На влажном, полумрачном коридоре моргала лампа под потолком, а по обе стороны тянулись ряды стальных дверей, окрашенных белой краской, уходящие в бесконечную даль.
Внезапно с той стороны коридора послышались приглушенные шаги. Со временем они становились все отчетливее, гулко отдаваясь в пустоте и звуча особенно резко.
Вскоре в конце коридора показался Цзян Инь.
Он был одет в короткую белую майку и широкие шорты, его волосы были наполовину влажными. На бледном, правильном лице застыло холодное выражение, а в руке он сжимал окровавленный нож, подозрительно оглядываясь по сторонам.
Постояв немного, он двинулся вперед.
С каждым его шагом эхо шагов металось по коридору, постоянно повторяясь. Казалось, шел не один человек, а целая группа из пяти-шести человек друг за другом.
Вскоре он подошел к первой стальной двери и уже собрался пройти мимо, когда из-за нее раздался глухой стук.
Цзян Инь мгновенно остановился, перевел взгляд на дверную ручку и, помедлив секунду, протянул руку, чтобы открыть её.
Видимо, дверь была очень старой: ручка проржавела и расшаталась. Стоило ему слегка нажать, как она просто отвалилась.
Он небрежно отшвырнул её в сторону, и та с тихим звоном ударилась о пол.
Толкнув дверь ногой, он почувствовал, как навстречу ему хлынул тяжелый, едкий запах, от которого он машинально отступил на два шага назад.
Внутри, судя по всему, был складской отсек.
На полу громоздились стопки бумажных коробок, набитых всевозможными медицинскими приборами, покрытыми толстым слоем пыли.
Прямо под ногами у Цзян Иня лежала небольшая коробка из крафт-бумаги размером с ладонь — звук, который он услышал, скорее всего, издала именно она, когда упала на пол.
На коробке была наклеена полоска шириной в два пальца с надписью, выполненной броскими красными иероглифами.
По несчастливой случайности Цзян Инь был близорук. Он долго щурился, пытаясь разобрать текст, но так ничего и не понял. В конце концов, махнув рукой на толстый слой пыли, он наклонился, чтобы поднять коробку.
— Добро пожаловать в Систему адского клиентского сервиса, Мир первый: Научно-исследовательский институт синтеза человеческого тела и технологий.
Красные иероглифы стали отчетливо видны, и, внимательно прочитав их, Цзян Инь прояснил ситуацию.
Сегодня он действительно согласился на чье-то предложение поработать оператором.
Он был дизайнером интерьеров.
Сразу после выпуска он начал искать работу, но из-за своего крутого нрава и нежелания подчиняться правилам его постоянно увольняли. В конце концов он устроился в небольшую фирму.
Будучи единственным дизайнером в этой конторке, он был завален работой по горло.
К тому же начальник всегда твердил клиентам: наш дизайнер может все, озвучивайте любые пожелания.
В итоге каждый день он получал самые нелепые заказы.
Одни клиенты, живя в многоквартирном доме в окружении соседей сверху и снизу, требовали установить в центре гостиной маленький центральный фонтан.
Другие просили сжать пространство в двадцатипятиметровой спальне, чтобы втиснуть туда кровать на уровне пола — ради, как они выражались, пикантности.
Хуже того, один клиент захотел, чтобы в однушке площадью сорок пять квадратных метров он спроектировал одновременно балкон-сад, небольшой домашний океанариум, роскошный туалет и спальную будку для собаки, причем будка должна была быть обустроена не хуже, чем комната для человека.
Клиенты могли фантазировать сколько угодно, ведь все проблемы с воплощением их грез в реальности и риск облысеть из-за стресса ложились на плечи дизайнера.
В итоге он поставил начальнику свои условия: сроки сдачи определяет он сам, работает удаленно, так как это дизайн, на совещания не ходит, в корпоративах не участвует, а с вопросами, не касающимися дизайна, к нему не подходить.
Начальник был крайне недоволен, но ничего не мог поделать.
Ведь Цзян Инь был единственным за долгие годы специалистом, способным полностью реализовать требования клиента, соблюсти все технические стандарты и при этом сохранить эстетику интерьера.
Он был свободен, высокомерен, своенравен и отличался от всех остальных сотрудников. Его запросы были специфическими, а сам он не терпел дисциплины.
Начальник мечтал прибить его каждую минуту.
И вот, когда Цзян Инь в очередной раз средь бела дня во время рабочего процесса вальяжно ушел обедать, заявив, что ищет вдохновение, начальник с улыбкой выставил его за дверь.
Зарплата выплачена, контакт в мессенджере удален — с этого момента в компании больше не было такого «свободного художника».
Кто бы мог подумать, что вскоре после увольнения, прямо на улице, кто-то сунет ему в руку рекламную листовку: Принц полуночи, бери микрофон и погрузись в безумный, чарующий мир!
На листовке был изображен человек в откровенном наряде, с ярким гримом, чей пол было трудно определить.
Цзян Инь с детства отличался утонченной внешностью, и ему часто намекали на двусмысленные вещи — подобные листовки были делом обычным.
Сочетание текста и картинки говорило само за себя.
Он решительно отказался: Я не занимаюсь чем попало. Даже если он окажется в безвыходной ситуации и будет готов умереть от голода на улице, он не пойдет на такую работу.
Сказав это, он уже хотел уйти широким шагом, но человек, вручивший листовку, схватил его за рукав: Ошибка, вышла ошибка! Это ночной оператор! Никаких переработок, начальник честный и покладистый, главное — минимум правил. К тому же... у нас там есть собаки!
Услышав это, он тут же остановился и впервые серьезно посмотрел на мужчину перед собой.
На вид тому было лет тридцать-сорок, одет в строгий костюм, волосы зализаны гелем, выглядит бодро — типичный офисный элитный работник. Но под мышкой у него была папка с листовками, что совершенно не вязалось с таким солидным образом.
И он, и его листовки выглядели странно.
Что это за вакансия оператора такая подозрительная?
Он спросил: Чем вы вообще занимаетесь?
http://bllate.org/book/37442/4667874
Готово:
