Хотя они оба только что плотно поужинали, тот человек всё ещё мог похвастаться рельефными кубиками пресса. Взглянув на себя, Линь Цин ткнул пальцем в собственный выпирающий животик.
Постойте-ка!
Линь Цин поднял голову, перевёл взгляд чуть выше и обнаружил, что Се Цичуань, держа в руках верхнюю одежду, свирепо смотрит на него.
Нагугла
— Насмотрелся? — бросил Се Цичуань и зашевелился быстрее, доделывая свои дела.
Линь Цин во все глаза уставился на него, пару раз моргнул, после чего растерянно отвел взгляд, беспомощно блуждая им по сторонам, и неуверенно пробормотал:
— Насмотрелся.
Лицо Се Цичуаня почернело, словно уголёк:
— Тогда почему ещё не вышел?
— Ой-ой, хорошо.
Линь Цин повернулся и тут же зашагал к выходу, а уходя, не забыл аккуратно прикрыть за собой дверь.
Он пару раз ткнул себя в грудь, пощупал руки — под пальцами ощущался лишь дряблый, мягкий слой жирка.
Линь Цин покачал головой: и впрямь, сравнивать себя с другими — только завидовать и злиться.
Сделав еще пару шагов, Линь Цин наконец вспомнил, зачем вообще искал Се Цичуаня. Он развернулся и снова постучал в дверь:
— Я не специально подглядывал, как ты переодеваешься, я по делу.
Подождав немного и не дождавшись ответа, Линь Цин толкнул створку и с удивлением обнаружил, что дверь заперта изнутри.
— Цичуань, открой! Я знаю, что ты там.
Линь Цин стоял у двери спальни Се Цичуаня и колотил в неё так, что стоял громкий стук.
Находящийся внутри Се Цичуань рассчитывал, что Линь Цин сразу уйдёт, но, услышав неумолимый стук, доносившийся сквозь полотно двери, он в конце концов отворил её — правда, лишь приоткрыв на узкую щель.
Се Цичуань настороженно спросил:
— Что еще?
— Сегодня во мне звонил папа, — Линь Цин совсем не горел желанием вести разговор на пороге. Он встал на цыпочки, заглядывая поверх широких плеч Се Цичуаня, и жалобным голосом попросил: — Пустишь меня войти поговорить?
Заметив, что Се Цичуань колеблется, он тут же добавил:
— С такими-то мускулами неужели ты меня боишься? — сказав это, он слегка приподнял и потряс тощей, слабой ручкой.
Се Цичуаня аж в глазах закололо от этой худенькой бледной руки, и он машинально отступил, освобождая проход.
Линь Цин как ни в чем не бывало уселся на диван у панорамного окна.
Днем Линь Цин получил звонок от Линь Дэ. Тот сначала справился о его здоровье и выразил заботу, а затем принялся с разных сторон выпытывать, когда же они с Се Цичуанем отправятся получать свидетельство о браке.
Линь Цин мысленно освежил в памяти сюжет романа: одним из условий, на которых Се Цичуань согласился инвестировать средства в семью Линь, было именно заключение их брака.
Если отсчитывать с того момента, как прежний хозяин тела переехал в дом Се Цичуаня, прошла всего неделя. Линь Дэ оказался слишком нетерпелив.
Вспомнив дела и поступки Линь Дэ, Линь Цин совершенно не хотел с ним разговаривать, поэтому отделался парочкой дежурных фраз и бросил трубку.
На том конце провода решили, что Линь Цин до сих пор дуется из-за навязанного ему брака по расчёту, и не заподозрили ничего неладного.
Однако сюжет всё равно требовал продвижения, да и, судя по всему, как раз настало время отправляться в загс.
Вот только до перемещения в книгу Линь Цин даже не ходил на свидания, а теперь ему предстояло перешагнуть через все этапы и сразу жениться — об этом было даже как-то неловко говорить вслух.
— В общем… он спрашивал, когда мы пойдем регистрировать брак.
Линь Цин застеснялся, и последние слова застряли на губах, перекатываясь во рту так невнятно, что разобрать их было невозможно.
Се Цичуань не расслышал и, шагнув к Линь Цiну, небрежно опустился на другой конец дивана.
На парня повеяло невидимым давлением. Словно перепуганный крольчонок, Линь Цин понурил голову; из такого положения ему были видны лишь длинные, прямые и стройные ноги Се Цичуаня, небрежно сложенные рядом.
Войди он в комнату чуть раньше, разве не смог бы посмотреть, как тот меняет штаны?
Се Цичуань никак не мог взять в толк, как это Линь Цину удалось за столь короткое время превратиться из агрессивного нападающего кролика в такое застенчивое создание. Однако, если бы он продолжал молчать, голова Линь Цина, пожалуй, опустилась бы прямо ему на грудь:
— Что ты только что сказал?
Будь что будет! Линь Цин зажмурил глаза и громко выпалил:
— Когда мы пойдем расписываться? В загс, в смысле.
Заметив, что Линь Цин закусил губу, а его щеки покрылись легким румянцем от смущения, Се Цичуань приподнял брови и непринужденно произнес:
— Разве кроме загса есть еще какие-то места, где выдают свидетельство о браке?
— Ты!
Линь Цин отчетливо понял, что Се Цичуань над ним издевается. Яростно задрав голову и надув губы, он уже собирался высказать всё, что думает, но тут заметил мелькнувшую в уголке губ Се Цичуаня улыбку.
Холодный, язвительный властный гендиректор из романа — и вдруг улыбается?
Словно разглядывая какое-то редкое животное, Линь Цин недоверчиво уставился на Се Цичуаня:
— Ты… да ты умеешь улыбаться.
— Тебе показалось, — холодно ответил тот.
Он и сам не понимал, что с ним творится: стоило ему увидеть разгневанного и растерянного Линь Цина, как в груди поднималась и уже ничто не могло сдержать эту странную волну радости.
— Так когда у тебя будет время?
Се Цичуань ненадолго задумался о своем расписании на эту неделю:
— Давай в эту пятницу, до обеда.
Получив точный ответ, Линь Цин собрался было откланяться и уйти, как вдруг услышал слова Се Цичуаня:
— Завтра ты идешь на медосмотр.
— Чего? — только что приподнявшийся с дивана Линь Цин снова рухнул обратно, переспросив: — Медосмотр?
— Угу. Я на прошлой неделе как раз прошел плановую проверку, так что мне не нужно.
Сама мысль о медосмотре намертво засела в голове Линь Цина. Он уперся руками в диван, из последних сил стараясь не свалиться на пол.
Неужели Се Цичуань хочет заняться со мной этим? Автор в книге ни словом не упоминал о какой-либо близости между Се Цичуанем и Линь Цинем, почему же после его перемещения сюжет так круто изменился?
Спокойно, только спокойно.
Линь Цин отчаянно пытался припомнить хоть какую-то упущенную деталь, пока наконец не вспомнил: в аннотации к роману автор четко указал жанр 1v1, чистая любовь, а это значило, что у Се Цичуаня были интимные отношения исключительно с главным героем-шоу.
Вспомнив об этом, Линь Цин похлопал себя по груди. Теперь можно было выдохнуть.
А сидевший неподалеку Се Цичуань наблюдал, как лицо Линь Цина сменяет оттенки от красного до бледного, а затем от зеленого до фиолетового, и наконец не выдержал:
— Перед регистрацией брака обе стороны обязаны пройти медицинский осмотр и подписать информированное согласие. Только после этого выдают свидетельство.
Подразумевалось под этим следующее: не надумывай лишнего.
В реальном мире такого правила не существовало, судя по всему, это была авторская задумка. Как раз кстати: под предлогом этого медосмотра можно будет проверить, всё ли в порядке с его нынешним телом. Было бы обидно после развода обрести свободу, но расстаться с жизнью, не успев потратить деньги.
http://bllate.org/book/37222/4636720
Готово:
