Но летом носить столько одежды действительно очень жарко. Хотя в больничном здании и работал кондиционер, от долгого сидения всё равно становилось духовно, поэтому в свободное время он выбирался вниз, в небольшой больничный сад, чтобы посидеть в тени раскидистого гигантского дерева. Там можно было подышать свежим воздухом и заодно умять парочку ледяных палочек со вкусом колы.
Вспомнив об этом, Ся Цзюньянь подумал о том красивом пареньке, который приводил сегодня на осмотр свою сестру, и о случайном взгляде, которым они встретились в саду. Хватило всего одного этого взгляда, чтобы Ся Цзюньянь понял: тот человек, как и он сам, — гей.
Впрочем, они виделись всего дважды, так что, вспоминая об этом, Ся Цзюньянь лишь счёл весьма интригующими отношения между тем парнем и его сестрой. Немного поразмыслив, он выбросил это из головы.
Выйдя из ванной, Ся Цзюньянь сразу направился в кабинет, чтобы продолжить работу над диссертацией.
Для таких больниц высшей категории класса А, как Первая больница Фуцзянского университета или Вторая больница, докторская степень была всего лишь пропуском на порог. Она являлась обязательным условием, но вовсе не высоким стартом. Ся Цзюньянь происходил из главного клана, отучился все восемь лет непрерывного обучения в Фуда, да к тому же попал в ученики к уважаемому и благородному наставнику, благодаря чему и смог благополучно остаться здесь. Сейчас он был всего лишь лечащим врачом, и чтобы подготовиться к будущему повышению, помимо практики в клинике, нельзя было расслабляться и в научной работе.
Ся Цзюньянь скрестил ноги, устроившись в кресле на колесиках, и неотрывно уставился на экран компьютера. Так он просидел целых три часа.
Ближе к двенадцати часам дверь кабинета внезапно отворилась. Услышав скрип открывающейся двери, Ся Цзюньянь обернулся и как раз вовремя заметил просунувшуюся внутрь голову.
Тан Инсюань жалобно посмотрел на него и со смыслом произнёс:
— Жёнка… пора спать.
Ся Цзюньянь бросил взгляд на часы:
— Ещё рано.
Любой, кто смог получить докторскую степень, — человек незаурядный, а уж доктор медицинских наук тем более. Стоило Ся Цзюньяню погрузиться в работу, как досидеть до трёх часов ночи для него не составляло никакого труда.
— Разве тебе завтра не на утреннюю смену? — не отступал Тан Инсюань. — Рано ложишься, рано встаешь — и здоровье будет крепким. Ты же врач, почему совсем не следишь за здоровьем?
Ся Цзюньянь уже хотел ответить, что не бывает врачей, соблюдающих режим, — бывают только врачи, умершие от переутомления, но, стоило ему встретиться взглядом с полными надежды щенок-глазами Тан Инсюаня, его сердце всё же растаяло. У Тан Инсюаня в последнее время горели сроки, он несколько дней подряд ночевал прямо в компании, и они уже давно не были близки.
— Хорошо, сейчас приду.
Эта квартира представляла собой просторные апартаменты с пятью спальнями и двумя гостиными. Все трое жили в отдельных комнатах, и Ся Цзюньянь решал, спать ли ему в одиночестве или провести ночь с кем-то из них, в зависимости от настроения. Впрочем, нрава он был мягкого, и стоило Инь Люйсяо или Тан Инсюаню немного поканючить, как он сразу соглашался. Как-то раз у них уже был опыт на троих, но на середине те два ревнивца начали ссориться всё сильнее, и в итоге всё закончилось тем, что смертельно уставший Ся Цзюньянь свернулся калачиком под Инь Люйсяо и уснул мёртвым сном. Впечатления остались настолько скверными, что больше они такое не повторяли.Спальня Тан Инсюаня полностью отражала его личность: на двери и стенах красовалось несколько крупных постеров из анимационных фильмов, в создании которых участвовала их студия. Рядом с окном стоял рабочий стол для рисования, а напротив него — шкаф с фигурками, где аккуратно расставлены персонажи из различных аниме и игр. Был там и небольшой книжный шкаф, предназначенный исключительно для черновиков и зарисовок Тан Инсюаня.
Хотя в индустрии уже давно доминировала цифровая графика, Тан Инсюань питал особую страсть к ощущению бумаги под рукой, поэтому для собственных творческих задумок он неизменно выбирал традиционный рисунок.
Ся Цзюньянь вошел в комнату, небрежно взял один из раскинутых на рабочем столе эскизов и спросил:
— Это что такое?
— Одна мобильная игра заказала мне дизайн нового персонажа!
Стоило зайти на тему концепт-артов, как Тан Инсюань тут же воодушевился. Он придвинулся к Ся Цзюньяню и, указывая пальцем на свой рисунок, принялся увлеченно объяснять:
— Это киллер, который маскируется под врача. В качестве оружия использует бензопилу, а больше всего на свете любит связать человека по рукам и ногам, чтобы устроить кровавое четвертование. На первый взгляд он очень мягкий и обходительный, но на самом деле...
Ся Цзюньянь слегка вздрогнул:
— Что за игра такая жуткая?
Тан Инсюань ответил:
— Хоррор.
— А-а, понял, — кивнул Ся Цзюньянь.
Тан Инсюань покраснел и смущенно пробормотал:
— ...Прототипом послужил ты.
Ся Цзюньянь: «...»
Связывать по рукам и ногам Ся Цзюньянь, конечно, не умел, но связать запястья было вполне в его силах. Он вытащил из ящика шкафа галстук и тут же скрутил руки Тан Инсюаня за спиной.
— Любимый, любимый! — Тан Инсюань сидел на краешке кровати и с огромным предвкушением спросил: — Сегодня ты будешь сверху?
— ...Не отнимай мои реплики, — тихо фыркнул Ся Цзюньянь, сбросил тапочки и забрался на кровать.
Однако инициативность Ся Цзюньяня возбудила Тан Инсюаня даже сильнее обычного. Ся Цзюньянь так устал, что у него чуть спина не отвалилась, а он всё еще не «обслужил» его до конца. В итоге он просто развязал веревки, перехватил инициативу, вернув ее Тан Инсюаню, а сам безвольно растянулся на постели, превратившись в пассивного партнера, которому больше не нужно напрягаться.
Доктор Ся из педиатрического (5)
— И что теперь делать с этим ребенком? — Цзян Хуа стояла у кровати, глядя на лежащего без сознания мальчика с подвешенными ногами, и тяжело вздохнула, покачав головой.
— Всё, что было в наших силах, мы уже сделали, а остальное — забота сотрудников детского дома, — Ся Цзюньянь легко похлопал ее по спине, пытаясь утешить. — Старшая сестренка, не давай на себя такую сильную нагрузку.
— И то верно, — усмехнулась Цзян Хуа и повернулась к нему. — Вот бы мне научиться смотреть на вещи так же легко, как ты.
— Это ты сейчас намекаешь, что у меня черствое и бесчувственное сердце? — в шутку бросил Ся Цзюньянь и вышел вслед за медсестрой и Цзян Хуа.
Переступив порог палаты, он всё же не удержался и бросил прощальный взгляд на лежащего на койке мальчика.
Ребенка звали У Линь. Позавчера днем он попал в серьезную автокатастрофу вместе с родителями и был доставлен в Первую больницу Фуцзянского университета для оказания экстренной помощи. В тот момент консилиум врачей экстренно собирал именно Ся Цзюньянь, и теперь, когда мальчика перевели в педиатрическое отделение, Ся Цзюньянь стал его лечащим врачом. У Линь получил тяжелейшие травмы: мало того, что у него диагностировали множественные переломы ног со смещением, так еще и пострадала голова, поэтому даже на следующий день после операции он так и не пришел в сознание.
Родители У Линя погибли в аварии, а связаться с остальными родственниками никак не удавалось. Ся Цзюньянь сначала сам внес залог за операцию и неделю пребывания в стационаре, а затем связался с органами социальной защиты Фучэня в надежде, что они смогут помочь этому бедному ребенку.
http://bllate.org/book/37297/4648132
Готово:
