Лу Тинчао: — Да, да, это правда.
Мо Линнань: — В ходе опроса жильцов выяснилось, что владелец квартиры долгое время проживает отдельно от супруга. Поскольку однополые браки требуют особой пометки, позвольте уточнить: у вас двоих возникли проблемы в семейной жизни?
— Нет.
Чжун Цзи забрал телефон у Лу Тинчао: — Советую следить за языком и не задавать вопросов, которые тебя не касаются.
Мо Линнань на мгновение замолчал.
Звонок оборвался.
— Дурак какой-то.
Чжун Цзи, который снимается и в кино, и в сериалах, а пару лет назад даже записал немало саундтреков, обладал поистине приятным голосом. Даже когда он ругался, в его тоне проскальзывала какая-то разгульная, порочная нотка: — Откуда только взялся этот ряженый полицейский?
Лу Тинчао, также слышавший их разговор, почувствовал, как сердце ушло в пятки: в конце концов, то, что прозвучало в последней фразе, совсем не походило на слова настоящего полицейского.
А что, если Чжун Цзи спросит… не… не признаться ли во всём?
Да уж, признаюсь!
Скажу, что хочу развестись.
Так дальше жить просто невозможно.
Дыхание Лу Тинчао стало прерывистым. Чжун Цзи перехватил его за запястье и снова притянул в свои объятия.
Ласки не прекращались.
Спустя долгое время.
Чжун Цзи, словно успокаивая ребёнка, обнял обмякшего Лу Тинчао: — Малыш, удали потом тот номер.
Лу Тинчао: — …М-м.
Чжун Цзи: — Наверняка это папарацци, подкупленные фанатами, прикинулись полицейскими, чтобы развести тебя.
Лу Тинчао: — !!!???
Слова, уже готовые сорваться с языка Лу Тинчао, снова застряли в горле. Помолчав немного, он прошептал: — А как же… свидетельство о браке…
— Не имеет значения.
Чжун Цзи поправил одежду на Лу Тинчао: — В кругах шоу-бизнеса почти все знают, что я женат, просто это не выносилось на публику. Пусть говорят что хотят, в крайнем случае уйду из индустрии, всё равно сниматься в кино стало скучно.
Лу Тинчао: — …
А… вот как… всё так просто?
Но ведь он так хотел создать образ холостяка и принять участие в романтическом шоу…
Лу Тинчао прикусил губу, долго мучился, но наконец прошептал: — Муж, если информация еще не просочилась, давай пока не будем делать официальных заявлений.
Чжун Цзи нахмурился, его голос стал холоднее на пару градусов: — Ты не хочешь объявлять об этом официально?
— Нет, дело не в этом.
Лу Тинчао несколько раз растерянно перевел взгляд в разные стороны, прежде чем решился сам обнять Чжун Цзи за пояс.
Лу Тинчао: — Просто мне кажется, что в этом нет нужды… Мы ведь столько лет в браке, к тому же я хочу добиться успеха в карьере самостоятельно, а не прячась за твоей спиной. Можно?
Чжун Цзи смотрел на Лу Тинчао.
Он уже не был тем невинным юношей, с которым Чжун Цзи познакомился и влюбился в подростковом возрасте. Спустя несколько лет, после их воссоединения, взгляд Чжун Цзи стал более давящим и проницательным, словно способным распознать любой заговор.
Лу Тинчао не оставалось ничего, кроме как обвить шею Чжун Цзи, избегая его взгляда: — Помоги мне, муж, я тебя так люблю.
Чжун Цзи: — …
Прошло несколько секунд.
В конце концов Чжун Цзи смягчился. Он снова обхватил Лу Тинчао за талию и прижал к себе: — Не кокетничай и не соблазняй меня, а то опять в слезы ударишься.
Лу Тинчао уже не раз обжигался на этом, поэтому сразу хмыкнул и, уперевшись в ноги Чжун Цзи, попытался сбежать с поля боя.
Но едва он встал, как его снова дернули назад, и он повалился обратно.
Чжун Цзи спросил: — Тинчао натворил дел, да еще и не был внимателен, выдав секрет, разве не стоит извиниться?
Лу Тинчао: — .
Лу Тинчао моргнул, его голос звучал очень мягко: — Прости.
— Прощаю.
Чжун Цзи, словно сдерживаясь изо всех сил, всё же притянул Лу Тинчао и поцеловал его — поцелуй был долгим и нежным. — Раз малыш такой послушный, муж простит тебе любую ошибку.
Глаза Лу Тинчао засияли: — Тогда на следующей неделе у меня работа. Нужно ехать на съёмки в другой город.
Чжун Цзи нахмурился: — Какая работа?
Лу Тинчао: — Это небольшое шоу, всего два выпуска, ты ведь разрешишь, правда?
В наше время многие предлагают услуги пробуждения в отелях — например, горничные, администраторы или агенты.
Конечно, это может быть и Цзян Жун.
В любом случае.
Когда Лу Тинчао, взъерошенный, в наспех накинутой длинной футболке Чжун Цзи, босой и без грамма косметики на лице, толкнул дверь спальни и одновременно зевнул так, что это выглядело совсем некультурно —
А затем обнаружил, что Цзян Жун и Чжун Цзи вовсю репетируют диалоги, при полном параде…
Даже такой бесстыдник, как Лу Тинчао, на секунду почувствовал неловкость.
— А.
Лу Тинчао открыл рот, почувствовал, что он здесь лишний, и снова его закрыл.
— Брат Цзи, брат Цзян.
В этот момент Линь Чэн как раз вносил завтрак из гостиной, держа поднос в каждой руке — очевидно, для тех двоих, что упорно трудились. — Завтрак…
Линь Чэн и лохматый Лу Тинчао уставились друг на друга.
Линь Чэн: — А.
Если бы не обстоятельства, Лу Тинчао очень хотелось бы достать камеру и запечатлеть эту эстетичную и живую утреннюю картину.
Счастье потерянных денег другим никогда не понять.
Лу Тинчао с обидой в душе собрался было ретироваться в комнату.
Но Чжун Цзи поднял взгляд от толстого сценария: — Иди надень обувь.
Лу Тинчао: — ?
Лу Тинчао: — А?
Чжун Цзи отложил сценарий: — Каждый раз, когда ходишь босиком по деревянному полу, к вечеру поднимается температура. Иди в спальню, надень тапки, а потом возвращайся завтракать.
Лу Тинчао: — Оу…
Раз уж денег заработать не удалось, то хотя бы поесть надо.
Тем более что он только что заметил: на подносе лежали его любимые пельмени с креветками.
Лу Тинчао протопал обратно в спальню, надел тапки, почистил зубы и, вернувшись, плюхнулся рядом с Чжун Цзи. Три волоска на его макушке смешно подпрыгивали: — Я не нашел расческу.
Чжун Цзи: — Сначала ешь.
Линь Чэн поспешно добавил: — Брат Цзи, я попрошу внизу принести еще одну порцию, это быстро.
— Не нужно.
Чжун Цзи сделал глоток ледяного американо и, протянув руку, пригладил торчащие волоски на голове Лу Тинчао: — Он всё равно по утрам много не ест, я доем остальное.
Короткие слова, долгое молчание.
Только Лу Тинчао, как ни в чем не бывало, повыбирал из тарелки всё, что любил, а потом вытер рот и отодвинул поднос: — Всё, я наелся.
Чжун Цзи: — М-м.
Цзян Жун: — …
Линь Чэн: — …
Проработав с Чжун Цзи три года, Линь Чэн впервые видел его в такой обстановке.
Он долго колебался, чувствуя, что здесь лучше не задерживаться, и осторожно спросил: — Брат Цзи, тогда я отнесу вещи в машину и буду ждать вас там?
Чжун Цзи кивнул и спросил Лу Тинчао: — У меня сегодня есть свободное время, хочешь приехать на съемочную площадку?
— А?
Лу Тинчао подумал немного: — Нет, пожалуй, не поеду, там слишком жарко, я устану.
— Понял.
Манера Чжун Цзи есть унаследовала семейные традиции: говорят, в Семье Чжун ещё со времен Старейшины рода Чжун было принято не разговаривать во время еды.
Правило о «молчании во время отдыха» Лу Тинчао нарушил полностью, но вот «не разговаривать во время еды» соблюдалось неукоснительно. Лу Тинчао нравилось наблюдать, как ест Чжун Цзи — он выглядел настолько эстетично, что это можно было хоть сейчас показывать на экране.
В полупустой гостиной царила тишина, нарушаемая лишь редким позвякиванием посуды.
Цзян Жун, неизвестно когда отложивший палочки, как бы невзначай заметил: — Кстати, Тинчао, по поводу того романтического шоу, о котором ты просил: твой агент уже отправил контракт режиссеру. Даты съёмок и локации согласованы, так что через пару дней можешь приступать.
Лу Тинчао: — …
Он не успел и слова сказать.
Чжун Цзи уже нахмурился: — Какое еще романтическое шоу?
— Ты не знал?
Цзян Жун приподнял бровь: — Тинчао недавно просил агента помочь ему найти подходящую работу, я как раз услышал об этом. У моего знакомого режиссера намечалось новое романтическое шоу с отличной концепцией, я подумал, что это может стать хитом, и порекомендовал его Тинчао.
Чжун Цзи повернул голову, взглянул на Лу Тинчао и положил палочки.
Металлические палочки с сухим стуком упали на стеклянную столешницу.
— Тинчао так охотно согласился. Тинчао, ты что, не сказал брату Цзи об этом?
Цзян Жун выглядел удивленным: — Ой, неужели я сболтнул лишнего…
Чжун Цзи: — Ты собираешься на романтическое шоу?
Лу Тинчао: — …
Лу Тинчао потянулся потрогать свои торчащие волоски и начал уходить от ответа: — Ну, в конце концов, это же работа… любая работа — это работа, здесь нет ничего зазорного…
Чжун Цзи: — Ты хоть понимаешь, что такое романтическое шоу?
Лу Тинчао: — …
Лу Тинчао опустил голову: — А.
Выражение лица Чжун Цзи стало совсем неприятным: — Что за контракт ты подписал? Наблюдатель? Будешь контактировать с другими участниками?
Лу Тинчао начал ковырять пальцы: — Не знаю.
— Брат Цзи, ты рассуждаешь как старик.
Цзян Жун усмехнулся: — Какие сейчас наблюдатели? Сплошь начинающие актёры, блогеры и обычные люди, не волнуйся, там вся химия между участниками — это игра по сценарию.
Чжун Цзи холодно спросил: — Ты подписал контракт участника?
Лу Тинчао осторожно поднял голову, его взгляд был растерянным: — …Возможно?
Чжун Цзи долго молчал, глубоко вдохнул: — Пусть твой агент отправит контракт и контакты режиссера Линь Чэну. Неустойку я оплачу сам. Возвращайся домой и жди меня, я закончу съемки за эти дни.
Лу Тинчао промолчал.
Чжун Цзи добавил: — Как только закончу, отвезу тебя куда-нибудь отдохнуть. Ты ведь хотел в Рим?
Чжун Цзи: — Или можно в Исландию, посмотреть северное сияние. В этот раз мы сможем отдохнуть подольше.
Лу Тинчао понуро опустил голову и долго колебался: — Неужели правда нельзя поехать? В конце концов, Цзян Жун же сказал… что всё по сценарию.
Чжун Цзи: — Слушайся.
Лу Тинчао неохотно согласился: — Тогда можно мне позвать Чи Го? Раз уж тебя всё равно не будет дома несколько дней.
Чжун Цзи: — Можешь пригласить Чи Го домой, через пару дней из бутиков доставят коллекцию высокой моды, можете съездить куда-нибудь в окрестностях.
Лу Тинчао: — О.
Чжун Цзи: — Денег хватает?
http://bllate.org/book/37504/4676964
Готово:
