Проводив взглядом удаляющуюся спину Кань Юя, Янь Бинъянь повернулся и составил компанию средних лет мужчине, направляясь в отдельный кабинет клуба. Мужчина, похоже, заинтересовался отношениями Янь Бинъяня с клубным швейцаром, и, задав ему пару вопросов, Янь Бинъянь внезапно не захотел продолжать разговор и отделался дежурными фразами.
Кань Юй припарковал машину. Хотя у него с Янь Бинъянем были некоторые разногласия, он не относился к тем, кто любит плести интриги, и личные обиды не должны были перерасти во что-то серьезное. Однако, вернувшись в клуб, он как раз собирался вернуть ключи от машины Янь Бинъяню и остальным, но дежурный управляющий был занят встречей следующей волны гостей и не мог уделить ему времени. Управляющий лишь назвал номер кабинета и попросил занести ключи туда. Кань Юй не стал долго раздумывать и отправился в кабинет, чтобы вернуть ключи. Но стоило его руке лечь на дверную ручку, как в его голове снова зазвучал текст, которого он не слышал уже очень давно!
В полумраке отдельного кабинета красивое лицо Янь Бинъяня наполовину утопало в темноте, обнажая вылепленные словно рукой мастера черты подбородка, чья линия была идеальна, как у небожителя. Его равнодушные глаза следовали за всем происходящим в комнате. Какой-то смазливый парень был загнан пьяным мужчиной в угол, но продолжал упрямо поднимать лицо, отказываясь признавать поражение и глядя прямо на обидчика, нисколько не страшась чужой власти.
Сидевший с Янь Бинъянем на одном диване Кань Юй наблюдал за этим с игривым выражением в глазах. Он всегда любил повеселиться, а сейчас еще и немного выпил, поэтому незаметно, словно кошка, прижался к боку Янь Бинъяня. На мгновение в скрытом темнотой взгляде Янь Бинъяня промелькнуло раздражение, но Кань Юй этого не заметил и продолжал лениво льнуть к нему, наблюдая, как пьяный мужчина, подобно кошке, играющей с мышей, загоняет молодого официанта в угол.
Все присутствующие в кабинете безразлично наблюдали со стороны, словно за посторонним представлением, и никто не собирался выручать этого официанта, который только что случайно оскорбил директора Ло.
Официант был молодым студентом, только недавно устроившимся на работу. Миловидный и чистый лицом, он минуту назад неловко пролил вино на брюки Янь Бинъяня. Прекрасное лицо Янь Бинъяня скрывалось в тени, а темные глаза пристально следили за растерянным видом парня; он хранил молчание, и оттого казался одновременно опасным и загадочным. Не успел он подать голос, как захмелевший рядом директор Ло пьяно протянул руку и опустился на плечо официанта…
Оказавшись зажатым в углу, официант, несмотря на панику в глазах, отчаянно пытался сопротивляться, не желая сгибаться перед силой. Директор Ло сперва хотел лишь подшутить над ним, но упорное сопротивление парня разозлило его, и он попытался силой заключить того в объятия. Официант невольно взмолился о помощи. Звукоизоляция в кабинетах элитного клуба была превосходной, и люди снаружи не имели ни малейшего понятия о том, что происходит внутри.
Окружающие практически не обратили на это внимания, наблюдая за происходящим с насмешливым интересом. В конце концов официант перевел взгляд на Янь Бинъяня, который все это время хранил молчание.
— Директор Ло, так поступать нехорошо, — подал голос Янь Бинъянь, и его слова прозвучали низко, обладая каким-то магнетическим притяжением.
Уже вовсю вошедший во вкус директор Ло недовольно оглянулся: — Босс Янь, это еще что значит?
Янь Бинъянь закурил сигарету и выпустил колечко дыма, в котором его привлекательное лицо расплылось в туманной дымке. Слегка оттолкнув Кань Юя, он зажал сигарету кончиками пальцев и произнес: — Я говорю, что здесь так делать не стоит. Все же собрались.
С этими словами он направился к официанту, в глазах которого постепенно загоралась надежда. В тот момент высокий и холодный Янь Бинъянь казался ему сошедшим с небес божеством.
Однако все это лишь толкнуло парня в другую пропасть: выхватив его из рук директора Ло, Янь Бинъянь затащил его в небольшую отдельную комнатку, которая находилась прямо в кабинете и была оборудована кроватью. Затолкнув официанта внутрь, он не дрогнул лицом и, глух к его мольбам, запер его вместе с захмелевшим директором Ло.
— …Бинъянь… разве так можно? — услышав доносившиеся изнутри крики официанта о помощи, встревоженно произнес Кань Юй.
— Что такое? Неужели хочешь составить ему компанию? — усмехнулся Янь Бинъянь, ухватив Кань Юя за изящный подбородок. Синеватый дым осел на красивом лице Кань Юя, а в глазах Янь Бинъяня не было никаких чувств. Лицо Кань Юя постепенно бледнело.
Он прекрасно знал, что для Янь Бинъяня любой человек — пустое место, даже сам Кань Юй. Кроме Кань Юйняня, все остальные были для него лишь пешками в достижении целей…
…Что это за незаконный сюжет?! Есть ли вообще хоть какие-то законы для этой порнухи?
И с чего это внутренний монолог оригинала такой слащавый и жеманный?
Слушая этот текст в собственной голове, Кань Юй тоже побледнел.
Это была бледность полного бессилия перед лицом столь безмозглого сюжета.
— Здравствуйте? Простите, вы собираетесь войти? — раздался за его спиной слегка робкий юношеский голос.
Собеседник был одет в стандартную форму официанта, обладал миловидным, чистым лицом и нес на себе печать недавнего выхода во взрослую жизнь — легкую скованность.
Кань Юй все еще держал руку на дверной ручке. Бросив взгляд на поднос с напитками в руках парня, он немного подумал, обернулся и с улыбкой сказал: — Менеджер только что велел мне занести напитки, иди лучше обслужи другие кабинеты.
Глава 9. Уволен
Столкнувшись с улыбкой Кань Юя, официант замер.
Заметив, что тот никак не реагирует, Кань Юй окликнул его во второй раз. Только тогда официант пришел в себя. В тусклом свете коридора его лицо покраснело, он отвел взгляд и торопливо пролепетал: — Э-э… так нельзя… я… я ведь только устроился…
Видя эту наивную реакцию, Кань Юй всё понял: эти извращенцы наверняка находят забавным издеваться над порядочными людьми.
Теперь Кань Юй лишь укрепился в мысли помочь этому вчерашнему студенту. Иначе, с его застенчивой манерой общения, когда он даже не смеет поднять глаза на собеседника и заикается, эти извращенцы живо разорвали бы его в клочья.
Кань Юй, правда, сильно заблуждался: официант вовсе не был настолько застенчив, чтобы бояться сказать пару слов. Просто взгляд Кань Юя оказался слишком пристальным и заметным, к тому же Кань Юй изначально был одним из красивейших людей в этой книге, а когда он улыбался, его яркая броскость сменялась чем-то теплым и ослепительным — прямо как взгляд на солнце, на которое никто не осмеливался смотреть прямо.
— Ладно, предоставь это мне. Дальше не твое дело, — не терпящим возражений тоном бросил Кань Юй и забрал у него поднос. Официант растерянно замер, но Кань Юй лишь махнул рукой: — Всё, иди займись другими делами…
Тут Кань Юй вспомнил, что его собственная прямая обязанность — работать швейцаром и парковать машины, а самовольный уход с поста лишь добавит забот коллегам. Он тут же распорядился: — Если заняться нечем, иди к входу, помоги мне с парковкой. Всё, хватит болтать, ступай.
На лице официанта читалось явное недоумение, но Кань Юй не стал больше с ним разговаривать, велел поскорее уходить, а затем повернул дверную ручку и вошел в кабинет.
http://bllate.org/book/37477/4672962
Готово:
