Хотя он был знаком с Мосеном не так уж долго, но успел понять, что тот не станет поддерживать подобные низкопробные темы. Поэтому Ши Чжо, договорив, сам же решил спустить ситуацию на тормозах и отвернулся, чтобы взять со стола воду и сделать глоток.
Не успел он проглотить воду, как услышал, что Мосен позади него тем же ровным тоном спросил:
— Какая цена?
Ши Чжо от неожиданности поперхнулся, торопливо проглотил воду и принялся громко кашлять, прижимая к себе стакан. Затем, обернувшись, он наугад показал пальцами какую-то цифру.
Тот, скрестив руки на груди, стоял на месте и, вглядываясь в жест, слегка прищурился:
— Так дорого?
Ши Чжо приподнял бровь, отставил стакан и с самым серьезным видом принялся его обманывать:
— На самом деле не так уж и дорого. В конце концов, в тюрьме, где нет женщин, другим даже за деньги в очереди не удается на это посмотреть.
Мосен, не говоря ни да, ни нет, кивнул и принялся что-то делать на своем терминале.
Спустя несколько секунд терминал Ши Чжо издал короткий сигнал о входящем сообщении. Удивленный Ши Чжо с некоторой радостью открыл его, но обнаружил, что на счет не только не поступили деньги, но, напротив, Мосен каким-то непонятным способом списал с него сумму.
Он поднял голову, вытаращив глаза от изумления.
— Согласно озвученной тобой цене, если вычесть плату за то, что я смотрел на твою талию, тебе еще нужно доплатить мне вот столько, — холодно пояснил тот. — В конце концов, я смотрел только на твою талию, а ты осмотрел меня целиком.
— …
— Я этого не делал, — попытался оправдаться Ши Чжо.
Видя, что тот не собирается возвращать деньги, он лишь обнял свой терминал, горько жалея о содеянном. Если бы он знал, что потеряет эту сумму, то лучше бы держался уверенно и тогда уж рассмотрел бы Мосена с головы до ног самым тщательным образом.
Закончив самобичевание, Ши Чжо вскоре обратил внимание на странный способ списания средств и, почувствовав неладное, снял терминал, чтобы проверить его:
— Мой личный счет — это сфера моей частной жизни. Почему ты можешь дистанционно проводить с него транзакции? — Он задумчиво прищурился, разглядывая корпус терминала. — Ты что, встроил мне в терминал военный чип?
— Полковник, — еще больше убеждаясь в этой догадке, он с негодованием поднял глаза, — вы пользуетесь служебным положением в личных целях, это превышение полномочий Военного ведомства…
— Я этого не делал, — сухо перебил его Мосен. — Я просто привязал твой счет к своему, установив родственную связь.
— …
— Какую еще родственную связь? — Ши Чжо, отчаянно пытаясь отыграться, перестал следить за языком. — Полковник, я не хочу, чтобы при регистрации брака с любимым человеком в будущем соответствующие органы сообщили мне, что я совершил двоеженство.
Мосен бросил на него красноречивый взгляд.
— Двоеженства не будет, можешь не волноваться, — добавил он с легкой иронией. — Но тебя, скорее всего, оповестят, что у тебя появился отец, который не является твоим кровным родственником, но при этом одного с тобой возраста.
— …
— Полковник, — Ши Чжо на мгновение лишился дара речи. Неизвестно, о чем он подумал, но выражение его лица стало странным. — Вы несколько лет назад тоже учились в Имперской военной академии?
— Нет, — ответил Мосен.
Лицо Ши Чжо стало еще более сложным. Он кивнул, словно давно этого ожидал, но при этом выглядел озадаченным.
— Тогда, полковник, во время учебы вы тоже были на Боевом факультете?
— Да, — кивнул тот.
— Вот оно что, — Ши Чжо наконец расслабился, словно запутанный узел в его голове развязался. — И правда, все люди с Боевого факультета такие.
— Какие именно? — переспросил Мосен, расслышав бормотание.
«Все любят играть со мной в отца и сына», — мысленно ответил Ши Чжо, проявив благоразумие и не озвучив это вслух. Он опустил взгляд на край кровати и, как ни в чем не бывало, перевел тему:
— Полковник, что вы мне принесли?
— Рубашку. — Мосен протянул ему запасные пуговицы и набор для шитья. — Не забудь в ближайшие пару дней пришить пуговицы. В конце концов, одежда стоит недешево.
— …
Ши Чжо с головной болью посмотрел на лицо мужчины, потратив время на то, чтобы убедиться, что тот не шутит.
— Полковник, — он поднял глаза, отказываясь сотрудничать, — рубашку порвал не я, и я вас об этом не просил.
Подразумевалось, что даже если пуговицы и нужно пришить, то это явно не его задача.
Мосен бесстрастно ответил:
— Рубашку порвал я, это верно. Но звуки при этом издавал ты.
— …
Ши Чжо оставалось лишь вздохнуть и смириться:
— …Я попробую. Но, полковник, — он скопировал тон Мосена, полушутливо-полусерьезно добавив, — не возлагайте на меня слишком больших надежд.
Мосен слегка помедлил: он узнал свои же слова, сказанные несколько дней назад. У молодого полковника редко бывало такое выразительное лицо; с намеком на улыбку он произнес:
— Это еще как сказать.
В глазах Ши Чжо отразилось сомнение.
Мосен больше ничего не сказал: на его терминал поступил новый вызов.
Он остался стоять на месте и, не стесняясь Ши Чжо, ответил на звонок. Из терминала раздался голос подчиненного:
— Полковник, прислать вещи прямо сейчас?
— Присылай, — сказал Мосен.
Подчиненный спросил, куда именно доставить, и Мосен продиктовал адрес, где жил Ши Чжо. Пока они разговаривали, Ши Чжо сидел на краю кровати, хмуро разглядывая рубашку.
В годы учебы в Имперской военной академии он разбирал и собирал оружие быстрее, чем студенты Боевого факультета, но вот эта кропотливая работа с иголкой и ниткой, которую он изучал на факультативном курсе Факультета тылового обеспечения, никак не давалась ему.
Имперская военная академия, несомненно, была лучшим военным учебным заведением Империи, но в то же время здесь училось больше всего детей знати из Столичного города. Не все дети высокопоставленных чиновников и аристократов с юных лет блистали талантами: среди тех, кто родился с серебряной ложкой во рту, было полно бездельников и бездарей.
Лучшие студенты академии в основном концентрировались на Боевом факультете, а Факультет тылового обеспечения, на котором учился Ши Чжо, был забит праздношатающимися мажорами. Что же касается странных дополнительных курсов на факультете, то все они были созданы лишь для того, чтобы отпрыски аристократов могли «набить» себе учебные кредиты.
Чтобы получить зачет по факультативу, Ши Чжо приходилось тратить массу времени на практику. То, как сшитого им кролика в шутку прозвали «космическим пиратом со шрамом», до сих пор оставалось в его памяти. Вспомнив об этом сейчас, Ши Чжо невольно с негодованием сжал рубашку и с тяжелым сердцем покосился на Мосена.
http://bllate.org/book/37267/4643163
Готово:
