Он ещё не успел договорить, как Цзянь Чуань направился прямо туда.
— Хорошо, тогда снова чесночные куриные наггетсы и кунжут с мёдом.
Остаток фразы У Синхэ так и застрял у него в горле.
Он увидел, как Цзянь Чуань идёт напролом, мимо стоящей в очереди толпы, заходит внутрь и перекидывается парами слов с мужчиной, у которого на шее было повязано белое полотенце, после чего тот с улыбкой помахал кому-то за спиной.
Молодая женщина ловко выдернула полиэтиленовый пакет, положила в корзинку две лепёшки и протянула ему, сказав ещё что-то вдогонку и пару раз за это время взглянув в их сторону.
У Синхэ так и остался стоять на месте.
Через две минуты Цзянь Чуань вернулся с лепёшками и протянул ему одну из них — со вкусом кунжута и мёда.
У Синхэ взял её и развернул.
Знакомый насыщенный аромат хлынул в нос, и у него мгновенно защипало в глазах.
Глава 7
Овощной рынок на Хуаюаньлу был собран из нескольких стальных теплиц. Если войти внутрь, то под самой центральной аркой раскидывалось большое открытое пространство, где располагались десятки торговых рядов с овощами.
Один из сравнительно крупных прилавков держала молодая пара приезжих из другого города, которые также были поставщиками Шашлычной «Счастье».
Все свежие овощи для заведения этот мужчина каждое утро доставлял прямо в кафе. Заказы оформлялись еженедельно, а расчет производился раз в месяц — обычно в первых числах оплачивали счета за предыдущий месяц.
Эта молодая пара была неплохой: работящие, надежные, они были даже на несколько лет младше Цзянь Чуаня. Оба только что окончили колледжи и сразу занялись своим делом, а их рукописные бухгалтерские книги были ясными и понятными.
Как и прежде, Цзянь Чуань, едва придя, за пару минут сверил счета и без лишних разговоров полностью оплатил задолженность за прошлый месяц.
Хозяйка вручила ему два вымытых огурчика — размером с ладонь, хрустящих и освежающих на вкус.
— Цзянь-гэ, попробуйте, у этих огурцов качество отменное, вчера только несколько ящиков привезли.
Цзянь Чуань взял их и машинально протянул один шедшему позади человеку. У Синхэ взял огурец, осмотрел его, но есть сразу не стал.
Хозяйка не удержалась и снова бросила взгляд на У Синхэ. Её щеки слегка покраснели, и она с улыбкой произвела:
— Этот красавчик... выглядит каким-то незнакомым...
Изначально она собиралась спросить, не новый ли это официант в их заведении, но внешность и манеры У Синхэ были безупречны — он выглядел красивее любого айдола из зарубежных мальчиковых групп, за которыми она следила в студенческие годы, хоть сейчас отправляй его на сцену дебютировать.
Как ни посмотри, а задать такой вопрос язык не поворачивался.
К тому же атмосфера между ними царила странная: казалось, что они одновременно и близки, и чужды друг другу, отчего возникало какое-то неописуемое ощущение.
Хозяйка улыбнулась:
— ...Впрочем, брови и глаза у вас чем-то похожи, прямо как двоюродные братья.
У Синхэ инстинктивно посмотрел на Цзянь Чуаня.
Движение Цзянь Чуаня, грызшего огурец, на секунду замерло. Он бросил недоеденный хвостик огурца в маленькое мусорное ведро на полу.
— Не двоюродные.
Губы У Синхэ чуть дрогнули и сжались, а затем он опустил веки, и на его лице больше не отражалось никаких эмоций.
Слова Цзянь Чуаня прозвучали двояко. Хозяйка, заметив, что этот симпатичный парень тоже не собирается ничего объяснять, внезапно почувствовала, что сболтнула что-то лишнее, неловко хихикнула и больше не поднимала эту тему.
Договорившись о поставках ингредиентов на следующую неделю, Цзянь Чуань повел его дальше, в восточную часть рынка. Там тянулся ряд лавок, торгующих самыми разными приправами, и едва они вошли туда, в нос ударил едкий запах.
У Синхэ морщил нос: смесь кайенского перца с белым перцем и сычуаньским перцем заставила его тут же несколько раз подряд чихнуть.
— ...Спасибо.
Он принял у Цзянь Чуаня салфетку и вытер нос.
У кожи У Синхэ был светлый оттенок, от пары движений нос слегка покраснел, глаза увлажнились, а их уголки порозовели, из-за чего он выглядел так, будто чувствовал себя неважно.
Цзянь Чуань предложил:
— Может, подождешь меня снаружи...
— Не хочу.
У Синхэ отказался, даже не задумываясь. Поскольку он только что прочихался, в его голосе послышался легкий в нос оттенок, и оттого эти два слова прозвучали так, будто он капризничает.
Цзянь Чуань быстро отвел взгляд.
Повернув голову, он заметил на прилавке у продавца пачку одноразовых масок, попросил одну и велел ему надеть.
То ли у У Синхэ нос был чересчур чувствительным, то ли запахи на улице стояли слишком резкие, но даже сквозь защитную маску он продолжал чихать без остановки.
Цзянь Чуаню пришлось действовать быстро. Потратив всего десять минут на то, чтобы обо всем договориться с торговцем, он доплатил ему за доставку товара на машине прямо к заведению: если бы эти мешки с приправами лежали в багажнике, У Синхэ, пожалуй, всю дорогу чихал бы без передышки.
Когда они выбрались с рынка, солнце уже поднялось высоко над головой. Было около десяти часов утра, и воздух постепенно прогревался.
Стоило им сесть в машину, как Цзянь Чуань включил кондиционер.
Обычно, когда он ездил один, то просто опускал стекла, чтобы обдувало естественным ветром: во-первых, экономия бензина, а во-вторых, ему нравилось это ощущение свободы, когда ветер бьет в лицо.
У Синхэ бросил на него взгляд, ничего не сказал и снова уткнулся взглядом в остывающую лепёшку в руке.
Обратная дорога не была такой же гладкой, как утренняя.
На дорогах бурлил поток машин, толпы пешеходов и электроскутеры сновали туда-сюда, то и дело зажигался красный свет на добрые полсотни секунд, и автомобиль двигался черепашьим шагом — времени, проведенное в простоях, казалось больше, чем в движении.
В салоне стояла тишина.
Цзянь Чуань скосил глаза и увидел, что сидящий на пассажирском сиденье человек слегка откинул голову назад, прислонившись к подголовнику, глаза его были закрыты, и он крепко спал.
Сев в машину, У Синхэ снял маску, и открывшееся лицо оказалось меньше ладони Цзянь Чуаня. Густые ресницы отбрасывали тень на едва заметные синяки под глазами, кончик носа слегка покраснел от усердного трения салфеткой.
Он протянул руку, пытаясь осторожно вытянуть лепёшку из пальцев У Синхэ, боясь его разбудить, и потому не смел применять силу, но та никак не поддавалась.
Цзянь Чуань понаблюдал за ним какое-то время, и в глубине его глаз невольно промелькнула улыбка: а прокормить-то его оказалось несложно.
— Бип!
Ехавшая позади машина нетерпеливо засигналила.
Брови У Синхэ чуть нахмурились, он недовольно качнул головой, а Цзянь Чуань перевел взгляд на дорогу впереди и слегка нажал на газ.
Ближе к Шашлычной «Счастье» раздался звонок от Ян Фэна.
Обычно в заведении приступали к работе только к двум часам дня, но сегодня из-за того, что Цзянь Чуань отправился на рынок, Ян Фэн, встав с постели, сразу приехал отпереть двери, рассчитывая, что они быстро разложат вещи, а заодно смогут смотаться по соседству поесть острый хого.
— Цзянь-гэ, ты где? Я уже на месте! — проорал Ян Фэн во всю мочь своего зычного голоса.
Цзянь Чуань ответил лишь через пару секунд:
— ...Остался один перекресток, я вешаю трубку.
С этими словами он решительно оборвал вызов.
Ян Фэн замер с телефоном в руке на пару секунд.
Это еще что такое?
Инспектора ГАИ на перекрестке увидел, что ли? Теперь за рулем даже по телефону поговорить нельзя, до чего же строго!
Стоя на месте и мысленно возмущаясь, он поднял голову и как раз вовремя заметил знакомый золотистый фургончик, поворачивающий на перекрестке.
На переднем бампере виднелись две свежие царапины — следы того, как несколько дней назад он тайком взял покататься машину и нечаянно задел придорожный каменный столбик.
Водительские права он получил меньше месяца назад, и у него была классическая мания величия при полном отсутствии навыков. После того инцидента Цзянь-гэ отчитал его на все корки, и он уже несколько дней не прикасался к рулю.
Впрочем, за эти пару дней Ян Фэн усвоил урок и внутренне уверовал, что его мастерство вождения заметно возросло, а значит, можно попробовать снова.
Поэтому, заметив, что машина припаркована, он тут же подбежал с угодливой улыбкой на лице.
— Хе-хе, Цзянь-гэ, когда ты мне снова дашь порулить?.. Ох ты ж ё... да кто это у тебя рядом... Ого! Да это же тот самый... тот самый...
Не договорив и половины фразы, Ян Фэн внезапно заикнулся, вытаращив глаза на переднее пассажирское сиденье, а его пальцы слегка задрожали.
Ёлки-палки!
Да это же тот самый странный суперкрасавчик с той ночи!
С какой стати он оказался в машине его Цзянь-гэ!
— Погодите-ка... Цзянь-гэ, да он же... он же... почему он у тебя в машине! — Ян Фэн обошел капот и бросился прямиком к пассажирской двери, вглядываясь в салон через стекло.
Его глаза были прикованы к У Синхэ исключительно от шока, и он совершенно упустил из виду, что лицо Цзянь-гэ, кажется, слегка помрачнело.
Ян Фэн ошеломленно произнес:
— Цзянь-гэ, это же тот самый парень, про которого я тебе в ту ночь рассказывал! Который выведывал про тебя окольными путями! Вы что... охуеть, вы знакомы?!
За столь короткое время Ян Фэн уже сбился со счета, сколько раз выругался про себя, ощущая, что его мозги простоплавились.
— ...Тогда какого чёрта ты спрашивал меня, как его зовут, откуда мне знать, как его зовут! — стоило Ян Фэну взволноваться, как голос снова перестал ему подчиняться.
— У Синхэ.
Раздался хриплый, ленивый голос.
Ян Фэн резко повернул голову.
Окно со стороны пассажира медленно опустилось, и У Синхэ бросил на него взгляд своими красивыми фениксовыми глазами.
Ян Фэн: «...»
На мгновение в его голове образовалась абсолютная пустота.
У Синхэ приподнял брови и, качнув головой, посмотрел налево, но никого там не обнаружил.
Цзянь Чуань уже вышел из машины, откинул заднюю дверь фургона и холодно бросил Ян Фэну:
— Иди сюда, разгружай.
— А... да, иду.
Вздрогнув, Ян Фэн поспешно отлепился от оконного стекла.
·
На заднем сиденье фургона лежало всего два ящика с огурцами. Сами ящики были небольшими, так что вдвоем они управились в один присест.
Немного придя в себя, Ян Фэн, не заметив ничего больше, с любопытством спросил:
— Цзянь-гэ, а где специи, которые ты купил?
Цзянь Чуань:
— Хозяин лавки пришлет во второй половине дня.
Ян Фэн удивился:
— Закинул бы в салон сразу, а то за доставку еще доплачивать придется.
Его слова еще не затихли, как входная дверь кафе звякнула.
Повернув голову, Ян Фэн увидел, как У Синхэ толкнул дверь и вошел внутрь. Засунув руки в карманы брюк, он с интересом осматривал обстановку в заведении, а его движения были совершенно естественными.
С первого взгляда можно было подумать, что это приехавший с инспекцией начальник.
— Цзянь-гэ, кто он вообще такой? — тихонько поинтересовался Ян Фэн у Цзянь Чуаня.
Цзянь Чуань ничего не ответил. Склонившись над раковиной в кухне, он мыл руки, но в глубине души невольно задал себе тот же вопрос: а кто же такой У Синхэ на самом деле?
Он и сам толком не знал, кем именно должен быть для него нынешний У Синхэ.
Другом?
Младшим братом?
http://bllate.org/book/37406/4662342
Готово:
