– Нет. — Сун Цин слегка прижала уголки губ, и ее голос прозвучал холодно и тяжело. — Пусть тянет сколько хочет, не обращайте внимания.
Во взгляде мелькнуло суровое выражение, она опустила ресницы, а между бровей словно легла тонкая изморозь.
– М-м, хорошо. — Сюй Вэньюань ответил рассеянно, подумав о том, что хотя директор Юй номинально является щедрым заказчиком, перед которым они отчитываются, и на любые выпивки с деловыми партнерами или совместные игры в компании группа обычно отзывается без промедления, но стоило зайти разговор о проектном сотрудничестве, как у Сун Цин от начала и до конца сохранялось абсолютно наплевательское отношение.
Впрочем, он слышал, что коммерческий отдел знатно отчитали за то, что они слишком упорно требуют подписания контракта, но с какой стати это давление должен разгребать проектный отдел?
К слову, когда он только устраивался на работу, головная компания собирала у всех данные, заявляя, что собирается выпустить единые именные карточки и форму. Стажеры в компании меняются постоянно, и вещи раздали лишь недавно. На визитке Сюй Вэньюаня, разумеется, значилось, что он помощник инженера филиала, но вот на визитке руководителя... кажется, на шапке стояло название головной компании.
Подумав об этом, он молзком выдохнул, ощущая свою причастность к чему-то великому и предвкушая светлое будущее.
Мастер Се вышел из машины покурить, и когда он вернулся, запах еще не выветрился полностью — в салон просочился слабый табачный дух. Сун Цин чуть закусила губу и спрятала лицо в воротник.
Мастер Се отпил воды, хмыкнул пару раз и произвел:
– Инженер Сюй, закончили звонить?
Тон был издевательским, в нем сквозило понимание человека, прошедшего через многое. Сюй Вэньюань улыбнулся и перекинулся с ним парой дежурных фраз:
– Закончил. Мастер Се, вы до этого чинили велосипед?
Мастер Се завел мотор, и в салон ворвался свежий аромат сосновой и пихтовой хвои.
– Ха-ха-ха, ага, инженер Сун у нас любит людям помогать.
– Руководитель?! — У Сюй Вэньюаня дрогнул кадык, а голос от напряжения сорвался.
– Что такое? — Сун Цин спокойно откинулась на мягкое сиденье переднего пассажира и продолжила: — Звучит так удивительно?
– Нет, нет. — Сюй Вэньюань торопливо затряс головой, на кончике носа выступили капельки пота. — Разве это в рабочее время... — тут он резко замолк. Если деловые обеды и встречи тоже считать сверхурочными, то его собственный телефонный звонок пару минут назад уже тянул на прогул.
Он осторожно бросил взгляд в зеркало заднего вида: выражение лица Сун Цин было совершенно обычным, поэтому он тихо пробормотал себе под нос:
– А я думал, что у руководителя в сердце живет исключительно проект.
Подобные благородные поступки звучали так, будто ими занимаются лишь активисты из числа сердобольных горожан, тогда как лицо Сун Цин идеально подходило для того, чтобы засунуть его в рамку и повесить в школьном коридоре галереи выдающихся выпускников на всеобщее обозрение.
Стоило прозвучать этой фразе, как в машине воцарилась мгновенная тишина.
Дорога в Древний город Цаннань оказалась не из легких: ветер повалил ненадежные скальные обломки, и ехать по только что расчищенному полотну было сплошным мучением. Сюй Вэньюань сдал позиции первым — свесив голову набок, он прижался лбом к автомобильному стеклу и заснул.
А вот о чем думала сердобольная гражданка госпожа Сун, так это о том, что зарабатывать деньги и получать удовольствие — вот к чему должны стремиться молодые люди, а помощь окружающим, само собой, тоже является одним из видов радости.
Правила существуют для того, чтобы их нарушать — такую истину она осознала после встречи с Вэнь Най.
Сама же она, Сун Цин, была законченной поклонницей смазливых мордашек.
–
Цаннань — популярнейший туристический город, поэтому даже в несезон жилье здесь пользовалось бешеным спросом, а на сайтах бронирования почти не осталось свободных номеров. Переугoлками и переулками Сун Цин отыскала гостевой дом прямо у подножия городской стены.
Парадные двери были выполнены из маньчжурского ясеня, здание — в традиционном стиле, выложено из старого красного кирпича и покрыто грубой белой краской. Под карнизом ютились несколько горшков с суккулентами, внутренний двор строился по принципу смены пейзажа при каждом шаге, а окна сияли чистотой со всех восьми сторон.
Самым неуместным предметом во всем гостевом доме был компьютер для регистрации гостей. Если бы не жесткое требование органов общественной безопасности регистрировать личные данные клиентов, Сун Цин даже заподозрила бы, что не испытывающий недостатка в деньгах хозяин предпочел бы завести бумажную тетрадку в обложке из грубой бумаги.
А насчет того, почему она решила, что владелец богат — у Сун Цин было острое зрение, и она заметила на подставке для древностей чашу доуцай с подглазурной росписью кобальтом.
Когда их компания прибыла на место, хозяин развалился в кресле-качалке у входа, прикрыв лицо пожелтевшим старым сборником эссе. Разбуженный шумом, он сонно протер глаза:
– На сколько ночей?
Сун Цин перебирала старинные книги, сваленные на полке, а Сюй Вэньюань молча показал три пальца.
Со слов хозяина, он не выставлял гостевой дом на сайтах бронирования потому, что не хотел зависеть от чужих отзывов и рейтингов платформы: путники со всех концов света сходятся сюда по воле судьбы, находя уголок тишины и покоя посреди шумной суеты.
Сун Цин очень уважала его. Уважала за то, что у него есть деньги.
Результатом следования течению стали несколько завышенные цены за ночлег в гостевом доме — они даже превышали установленные компанией лимиты на командировочные расходы, однако подходящих мест поблизости больше не нашлось.
Должность Сун Цин была высокой, поэтому и уровень размещения ей полагался соответствующий. Сюй Вэньюалю перепало счастье погреться в лучах ее славы, и ему достался номер со звездным небом и видом на Гору Цаннань.
Гости напились приготовленного хозяином яблочного уксуса, волонтеры гостевого дома дотащили багаж до дверей комнат, и Сюй Вэньюань, забрав карточку-ключ, высунул голову в коридор, пожелал всем спокойной ночи и блаженно уставился в телефон, зависнув на болтовне.
Вода в гостевом доме нагревалась очень медленно. Чистый горной источник бодрил и освежал до глубины души. Сун Цин немного постояла под прохладным душем, слушая журчание воды, пока стеклянные двери ванной комнаты не заволокло манящим туровым паром.
Закончив мыться, Сун Цин отгладила одежду на завтра, аккуратно повесила ее и открыла крышу номера со звездным небом — комната мгновенно залилась лунным сиянием до самого пола, а на стене отразилась легкая тень ивы.
Она поставила телефон на зарядку. Раздался нежный звон, и в мессенджере хлынул поток сообщений. Сперва шли уведомления из рабочей группы: Юй Шуйшэн, охмелев, устроил дебош и принялся безумно тегать всех подряд, требуя составить ему компанию в видеоиграх, заявляя, что пока они не выиграют хотя бы один матч, из игры никто не выйдет.
Раньше эту обязанность выполняла Сун Цин, ведь ее подчиненные до смерти боялись сболтнуть лишнего.
Но сегодня, после всех дорожных тягот, в глазах Сун Цин читалась легкая усталость. Проигнорировав пьяный бред Юй Шуйшэна, она просто перевела весь проектный чат в режим без звука, а на личные сообщения отвечать тоже не стала.
В конце концов Сюй Вэньюань не выдержал и написал ей в личку: [Руководитель, может, мне пойти составить компанию директору Юю?]
Сун Цин, слегка прижав уголки губ, ответила: [Контракт еще не подписан.]
Ее слова не отличались особой туманностью, и Сюй Вэньюань схватил все на лету. Раз контракт еще не подписан, щедрый спонсор пока отыгрывает свою роль лишь наполовину; даже если сроки сдачи проекта поджимают, нервничать должен сам Юй Шуйшэн. Проектная организация со стороны исполнителя тоже обладает собственным достоинством, они вовсе не ручные собачки, которых можно подзывать свистком и прогонять пинками, так с какой стати притворно ублажать его?
Юй Шуйшэн продолжал бормотать в группе, что от еще одной партии он точно сыграет в ящик, на что Сюй Вэньюань ответил смайликом с поднятым вверх большим пальцем, доведя уровень сарказма до абсолютного максимума.
http://bllate.org/book/37438/4667191
Готово:
