Глава 1
Шэнь Цзэюй попытался приоткрыть вечно запертую дверь противоположной комнаты, но лишь испачкал ладонь в какой-то липкой, фосфоресцирующей сине-фиолетовой жиже.
Хозяин квартиры уверял, что его новый сосед по комнатам — человек тихий и неразговорчивый.
Для Цзэюя, измученного социофобией, это было идеальным раскладом. Вот только за те полмесяца, что он здесь прожил, таинственный сожитель так ни разу и не показался ему на глаза.
Вещи в квартире время от времени меняли свои места, так что сомневаться не приходилось: сосед действительно существовал. Он просто ухитрялся круглосуточно избегать любых встреч.
«Неужели он еще нелюдимее, чем я?»
Цзэюй пытался по мелким бытовым зацепкам набросать в воображении портрет своего соседа.
Зубная щетка и паста в ванной вечно лежали где попало — порой тюбик почему-то оказывался воткнут в цветочную вазу. Значит, натура хаотичная, не признающая рамок.
На полу то и дело обнаруживались разноцветные липкие потеки, удивительно похожие на дорогую художественную гуашь. Возможно, творческая личность — живописец или скульптор.
В коридоре и на кухне никогда не выключался свет. Определенно, об экологии и счетах за электричество этот человек не заботился вовсе.
Суммируя все факты...
Шэнь Цзэюй всерьез забеспокоился, не начались ли у него галлюцинации на почве хронического офисного стресса. Буквально на днях в сети ему попадалась статья о том, что подобные провалы в восприятии реальности могут быть первыми вестниками шизофрении.
«Да ну, бред. Скорее всего, сосед просто чудак, который исправно платит свою долю, но предпочитает ночевать в другом месте»
Вымыв руки, Цзэюй выбросил из головы лишние мысли и лег в постель.
Спустя какое-то время ночной ветер всколыхнул занавески. Сквозь ячейки оконной решетки просочился холодный лунный свет, очертив смутный темный силуэт.
Цзэюй, спавший чутко, внезапно открыл глаза. Сон как рукой сняло. В голове вяло шевельнулась мысль: шестой этаж, а за окном нет даже карниза, на который можно было бы опереться.
В следующую секунду фигура за стеклом начала плавиться, словно восковая свеча. Она потекла вниз, искажаясь, принимая неописуемые, чуждые человеческому глазу очертания, и без малейшего труда просочилась сквозь противомоскитную сетку и стальные прутья решетки.
Нечто бесшумно опустилось прямо посреди спальни.
Цзэюй лежал не шевелясь. Первая вспышка изумления мгновенно угасла, уступив место ледяному спокойствию. Повернув голову, он принялся рассматривать незваного гостя, хоть и не мог обнаружить у того ни намека на глаза.
В призрачном сиянии луны поверхность существа переливалась потусторонним, гипнотическим блеском. Словно мириады невидимых чешуек на крыльях экзотической бабочки, оно преломляло свет, рождая спектры неописуемых, пугающих и манящих цветов, которые человеческое зрение едва ли было способно воспринять.
Фонд UMF обладал колоссальным опытом в ликвидации и содержании аномальных сущностей. Шэнь Цзэюй, пускай и числился простым офисным клерком в архиве, все же прошел базовый инструктаж и прекрасно знал протокол: в случае обнаружения объекта следовало немедленно вызывать оперативную группу.
Он осторожно скользнул рукой под подушку, нащупал мобильный и уже приготовился набрать парней из Департамента безопасности, чтобы те приехали и упаковали тварь в герметичный контейнер.
Светящийся экран показал время: три часа тридцать минут утра.
«Черт, у парней и так смена адская...»
Цзэюй мысленно вздохнул и заблокировал телефон. Он перевел взгляд на переливающийся сгусток цвета, который уже без лишних церемоний вскарабкался на постель и пополз по одеялу.
— Всем сейчас нелегко, — негромко пробормотал Шэнь Цзэюй, глядя прямо в колышущуюся бездну чуждых оттенков. — Тебе, надо полагать, тоже. Давай все дела отложим до утра.
Годы изнурительной работы выжгли в нем любые сильные эмоции — у него банально не осталось сил на панику или страх. Даже если бы завтра наступил конец света, Цзэюй предпочел бы просто закрыть глаза и дать утомленному разуму заслуженный отдых.
Тварь колыхнулась и откуда-то из глубин своего аморфного тела вытолкнула смартфон. Экран устройства все еще тускло светился.
Моргнув, Цзэюй взял телефон в руку. На дисплее был открыт мессенджер с чатом, где велась переписка с их арендодателем.
— Погоди-ка, — нахмурился он, сопоставляя факты. — Ты сожрал моего соседа... Или ты и есть мой сосед?!
В истории сообщений хозяин квартиры радушно давал добро на заселение, а его собеседник в ответ заваливал его кучей умилительных стикеров и гифок в знак признательности.
В этот момент существо под одеялом скользнуло ближе, коснувшись его обнаженного запястья.
Ощущение было невероятным: ни твердеющее, ни жидкое, и уж точно не газообразное. Оно казалось одновременно податливым и упругим, существуя в физической форме, которую человеческий разум просто отказывался классифицировать.
Радужные всполохи первозданного хаоса отразились в глубине зрачков Цзэюя.
Поразмыслив несколько секунд над абсурдностью ситуации, Цзэюй тихо произнес:
— В таком виде разгуливать... смертельно опасно.
Без человеческой личины, светясь всеми цветами невозможного спектра, это существо представляло собой идеальную мишень для ученых. Стоит Фонду UMF прознать о его существовании — и остаток своих дней аномалия проведет в стерильном вольере под прицелом сотен датчиков и скальпелей.
Он пролистал чат повыше. Как оказалось, его сосед общался исключительно мемными картинками. Если текст и проскальзывал, то лишь тот, что был написан на самих шаблонах. На прямые вопросы хозяина квартиры монстр отвечал невпопад, но с неизменным дружелюбием.
«Неужели оно не способно говорить на человеческом языке и может изъясняться только картинками?»
И ведь ухитрилось снять комнату!
Шэнь Цзэюя прошиб холодный пот.
— Во-первых... — Он глубоко вздохнул, пытаясь вернуть самообладание. — У тебя есть собственная спальня. Быть соседями вовсе не означает делить одну постель на двоих.
Разница в менталитете между биологическими видами — дело житейское. Ради собственного спокойствия Цзэюю придется скорректировать базовые настройки этого существа.
К тому же сосед честно оплачивал половину аренды, так что парень был готов проявить толерантность к некоторым странностям сожителя.
Шэнь Цзэюй робко дотронулся до переливающегося бока твари. Не встретив сопротивления, он осмелел и принялся аккуратно поглаживать сгусток, пытаясь нащупать нечто, хотя бы отдаленно напоминающее голову.
— Во-вторых, если уж пытаешься сойти за человека, делай это правдоподобно.
Там, за окном, его силуэт казался вполне человеческим — значит, способность к мимикрии у него имелась. Но монстр совершенно упустил из виду, что люди не умеют летать, да и маскировку удержать не сумел.
Поставив себя на место этой аномалии, Цзэюй все понял. Существо просто пыталось проявить дружелюбие и найти общий язык.
Поскольку говорить оно не умело, а люди, как правило, доверяют только себе подобным и крайне неохотно сопереживают чужакам, оно решило принять знакомый облик, чтобы избежать конфликта.
— Направление мысли верное, — вздохнул Цзэюй, чувствуя странную смесь жалости и бессилия. — Но ты совершенно не понимаешь, как устроено наше общество и психология.
Обычный человек, застукав посреди ночи в своей спальне незнакомца, скорее схватится за нож, чем полезет обниматься.
В глубине одеяла забурлило ослепительное сияние. Из него сформировался гибкий отросток, похожий на щупальце, который ловко выхватил телефон из рук парня.
Цзэюй замер, наблюдая. Накрыв экран нежной полупрозрачной плотью, существо начало манипулировать сенсором при помощи слабых биоэлектрических импульсов. На дисплее замелькали строки хаотичного кода и пиксельные помехи. Наконец открылась галерея, и на экран вывелась картинка.
Это был мем с растерянным пушистым котом и подписью: «Что тут происходит?»
«Серьезно? Оно общается мемами, потому что не умеет говорить?»
Цзэюй осторожно ткнул пальцем в переливающийся бок монстра:
— Если хочешь остаться жить здесь, придется играть по моим правилам. Если согласно, пришли единицу.
Существо мгновенно зашло в чат и отправило лаконичное сообщение: «1».
Понимает человеческую речь. Уже неплохо.
Цзэюй немного расслабился и начал диктовать условия:
— Я научу тебя маскироваться, чтобы никто не заподозрил в тебе чудовище. Ты обязан беспрекословно слушаться меня, даже если поначалу задания будут казаться непосильными.
— Без моего разрешения — никакого вреда людям, ни физического, ни ментального. Взамен я позволю тебе укрыться в этой квартире.
— Мы займемся твоим обучением. Пока ты не сдашь мне экзамен и не получишь добро, тебе запрещено контактировать с кем-либо еще. Никаких прогулок и социальных контактов.
Щупальце существа мелко задрожало, выведя на экран переписку с хозяином жилья.
— То, что было до нашего знакомства, не в счет, — отрезал Цзэюй. — Отныне все переговоры с ним я беру на себя.
Монстр открыл приложение с заметками. Экран с немыслимой скоростью заполнился бесконечными рядами единиц — они сыпались лавиной, пока не забили всю память документа.
— Договорились, — кивнул Шэнь Цзэюй. — А теперь марш к себе в комнату.
Радужный сгусток на секунду замер, словно обидевшись. Затем неохотно втянул смартфон обратно в глубины своего тела, соскользнул с кровати и пополз к выходу. Дверь тихо приоткрылась, и аномалия протиснулась в темный коридор.
Цзэюй не сводил глаз с проема, пока дверь не захлопнулась окончательно. Лишь тогда он позволил себе шумно выдохнуть. Парень закрыл глаза, но за всю оставшуюся ночь так и не сомкнул век.
Субботнее утро избавило его от чувства вины за бессонную ночь. Закончив с водными процедурами, Цзэюй заметил, что дверь в комнату напротив приоткрыта.
Монстр лежал посреди кровати, безуспешно пытаясь скопировать человеческую позу сна под бесформенным куском ткани.
Шэнь Цзэюй опёрся о дверной косяк:
— Вообще-то это простыня, а не одеяло.
Не дожидаясь, пока существо сообразит, в чем ошибка, он подошел и стащил с него ткань.
— Раз уж нам предстоит жить под одной крышей, начнем с азов. Я дам тебе имя, — Цзэюй принялся осторожно прощупывать аморфное тело, словно кусок мягкой глины, пытаясь придать ему хоть какую-то форму. — Чтобы каждый раз, когда я произношу это слово, ты понимал, что я обращаюсь именно к тебе.
Призма затих, послушно позволяя лепить из себя все, что вздумается. Его неоновые переливы сделались еще ярче и насыщеннее.
Парень залюбовался этой игрой первозданного света. В этот момент утреннее солнце пробилось сквозь пыльное оконное стекло, оставив на противоположной стене яркий спектральный блик.
— Призма... — прошептал он, мягко поглаживая существо по теплому боку. — Пусть тебя зовут Призма.
— Призма.
Существо внезапно отозвалось, в точности повторив звуки.
Его голос звучал абсолютно бесстрастно, тихо и монотонно. Невозможно было определить ни пол, ни возраст. Если бы в квартире не стояла идеальная тишина, а Цзэюй не ловил каждое движение сожителя, он бы ни за что не разобрал этот шепот.
Первый успех воодушевил Цзэюя. Он принялся гладить Призму быстрее:
— Умница. Говори чаще, только так можно освоить язык. А теперь прими человеческий облик. Сегодня у нас много работы.
Прежде всего следовало обучить его элементарным правилам общежития, пока пришелец случайно не разнес съемную квартиру до основания.
Весь оставшийся день Цзэюй усердно разжевывал вещи, о которых обычные люди даже не задумываются: как пользоваться душем, когда и зачем включать свет, как закрывать краны...
Постепенно выяснилось, что способности Призмы к мимикрии граничат с шедевром. Созданный им человеческий облик оказался безупречен: правильные черты лица, высокий рост, изящное телосложение. Никаких лишних пальцев или асимметрии.
Он походил на прекрасного эльфа со старинных полотен — утонченного, окутанного едва заметной дымкой нереальности. Но сильнее всего завораживали его волосы: они струились шелковым каскадом, переливаясь под разными углами подобно благородным опалам или безупречно ограненным алмазам.
Несмотря на природную холодность, монстр оказался на редкость прилежным учеником. К концу воскресенья Цзэюй со спокойной душой лег спать.
Утром в воскресенье Цзэюй решил выйти на улицу — глотнуть свежего воздуха и немного разгрузить голову. Но стоило ему распахнуть входную дверь, как он нос к носу столкнулся с тремя неописуемыми тварями, застывшими прямо на лестничной площадке.
— Приветствуем... Мы прослышали, что первородный вестник бездны... Смертоносный Цвет, Пожирающий Звезды, обретается здесь. И что вы обучаете его искусству притворяться человеком...
— Да... Из всех присутствующих я лучше всего владею вашим наречием, поэтому... поэтому меня и снарядили переговорщиком... Пожалуйста, не гневайтесь...
Стоявшая впереди девушка испуганно моргала тысячами глаз, усыпавших все ее тело. Она нервно теребила подол одежды, с поразительной точностью копируя жесты смущенной человеческой барышни.
Слева от нее высилась иссохшая, бледная фигура, напоминающая ожившего мертвеца. Существо медленно подняло бескостную, плетевидную руку и приложило ее к виску в нелепом подобии воинского приветствия.
Справа застыл субъект в темно-синем деловом костюме. Из прорех на его спине торчало несколько суставчатых конечностей, а тень на стене делала его похожим на гигантского хищного паука.
Цзэюй с хлопком закрыл дверь. Выждал пару секунд, открыл снова — картина не изменилась.
Что ж, шизофрения тут тоже ни при чем.
Работать по выходным — грех, рассудил парень. Подавив непреодолимое желание вызвать Департамент безопасности, он вздохнул и жестом пригласил троицу войти.
У монстров не было понятия о хороших манерах. Стоило хозяину опуститься на диван, как гости послушно выстроились в шеренгу перед ним — смирные, словно подсудимые перед вынесением приговора.
— Призма! — крикнул Цзэюй в глубь квартиры. — Это твои друзья?
Призма, уже вполне уверенно переставляя человеческие ноги, вышел в гостиную. Он перевел взгляд с одного визитера на другого, после чего отрицательно покачал головой.
— Ясно, — Цзэюй повернулся к многоглазой девице. — Он вас не знает. Вы что, его фанаты?
— Вовсе нет! — она отчаянно затрясла головой, готовая принять любую кару. — Мы пришли к великому Наставнику!
Ее спутники синхронно вскинули руки, издав восторженный клич:
— Священный владыка! Рассвет близок!
— Учитель! Научи нас быть людьми!
Цзэюй только сделал глоток воды и тут же закашлялся. Что это за филиал безумной секты у него в гостиной? Чертовски хотелось вызвать полицию, но обычные копы против этих сущностей бессильны — иначе Фонд UMF давно остался бы без работы.
В одиночку против троих ему не выстоять. Единственный разумный выход — не лезть на рожон и попытаться договориться.
Девушка сделала шаг вперед и с благоговением сжала его ладони:
— Наставник, молю, научите нас притворяться людьми!
Когда на тебя устремлены тысячи умоляющих глазных яблок, по коже невольно бегут мурашки.
«Если откажу... меня просто сожрут или сначала расчленят?»
— По человеческим законам, — медленно произнес он, — ученики обязаны преподнести учителю дары при вступлении в школу. Но поскольку у вас вряд ли найдется что-то действительно ценное для меня, обойдемся без формальностей.
Цзэюй всерьез опасался, что если он попросит плату, эти существа ограбят парочку ритуальных лавок и завалят его гостиную фальшивыми банкнотами для загробного мира.
Лучшей платой с их стороны было бы просто не устраивать резню на улицах города.
— Мы готовы исполнить любое ваше повеление! — горячо воскликнула многоглазая.
Цзэюй не был извращенцем, так что подобные клятвы верности его не прельщали. Тем не менее, уступив натиску, он согласился взять их под опеку. Идея одомашнить кучку древних кошмаров казалась безумной, но выбора не оставалось.
Главной проблемой стало размещение. Двухкомнатная квартира трещала по швам. Парень долго ломал голову, пока не вспомнил об одном месте.
Через пожарный выход подземной парковки можно было пробраться к заброшенному недострою по соседству. Там никогда никто не ходил — идеальное укрытие для сомнительных дел.
Новые жильцы оказались неприхотливыми. Им было плевать на комфорт, спали они где придется — в этом плане монстры превосходили людей в разы.
Цзэюй и подумать не мог, что это лишь начало. С тех пор каждые несколько дней на его пороге объявлялись новые аномальные гости с той же самой просьбой.
Страх и паника со временем притупились, сменившись полным равнодушием. Убедившись, что пришельцы не агрессивны, он принимал под свое крыло все новые и новые кадры.
Поскольку классифицировать виды этих тварей было невозможно, парень дал им общее имя — «псевдолюди».
Заброшенное здание превратилось в его личную секретную академию и общежитие для студентов.
Так начал свою работу подпольный кружок актерского мастерства для потусторонних сущностей. Учитель, разумеется, преподавал без лицензии.
За три года существования школы число учеников в классе Шэнь Цзэюя выросло до ста восьми.
***
— Вот так все и завертелось. Кстати, та многоглазая девушка теперь твоя лучшая подруга, Цяньтун.
Шэнь Цзэюй рассказывал это, терпеливо распутывая колтуны на голове нового ученика.
Новоприбывший студент был сплошь покрыт двухметровыми черными волосками-ворсинками. Парню пришлось изрядно поработать портновскими ножницами, чтобы придать существу хоть сколько-то аккуратный вид. Сейчас подстриженный монстр смирно сидел на табурете, ожидая финальных штрихов.
Существо широко разинуло пасть и выдавило из себя хриплые, прерывистые звуки:
— Цяньтун... велела прийти. Учиться. Тут... очень хорошо, Наставник.
Цзэюй лишь мягко улыбнулся. Его подпольные курсы требовали строжайшей секретности, поэтому никакой рекламы он не делал. Однако среди псевдолюдей сарафанное радио работало без сбоев: слухи об удивительном человеке передавались из уст в уста, и поток желающих не иссякал.
За прошедшие три года Призма так и не смог подтянуть свою речь до уровня безупречной мимикрии — разрыв между его идеальной внешностью и косноязычием оставался колоссальным. По этой причине Цзэюй строго-настрого запретил ему покидать пределы квартиры.
Обладая колоссальной мощью и смертоносным космическим излучением, способным в мгновение ока испепелить любое земное создание, Призма никогда не показывал когтей в присутствии Шэнь Цзэюя. Напротив, он оставался преданным и послушным — куда послушнее любого домашнего пса.
В целом успеваемость школы росла. Цзэюй уже выделил нескольких отличников, способных беспрепятственно затеряться в толпе обывателей.
Тем не менее он прекрасно осознавал, какую угрозу несут его подопечные, и категорически запрещал им любые несанкционированные контакты с внешним миром.
Сам того не желая, Шэнь Цзэюй создал в заброшенном недострое настоящую пороховую бочку, способную разнести основы человеческой цивилизации.
Но за годы совместной жизни он успел искренне привязаться к своим жутким ученикам. Мысль о том, чтобы выдать их Фонду UMF, казалась ему предательством.
Балансируя между паническим страхом перед проверками Министерства образования и ужасом перед карательными отрядами Фонда, он умудрялся тайно вести уроки на протяжении трех лет.
Как и три года назад, сегодня была суббота. В свои законные выходные Цзэюй неизменно пропадал в самодельном классе заброшенного здания, пытаясь привить ученикам хотя бы базовые человеческие ценности.
Когда солнце начало клониться к закату, его мобильный внезапно задрожал.
На экране высветилось имя начальника. Звонки от руководства в нерабочее время способны взбесить любого, но парень сохранил невозмутимость и нажал кнопку приема.
— Добрый вечер, Чжэн Лисин.
В этот момент один из учеников, увлеченно распутывающий собственные щупальца, случайно закинул пару отростков Цзэюю на плечи.
— Никаких происшествий. Все спокойно.
Прижав трубку плечом к уху, парень свободной рукой аккуратно снял с себя скользкую плоть.
— Да, самый обычный, ничем не примечательный день. Пожалуй, это стоит отпраздновать.
Поняв, что запутался окончательно, студент брезгливо зашипел, сбросил запутавшиеся конечности за счет ускоренной регенерации и пулей вылетел в окно, оставив на полу кучу влажных, шевелящихся обрубков.
Голос на том конце провода продолжал что-то вещать. Цзэюй молча слушал, и с каждым словом его лицо становилось все более мрачным.
Холодный женский голос отчеканил приговор:
— В экспедиционном отряде Домена городских легенд катастрофически не хватает людей. Принято решение перевести тебя туда.
В очередной раз Шэнь Цзэюй убедился: занудный треп человеческого начальства пугает гораздо сильнее, чем леденящий душу шепот космических тварей.
http://bllate.org/book/37671/4774038
Готово:
