Как единственный человек, попробовавликший творения Тан Жуна, он вовсе не считал эту тему неудачной, лишь немного раздумывая над тем, как заставить Тан Жуна оставить эту затею.
Но Сун Вэйюнь отнесся к этому разговору крайне энтузиастично:
— Отлично! Я неплохо готовлю, как раз устроим ужин на четверг. Малыш Жун, я живу в корпусе Б, в 102-й квартире, заходи ко мне поболтать, когда будет время.
Тан Жун с улыбкой поддержал беседу:
— Хорошо, зайду. А что у нас есть на кухне?
— Мм, если не хватит, сбегаю к себе возьму.
С этими словами Сун Вэйюнь вслед за Тан Жуном с энтузиазмом направился на кухню.
Ань Итянь прекрасно знал, что оба они — те еще кулинарные катастрофы. Если бы пришлось выбирать, он предпочел бы стряпню Тан Жуна, но ради собственного желудка он никоим образом не мог позволить этим двоим возиться на кухне вдвоем. Он тут же поднялся:
— Я с вами.
Видя, что все трое набились на кухню, Лу Фэйчжи и вовсе не мог смириться с тем, что его изолируют. Пусть он абсолютно ничего не умел, но все равно втиснулся следом.
Кухня в доме Тан Жуна была немаленькой, однако ей было не справиться с четырьмя рослыми мужчинами внутри. Сун Вэйюнь взял инициативу в свои руки: завязав фартук и тыча морковкой в сторону Лу Фэйчжи, он скомандовал:
— Ты чего приперся? Ану вон отсюда! Ничего не умеешь, только путаешься под ногами.
Заметив, как Лу Фэйчжи ростом метр восемьдесят семь получил тычок от оказавшегося ниже его на полголовы Сун Вэйюня и теперь стоит с обиженным лицом, Тан Жун не удержался и рассмеялся. Ань Итянь же, бывший кулинарным божеством среди них четвертых, вполне ожидаемо заполучил высшую власть — единоличное руководство кухней.
Правда, на кухне на троих всё еще было тесновато. По идее, руководствуясь чувствами, Ань Итяню следовало бы выпроводить Тан Жуна наружу, чтобы получить шанс побыть наедине, но, вспомнив о собственном здоровье, Ань Итянь заколебался.
Глава 8. Ночевка
Тан Жун и Сун Вэйюнь, оба ни о чем не подозревая, с азартом принялись за подготовку ингредиентов. Поскольку оба они были полными новичками, благодаря дружеской поддержке и наставлениям Ань Итяня этот ужин удался на славу.
Вот только изгнанный ранее Лу Фэйчжи кипел от негодования и жаждал заполучить рентгеновское зрение, чтобы в мельчайших подробностях увидеть и отчетливо расслышать, что же они там делают и о чем говорят за одной стеной.
Еле дождавшись, пока Сун Вэйюнь наконец выйдет, Лу Фэйчжи тут же утащил его к себе поближе, усадил рядышком и доверчиво прильнул к нему, точно птенчик:
— Братец! Завтра же запишусь на курсы кулинарии. Ручаюсь, у меня будет получаться вкуснее, чем у них всех!
Сун Вэйюнь беспомощно рассмеялся:
— Ладно тебе, давай за стол. Поешь и попробуй угадать, что из этого приготовил я.
Лу Фэйчжи самоуверенно похлопал себя по груди, давая Сун Вэйюню железобетонные гарантии, а про себя подумал, что уж этот странный фирменный вкус своего братца он ни за что не спутает ни с чьим другим.
Обед подошел к концу. Лу Фэйчжи указал на кисло-сладкие ребрышки посередине стола:
— Сто процентов это.
Второго такого липкого, густого и сложного букета специй просто не сыскать.
Сун Вэйюнь сощурил глаза в улыбке, мягкий и чистый, как нефрит:
— А вот и нет.
Лу Фэйчжи остолбенел и быстро перевел взгляд на двух наблюдавших за ними зрителей. Напротив сидел Тан Жун и неторопливо поднимал руку, признавая авторство блюда:
— Это приготовил я, а братец Юнь сделал мясо в остром бульоне.
Увидев, как Лу Фэйчжи сел в лужу, Ань Итянь почувствовал себя гораздо лучше и решил добить соперника:
— Такой уверенный был, думал, мастер на все руки. А сам ел-ел стряпню Сяо Юня и всё зря.
Сун Вэйюнь отвесил Лу Фэйчжи звонкий подзатыльник и наигранно рассердился:
— И куда подевалась твоя уверенность? Столько раз ел мою стряпню и все равно не узнал.
— Братец, я виноват, виноват! — замахал руками Лу Фэйчжи, уворачиваясь. — Раз так, давай в наказание заставишь меня есть только твою еду, чтобы я раз и навсегда запомнил, м? Я буду есть то, что ты готовишь, всю жизнь, клянусь, ни в этой, ни в следующей жизни не забуду.
Сун Вэйюнь резко подскочил и зажал ему рот ладонью, шутливо укоряя:
— Язык без костей! Только ты один палец о палец не ударил, пришел на всё готовое, так что с тебя мытье посуды в наказание.
— Понял, — послушно поднялся Лу Фэйчжи, готовый приняться за работу.
Тан Жун давил смех в кулак, мысленно отмечая: ну точно младший любовник, все хитрости наготове. Повернувшись, он украдкой бросил взгляд на помрачневшего Ань Итяня: а вот тот совсем не похож на младшего, похож на немого — только и умеет, что дуться.
— Дома есть посудомоечная машина, оставь ее, не трогай, — добавил Тан Жун, мгновенно перекладывая все заботы на чужие плечи. — На крыше есть бассейн, пойдете поплескаться после ужина?
— В бассейн? Я плавать не умею, — с сожалением отозвался Сун Вэйюнь.
Ань Итянь перевел взгляд на Тан Жуна, приподнял уголки губ и поддразнил:
— А ты научился?
Тан Жун принял вид оскорбленного человека, упер руки в боки и заявил с железобетонной уверенностью:
— Плавать-то я особо не умею, но зато я купил надувной круг! Просто посидеть в воде я вполне смогу.
Ань Итянь мысленно представил картину, как они оба сидят внутри спасательного круга, и невольно хмыкнул:
— Днем еще куда ни шло, но ночью холодно. Залезать в ледяную воду — лучше уж тогда в горячие источники.
Тан Жун сник и растекся по стулу:
— Ладно уж, тогда каждый возвращается в свой дом к своей матушке.
Лу Фэйчжи, только что закончив наводить порядок на кухне, услышал эти слова и тут же оживился:
— Так поздно уже, ехать домой неудобно, давайте я...
— Останешься здесь на ночь, — перебил его Ань Итянь, бросив на Лу Фэйчжи косой взгляд, в котором читалось: «Не думай, будто я не знаю, что ты затеял». — Комнат навалом, одной больше, одной меньше.
Лицо Лу Фэйчжи перекосило:
— Как можно оставаться в доме твоего партнера? Ясное дело, я поеду назад вместе с братцем.
Сун Вэйюнь покачал головой:
— У меня не получится, я привел в порядок только свою комнату, остальные еще не убраны.
Лу Фэйчжи ровно этого и добивался. Он тут же втиснулся рядом с Сун Вэйюнем и расплылся в победной улыбке:
— Подумаешь, великое дело! Братец, прояви милосердие, давай перебьемся ночевкой в одной комнате.
— Моя кровать вовсе не двуспальная, тесниться вместе — с ума сойти можно.
Заметив, как спонсор поиграл желваками, Тан Жун тут же подобрался и сел прямо:
— Раз такое дело, давайте все здесь и поспим. В конце концов, Итянь каждые несколько дней вызывает горничную для генеральной уборки, свободных комнат полно.
Сун Вэйюнь не слишком-то горел желанием кого-то утруждать, но раз уж Лу Фэйчжи уперся рогом и собрался тащиться за ним, все тайные замыслы этого парня были для него как на ладони:
— Ладно.
— Тогда Итянь, помоги распределить комнаты, а я устрою себе перерыв на лень.
Увидев, что Сун Вэйюнь согласился, Тан Жун тут же переложил эту обязанность на Ань Итяня.
http://bllate.org/book/37153/4627097
Готово:
