Фу Хуайюй медленно объяснила ей:
— Роро часто упоминает тебя в разговорах.
*Вот как?* — Чжун Юй осмелилась ответить лишь про себя, вслух произнести это она не побоялась. Видя её испуганные оленьи глаза, Фу Хуайюй подалась ещё ближе.
— Я что, такая страшная?
Женщина перед ней, прекрасная как небожительница, не имела вообще ничего общего со страшной. Чжун Юй замахала головой, словно погремушкой:
— Н-нет!
Фу Хуайюй тихонько усмехнулась:
— Тогда почему Сяо Юй так меня боится?
Чжун Юй торопливо попыталась объясниться, но в этот момент в дверь постучали, и та сразу же отворилась.
— Чжун Юй!
В комнату вошла девушка с высоким каштановым хвостом. Обернувшись и увидев сестру, Чжун Юй бросилась к ней, вцепилась в её руку и спряталась за спиной, ощутив наконец прилив безопасности.
— До смерти меня напугала! Мелкая паршивка, куда ты убежала? Заставила меня искать тебя битый час!
Чжун Юй наполовину спрятала лицо за её спиной, потупившись и разглядывая пол.
Чжун Ро перевела взгляд на стоявшую перед ними Фу Хуайюй и улыблась:
— Я тут встретила знакомого, немного поболтала, а оглянулась — этой паршивки уже и след простыл. Я так испугалась! Большое спасибо тебе, сестрица Хуайюй.
Фу Хуайюй легко взмахнула веером, её взгляд упал на прятавшуюся за чужой спиной Чжун Юй. Она заметила те испуганные, но чистые круглые глазки.
Стоило девочке встретиться с ней взглядом хотя бы на пару секунд, как она тут же смущенно опускала голову.
Словно кролик, столкнувшийся с лисой — до того перепуганный.
Губы Фу Хуайюй тронула легкая улыбка:
— Не за что.
Женщины завели беседу, и сжавшаяся в комочек Чжун Юй услышала из их разговора, что эта мягкая и нежная женщина и есть хозяйка музыкальной студии.
Заговаривая о причине, по которой она привела Чжун Юй сюда, Чжун Ро сказала:
— Сяо Юй очень робкая, боится разговаривать с чужими людьми, чуть что — начинает нервничать и заикаться. Я хотела привести её сюда, чтобы она немного потренировалась. Не думала, что всё так обернется.
— Оказывается, всё дело в зажатости, — произнесла Фу Хуайюй. Её мягкий взгляд слегка опустился, останавливаясь на Чжун Юй, выглядывающей из-за спины сестры. — У Сяо Юй очень красивый голос. Такой чудесный голос обязательно должны слышать и другие люди, правда же?
Услышав эти ласковые слова, Чжун Юй на мгновение замерла.
Они кардинально отличались от слов остальных.
Здесь не было привычных поучений от родителей и учителей о том, что нужно быть храброй и уверенной в себе, что нельзя быть такой робкой и бояться всего на свете.
Напротив, её похвалили...
Помедлив пару секунд, Чжун Юй опустила голову и испуганно угукнула в ответ.
Заметив, что девочка по-прежнему до смерти напугана и молчит как рыба, запертая в бочке, Чжун Ро слегка толкнула её локтем:
— Паршивка, а поздороваться?
— Я...Чжун Юй приоткрыла губы, раздумывая, как именно обратиться, но стоявшая перед ней Фу Хуайюй слегка сложила веер и шагнула ближе.
— Сколько Сяо Юй лет?
Голос Чжун Юй звучал едва слышно:
— В этом году по лунному календарю исполнилось двенадцать...
Рука Фу Хуайюй чуть дрогнула, а с мягких губ сорвались легкие, спокойные слова:
— Такая маленькая? Я старше тебя на двенадцать лет, так что тебе следует называть меня...
Не успела она договорить, как Чжун Юй, долго опускавшая голову, набралась смелости и подняла взгляд, внезапно выпалив:
— Сестрица Юй.
Женщина на мгновение замерла, а затем улыбнулась, протянула руку и погладила Чжун Юй по голове. На самом дне её узких миндалевидных глаз плетилась нежность, похожая на рассыпанные осколки тепла.
— Раз Сяо Юй так нравится, пусть будет так.
Тепло чужой руки передалось через макушку, и легкое покалывание, подобно теплому течению, разлилось по всему телу, проникая прямо в сердце.
Все остальное было неважно — главное, чтобы ей нравилось.
Чжун Юй запомнила этот вечер надолго.
Потому что это была их первая встреча.
Десять лет спустя.
Времена менялись, и всё вокруг неизбежно преображалось под натиском времени. Город Цзиньнин вновь погрузился в привычное для него знойное лето: на небе ни облачка, яркое солнце заливает всё вокруг светом.
В аэропорту толпились люди, пассажиры в спешке катили за собой чемоданы.
В этот момент из зоны досмотра вышла девушка с волнистыми волосами.Густые пышные черные волосы волнами спадали на спину, а у виска сверкала заколка в виде звездочки. Она была одета в свободную белую рубашку поверх длинного светлого тренча.
Из-за многолетних занятий фортепиано с самого детства ее пальцы были намного тоньше и длиннее, чем у обычных людей. Рука, сжимавшая ручку чемодана, отличалась тонкими, отчетливо прорисованными косточками и изящными пропорциями.
За десять с лишним лет Чжун Юй давно утратила детскую наивность и незрелость, превратившись в стройную девушку.
С двенадцати до двадцати двух лет ее фигура становилась все изящнее, а черты лица — все взрослее. Неизменными с годами оставались лишь те самые круглые глаза с миндалевидным разрезом, которые в любое время сияли, подобно ярким звездам на ночном небу.
— Ах! Прошу прощения.
— Ничего страшного.Чон Юй не рассердилась и мягко отреагировала, когда проходящая мимо торопливая девушка задела ее плечо.
Сама не зная с каких пор, она избавилась от привычки робеть при встрече с людьми. С возрастом она стала увереннее и свободнее, перестав бояться общения и взаимодействия с окружающими.
Позже Чон Юй задумывалась над этим.
Вероятно, всё началось с того момента, как один человек сказал, что у нее очень красивый голос.
Едва Чон Юй миновала выход, как в толпе неподалеку заметила женщину в деловом черном костюме, стоявшую со скрещенными на груди руками.Её черные прямые волосы ниспадали до самой груди, а одна прядь была заведена за ухо, обнажая крупную серебряную серьгу-кольцо, покачивающуюся у самой щеки.
Судя по этому задиристому и пренебрежительному выражению лица, кроме родной сестры, никто другой и быть не мог.
– Сестрица.
Только Чжун Юй подошла к Чжун Ро, как та с разворота обхватила её за шею и ухватила за ухо.
– Мелкая паршивка, совсем от рук отбилась! Сказала, что вернешься, и вернулась, а предупредить заранее даже не соизволила? И надо же было прилететь именно в выходные, когда твоя старейшая сестрица наконец-то смогла нормально отдохнуть, м?
– Ты же знаешь, что я уже три недели подряд толком не отдыхала, так что ты специально выбрала сегодняшний день, признавайся? Отвечай!
Чжун Юй склонила голову в её сторону:
– Ой, ой-ой, сестрица, больно же.
Пока они шли к выходу, Чжун Ро, услышав жалобы на боль, отпустила её ухо, а затем фыркнула и перехватила чемодан, который та везла в руке.
Стоило сестрам встретиться, как они тут же вернулись к своему привычному стилю общения.
Но Чжун Юй знала: пусть внешне в их встрече после стольких лет разлуки и не было показной сентиментальности или долгих любезностей, на самом деле всё это крылось в каждом их движении.
Глядя на то, как сестра, ворча, сама помогает ей нести вещи, Чжун Юй обычно лишь улыбалась и не стала бы ничего объяснять.
Шли они шли, как вдруг Чжун Ро, вспомнив ощущение от только что обнятой сестры, окинула её оценивающим взглядом с ног до головы:
– Опять похудела. Ты вообще нормально питаешься?
Чжун Юй виновато улыбнулась:
– Да нет же.
Стоило Чжун Ро услышать этот ответ, как она снова принялась без устали тараторить:
– Разве можно так худеть, если нормально не есть?
– Тц, наверняка всё из-за этой их заморской еды, толку от неё никакого. Вернемся, попрошу тётушку Ван сварить тебе какого-нибудь супа, чтобы как следует отъелась. Я сама прослежу, чтобы ты всё выпила, и даже не думай отлынивать.
– Хорошо-хорошо~
За четыре года учебы за границей Чжун Юй редко виделась с семьей. Теперь же, снова услышав ворчание сестры вживую, она чувствовала лишь необыкновенное тепло, поэтому совершенно не спорила с Чжун Ро, лишь то и дело кивала и послушно отзывалась: знаю-знаю, сестрица.
– Хватит передо мной притворяться пай-девочкой!
Чжун Ро уже не знала, к чему бы еще придраться, поэтому милостиво сменила тему:
– И что ты планируешь делать по возвращении?
– Кстати, не хочешь прийти ко мне в компанию? Я устрою тебя на какое-нибудь непыльное местечко, будешь просто сидеть и деньги получать, в свое удовольствие.
Шесть лет назад Чжун Ро при финансовой поддержке родителей основала косметическую компанию, и за годы работы сумела сделать бренд всемирно известным.
Последовать совету сестры и пойти работать к ней было и впрямь неплохим вариантом.
Однако...
– У меня уже есть свои планы, – произнесла Чжун Юй.
Чжун Ро тут же поинтересовалась:
– О? И какие же планы?
Планы, о которых она думала уже очень давно.
В мыслях Чжун Юй промелькнул чей-то силуэт, уголки её губ чуть приподнялись, и она ловко обошла эту тему, оставив вопрос без ответа.
Обсудив планы на возвращение домой и кое-какие организационные вопросы, они быстро вышли из аэропорта.
Закончив с предыдущей темой, Чжун Ро обмолвилась:
– Да, кстати, в машине сидит еще одна моя подельница, я по пути подброшу её до музыкального института.
Услышав слова музыкальный институт, Чжун Юй словно зацепилась за какой-то невидимый рычажок, её миндалевидные глаза округлились:
– Музыкальный институт?
Чжун Ро подумала, что та просто забыла:
– Уже и из головы вылетело? В детстве ты же так любила за ней хвостиком ходить, целыми днями только и делала, что вилась рядом с ней и звала сестрицей, не разлей вода были.
Чжун Юй окончательно пришла в себя только тогда, когда они подошли к припаркованной машине.
Вот оно что. Не успела Чжун Юй и слова вымолвить, как переднее пассажирское стекло опустилось, и знакомое лицо предстало перед глазами, подтверждая все её догадки.
Выразительные, слегка прикрытые длинные глаза с приподнятыми к вискам угольками, а на губах – легкий оттенок ярко-красной помады. Черные волосы были заколоты на затылке серебряной шпилькой, открывая кожу, сияющую, словно нефрит.
Всё такая же благородная и сдержанная, какой осталась в воспоминаниях.
Только в глазах добавилось следов, оставленных бегом времени — в них сквозили мрачноватая отрешенность и безмятежность.
У Чжун Юй перехватило дыхание. Она увидела, как женщина повернула голову в её сторону, едва заметно улыбнулась уголками губ, и от её тихого, спокойного голоса поплыли слова:
– Давно не виделись, Сяо Юй.
Ускользающее время словно замерло в этот миг, останавливаясь ради их новой встречи.
Четырехлетняя разлука — срок немалый.
Глядя в эти глаза, Чжун Юй тоже чуть изогнула губы в улыбке:
– Здравствуй, сестрица Юй.
– Давно не виделись.
Это обращение сестрица Юй казалось донельзя забытым. Чжун Юй мысленно не раз произносила его, но вслух не решалась вымолвить целых четыре года.
Женщина сидела на пассажирском сидении, и косой луч закатного солнца пробивался сквозь стекло автомобиля, ложась на её профиль.
В лучах заката эта знакомая мягкая улыбка вновь отразилась в глазах Чжун Юй, заставив её сердце вновь забиться с новой силой.
– Бестолковая моя, чего застыла? Садись в машину.
Голос рядом вывел Чжун Юй из задумчивости. Заметив, что Чжун Ро уже помогла ей погрузить багаж и уселась на водительское место, Чжун Юй опомнилась и тоже забралась на заднее сиденье.
http://bllate.org/book/37685/4708191
Готово:
