Они встретились взглядами лишь на пару секунд, после чего он отвел глаза и посмотрел на ластик, лежавший у его ног.
Е Вэньюй словно прирос к месту. Он наблюдал, как собеседник с естественной легкостью наклонился, выпрямился, подошел ближе и остановился ровно в одном шаге от него, соблюдая идеальную дистанцию.
Затем он раскрыл ладонь. В ней лежал новенький ластик с рисунком кролика.
Расстояние между ними было не таким коротким, как в прошлый раз в библиотеке, но этого оказалось достаточно, чтобы Е Вэньюй вновь разглядел все детали губ, о которых мечтал каждую ночь.
Включая те едва заметные, живые изгибы, которых он не замечал раньше.
Его словно затянуло в вакуум собственных мыслей. В ушах звенел лишь уличный ветер, ворвавшийся в помещение и заставивший стеклянную подвеску в углу жалобно звякнуть.
А еще — стук собственного сердца, гулкий, как барабанная дробь.
Наконец, заметив, что Е Вэньюй молчит, парень негромко спросил:
— Больше не нужен?
Е Вэньюй очнулся, будто от сна.
Он, словно убегая от чего-то, с усилием отвел взгляд. Опущенные веки скрыли зародившиеся в глубине глаз чувства. Он протянул руку навстречу.
Взгляд Янь Чэня ожидаемо упал на его тонкие, изящные запястья.
От выступающей косточки до едва заметных голубых венок на кисти, а затем — к пальцам и их кончикам.
Подушечки пальцев парня слегка коснулись его ладони — словно мягчайший пушок овеяло, — и забрали ластик, оставив после себя легкое, почти неуловимое покалывание.
— Спасибо, — Е Вэньюй поспешил прочь, и в его шагах чувствовалась некая сбивчивость, заметная лишь ему одному.
Янь Чэнь слегка нахмурился, глядя себе на ладонь.
Мягкое, прохладное ощущение от прикосновения кожи еще не успело улетучиться. Это чувство показалось ему странным и в то же время непривычным, он невольно подогнул пальцы, слегка потирая центр ладони.
В глубине его глаз заструились непонятные эмоции. Он сжал руку в кулак и быстро направился к выходу из магазина.
***
Чи Дунтин, закончив прохождение подземелья десятого уровня сложности, подобно вялой рыбе распластался на стуле. Услышав звук открывающейся двери, он обессиленно повернул голову к вошедшему и протянул:
— Вэнь-ю-ю-юй…
— Материалы проверил, всё в порядке.
Е Вэньюй подошел и положил блокнот и карандаш на стол.
Когда дело дошло до ластика, он на мгновение замешкался.
Чи Дунтин, вымотанный игрой, даже не заметил, насколько сильно Е Вэньюй был погружен в свои мысли.
Снова раздался звук сообщения в чате. Чи Дунтин глянул на экран и взвыл:
— Спасите! Больше не могу играть, не зовите меня!
Е Вэньюй дрогнувшими ресницами наконец положил ластик поверх бумаги:
— Я купил первый попавшийся, проверь, тот ли это.
— Да всё нормально, я ведь просто так рисую, без особых претензий.
Чи Дунтин взял телефон и нашел Е Вэньюя в WeChat:
— Спасибо, Вэньюй, я перевел деньги, не забудь принять.
Е Вэньюй кивнул и вернулся к своему столу, открыв ноутбук.
Страница с поисковым запросом, открытая еще до ухода, всё еще висела на экране.
Он открыл меню в нижней части страницы и обнаружил, что за неполный час ответ пользователя МалаПечальнаяГусинаяКишка набрал почти две сотни лайков и поднялся в самый верх списка.
Сжимая мышку, он молча перечитывал этот ответ снова и снова, пока компьютер не перешел в спящий режим и экран не погас.
— Эй, Вэньюй, ты уже создал персонажа? — Чи Дунтин немного пришел в себя и переключился на другой аккаунт, чтобы выполнить ежедневные задания.
Ответа не последовало.
Чи Дунтин не придал этому значения:
— Да у мужских персонажей всё равно особо ничего не настроишь. Зайдешь и увидишь, что все выглядят одинаково, никакой разницы.
— О! Есть еще один простейший способ: просто загрузи свою фотографию, и система сгенерирует всё автоматически. В любом случае, ты…
— Дунтин, — внезапно прервал его бормотание Е Вэньюй.
— А? — Чи Дунтин повернул голову, но глаза его всё еще оставались прикованы к игре. — Что такое?
И тут он услышал, как Е Вэньюй с очень озадаченным, но предельно серьезным видом задал вопрос, который было невозможно ожидать из его уст:
— Ты не знаешь, как можно сблизиться с человеком?
***
— Уже третий, — в общежитии 508 Дун Си закинул ногу на ногу, листая ленту в телефоне, и со скепсисом хмыкнул: — Глядите, это уже третий человек за сегодня, кто признается старшему брату Яню в стене признаний.
Ян Лян наливал воду:
— В стене признаний? Это еще что за стена?
Дун Си:
— Да общий аккаунт кампуса в QQ, они принимают анонимные посты от студентов и преподавателей, а потом публикуют их. Все, кто добавил их в друзья, видят посты — своего рода маленькое СМИ.
— А-а… — Ян Лян понял лишь отчасти.
Дун Си сменил позу, облокотившись на край стола, и расслабленно произнес:
— Как думаете, может, мне тоже написать пост, совершить доброе дело и открыть глаза однокурсницам, которые раздают свои сердца направо и налево?
Ян Лян:
— Какие глаза? Что открыть?
— Да что еще можно открыть?
Дун Си приподнял бровь:
— Конечно, рассказать им, что у этого красавца Янь Чэня серьезная брезгливость к прикосновениям. Он не приемлет никаких физических контактов — включая, но не ограничиваясь, держанием за руки или объятиями. А что касается поцелуев — об этом даже мечтать не стоит.
— О-о! — глаза Ян Ляна засияли. — Это я знаю! Это ведь называется платоническая любовь?
Дун Си:
— Ты имеешь в виду то, что современные люди превратно называют духовной близостью?
Ян Лян:
— А?
Дун Си:
— Вообще-то, Платон имел в виду любовь между мужчиной и мужчиной, а вовсе не то, что думают нынешние люди, мол, только свидания без секса.
Ян Лян:
— …
Он снова ничего не понял:
— Пожалуй, лучше просто попью воды.
Дун Си в очередной раз рассмеялся над его прямолинейностью. В этот момент вернулся Янь Чэнь. Он улыбнулся и спросил:
— Старший брат Янь, дела уладил?
Янь Чэнь отозвался коротким звуком, поставил на стол недопитую бутылку минералки и вышел на балкон ответить на звонок.
Дверь в общежитии была с хорошей звукоизоляцией, так что внутри и снаружи никто не мог расслышать чужих слов.
Янь Чэнь стоял на балконе, слушая лишь приглушенный шум голосов внизу да сухой, строгий голос своего отца в трубке.
http://bllate.org/book/37250/4640446
Готово:
