить кофе в тишине кабинета.
Цзи Ванхай обошел с инспекцией все рабочие зоны и вернулся в кабинет как раз в тот момент, когда Фу Цзиньчжоу заваривал чай. Подойдя, он опустился на стул напротив Фу Цзиньчжоу:
– У генерального директора Фу еще хватает досуга чаи распивать! Неудивительно, что подчиненные, которых он воспитал, ведут себя кто во что горазд: в такое время кто-то еще завтракает, кто-то наводит марафет, а кто-то слушает музыку. Если им совсем нечем заняться, я предлагаю напрямую сократить штаты. Нет, лучше всего просто урезать количество штатных единиц.
Замечания Цзи Ванхая ничуть не разгневали Фу Цзиньчжоу, и он налил ему чашку чая:
– Сейчас они завтракают, но по вечерам они обычно засиживаются допоздна. Те, кто отвечает за ночные смены, в первой половине дня, как правило, ничем не заняты, и сверхурочные по вечерам им тоже не оплачивают. Главное, чтобы каждый в течение дня выполнял то, что от него требуется, и доводил дело до конца. Я считаю, не стоит слишком зацикливаться на том, как именно распределено их личное время. Не знаю, какое мнение на этот счет у генерального директора Цзи?
– По мнению генерального директора Фу, внутренний распорядок компании можно считать пустой бумажкой, позволять сотрудникам вить из себя веревки и потакать любым их прихотям?
– Отнюдь нет. Обязанности на каждой должности разные, и порой некоторая гибкость идет только на пользу развитию предприятия. Разумеется, это лишь мое личное мнение.
Как ни странно, Цзи Ванхай не стал язвить в ответ, лишь сделал глоток чая и вернулся за свой собственный стол.
До чего же он не уловимый?
Фу Цзиньчжоу, разумеется, не собирался затевать с ним ссору первым. Он заварил себе чашку кофе в комнате отдыха и вышел на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха и сделать пару глотков. Телефон звякнул, оповещая о новом сообщении. Это было сообщение от Ship. Вот уже с полгода он каждые несколько дней присылал Фу Цзиньчжоу утренние весточки, и каждый раз вступительным словом было неизменное «Утро».
Ship был его интернет-знакомым. Они общались уже больше полугода, а познакомились на какой-то выставке-презентации продукции. Сначала всё началось с того, что Фу Цзиньчжоу подобрал на той выставке блокнот. Почерк в нем был изящным и уверенным, строки словно продавливали бумагу. В блокноте фиксировались вкусовые качества, позиционирование и целевая аудитория абсолютно всех продуктов, представленных на презентации, вплоть до различий между вкусами севера и юга. Каждый пункт был записан скрупулезно и серьезно, а еще в блокноте содержались анализ и собственные взгляды на текущую ситуацию в индустрии быстрого потребления алкогольной продукции, причем многие мысли полностью совпадали с видением самого Фу Цзиньчжоу.
Пролистав несколько страниц до самого конца, на последнем листе Фу Цзиньчжоу обнаружил номер телефона. Он набрал его, но сработал автоответчик, и тогда Фу Цзиньчжоу оставил голосовое сообщение о том, что нашел блокнот, а заодно отправил свой собственный номер телефона владельцу находки в текстовом сообщении.
http://bllate.org/book/37696/4710135
Готово:
