— Когда я был маленьким, я ушел из дома, поэтому не помню, как звали того старшего брата. Думаю, либо ты когда-то встречал его, либо ты и есть он. Подумай хорошенько, может, так оно и было?
Вэй Чэньсин нахмурился. Разумеется, он ничего не помнил.
Он вообще не помнил ничего из своего прошлого.
В этот миг черная тень пронеслась над лесом, сопровождаемая звуком флейты. Вэй Чэньсин вздрогнул и, оттолкнувшись от земли, взмыл в воздух.
Е Сюньжань в спешке вскочил на ноги, но не успел он броситься в погоню, как мимо сверкнул еще один луч меча, преследующий черную тень, а затем вернулся обратно. Мечник в белых одеждах легко коснулся носком сапога ветки и плавно опустился на землю.
Е Сюньжань радостно воскликнул:
— Старший брат Сы Ци!
Сы Ци взглянул на лес, в котором исчезла тень, а затем перевел взгляд на Е Сюньжаня:
— Младшие братья искали тебя всю ночь, наконец-то нашли. Ты не ранен?
Е Сюньжань улыбнулся:
— Видишь, со мной все в порядке.
Не успел он закончить фразу, как Вэй Чэньсин, который только что взмыл вверх, приземлился в двадцати метрах от них. Он пристально смотрел туда, где скрылся незнакомец.
Сы Ци вздрогнул, ошибочно приняв его за ту самую черную тень. Он уже хотел было применить технику перемещения, но Е Сюньжань остановил его.
— Что ты делаешь? — спросил Сы Ци.
— Это человек, с которым я познакомился прошлой ночью, когда укрывался от непогоды в храме Земли. Это не тот, кто только что пролетел здесь, — ответил Е Сюньжань.
Сы Ци удивился: как ни посмотри, силуэты этих двоих казались до крайности похожими.
Вэй Чэньсин обернулся и встретился с проницательным взглядом Сы Ци.
Сы Ци, нехотя убрав меч, сложил ладони в приветственном жесте:
— Прошу прощения, молодой человек, я обознался.
С самого вчерашнего вечера Сы Ци шел по следу флейты, не прекращая поисков всю ночь, но так и не смог приблизиться к тому человеку. А сейчас, когда он был уже совсем близко, тот снова ускользнул. Сы Ци был крайне раздосадован.
Е Сюньжань дернул Сы Ци за рукав:
— Пойдем назад, брат, я уже с голоду умираю.
— Ты же мог лететь на мече… Где твой меч? — спросил Сы Ци.
— Потерял, когда скатился с горы, — честно признался Е Сюньжань.
Сы Ци вздохнул, призвал холодное сияние своего меча и, бросив взгляд на Е Сюньжаня, собрался уходить. Е Сюньжань покосился на Вэй Чэньсина и, увидев, что тот собирается молча уйти в противоположную сторону, внезапно окликнул его:
— Ты только что сказал, что не знаешь, куда идти. Может, пойдешь с нами на Виллу Линъинь?
Вэй Чэньсин остановился.
Сы Ци был озадачен. Вилла Линъинь обычно не приглашала посторонних.
Е Сюньжань пояснил:
— Пока брат не пришел, я как раз рассказывал ему о своей матери.
Сы Ци удивился еще больше:
— О матери? Разве ты не сирота, которого подобрал учитель?
— У него в руках Нефритовая Верёвка, которую я когда-то отдал тому старшему брату-бродяге, — ответил Е Сюньжань. — Эта Нефритовая Верёвка — вещь, оставленная мне матерью. Возможно, он как-то связан с моим старшим братом, с которым мы разлучились в детстве.
Сы Ци окончательно запутался, но раз Е Сюньжань все так складно объяснил, у старшего брата не было причин отказывать. Сы Ци внимательно осмотрел юношу: безоружен, выглядит болезненным, да и, кроме холодности в общении, не похож на опасного преступника из мира цзянху.
— Раз младший брат приглашает тебя, тогда пошли.
Вэй Чэньсин немного подумал, обернулся, поблагодарил их поклоном и направился к ним.
Шестой день с момента публикации ордера на арест Сюань-пятнадцать, а от подозреваемого по-прежнему ни слуху ни духу. Никто и подумать не мог, что сейчас он находится на Вилле Линъинь, одной из пяти величайших сект мира цзянху. И пребывает там совершенно открыто, в качестве гостя.
Кроме того, он остался здесь, чтобы прояснить еще одну вещь: что в его детстве связано с Е Сюньжанем.
Вершина Пик Линъинь, окутанная легкой дымкой.
Высоко в облаках возвышаются отвесные скалы и причудливые горные пики. Издалека доносится звон колоколов Виллы Линъинь, эхом отдаваясь в горах. Вэй Чэньсин последовал за Е Сюньжанем и остальными, по очереди пройдя через три кольцевые горы, окружающие главный пик. У подножия каждой из них были установлены массивные черные врата, символизирующие три мира существ. Открыть их можно было только с помощью специальной формулы, и никому, кроме учеников Линъинь, вход не разрешался. Затем они поднялись по девяносто девяти ступеням из белого камня, по которым могли проехать несколько лошадей в ряд, и наконец достигли легендарного места — Виллы Линъинь.
Вэй Чэньсина временно разместили в гостевом домике на заднем склоне Виллы Линъинь, где почти никогда не бывает гостей. Хоть там и было пусто, зато тихо и спокойно.
Он и во сне не мог представить, что окажется здесь. Бесчисленные барьеры, опоясывающие гору, надежно скрыли его от всех, кто пытался его найти, включая тех, кто охотился за его головой по ордеру.
Пользуясь тем, что его никто не беспокоил, Вэй Чэньсин поспешно сел на кровать в гостевой комнате и начал медитировать, чтобы восстановить поврежденное Нэйли. От природы у него была повышенная температура тела, и при сильной усталости в пути его часто бросало в жар. Пик Линъинь был пронизан бессмертной аурой, и, почувствовав, как чистая энергия окружает его, Вэй Чэньсин быстро погрузился в глубокую медитацию.
Но слова Е Сюньжаня продолжали крутиться в его голове:
Бродяжничество. Старший брат. Красный шнурок с нефритом.
Несколько раз, когда Е Сюньжань произносил ключевые слова, Вэй Чэньсину казалось, что он почти вспомнил что-то важное. Но, как и десятки раз за последние десять с лишним лет, стоило ему попытаться прорваться через эту брешь в памяти, как он с беспощадной силой отлетал назад.
Голову разрывало от боли, перед глазами всё плыло. Он ненавидел себя за ту болезнь, из-за которой забыл обо всем. Девятый брат, обучавшийся с ним, говорил, что если бы не Вэй Сюань, передавший ему часть своего мастерства и Нэйли, он давно превратился бы в груду белых костей. Поэтому все эти годы он покорно служил Вэй Сюаню, отрабатывая долг за спасение своей жизни.
Хотя Вэй Чэньсин прекрасно понимал: Сюань-пятнадцать — это просто одна из цепных собак, которых держит Вэй Сюань.
На закате взошла луна. Вэй Чэньсин закончил медитацию и поднялся. В этот самый момент желудок выразил протест из-за голода. Словно по расписанию, Е Сюньжань постучал в его дверь, зовя ужинать.
Вэй Чэньсин вышел наружу и увидел, как Е Сюньжань с едой в руках ловко взлетел на крышу, обернулся и поманил его за собой. Вэй Чэньсин вздохнул: зачем для приема пищи забираться на крышу? Но, не в силах сопротивляться голоду, он был вынужден последовать за ним.
http://bllate.org/book/37311/4649763
Готово:
