Из-за Ли Фэя Фу Стин в течение нескольких лет после второго класса средней школы то и дело захаживал в холл кинотеатра в торговом центре неподалёку.
Хотя он не мог позволить себе потратить несколько десятков юаней на покупку роскошного билета в кино, в холле по кругу транслировали трейлеры. Он часто просто сидел там и снова и снова смотрел на те короткие кадры с Ли Фэем, засиживаясь так подолгу.
В тележке в холле кинотеатра каждый день продавали кофе и попкорн.
Мокка из кинотеатра пахла так же особенно аппетитно, как и чашка в его руке. Он часто погружался в этот аромат кофейных зёрен и всё гадал, каков же он на вкус.
И вот он наконец отпил первый глоток.
На удивление, кофе оказался жутко горьким, с ноткой пронзительной кислинки.
Ли Фэй: — …
Он снова неожиданно и близко подался вперёд. Фу Стин вздрогнул и чуть не опрокинул чашку. До предела оцепенел под его взглядом.
— Кажется горьким?
— Впрочем, ладно ещё, если взрослым такое нравится. Но с чего бы шестнадцатилетнему пареньку любить пить такую горечь?
Ли Фэй смотрел на него, и его чёрные глаза всё так же оставались глубокими и прекрасными.
— Если не нравится, можешь сказать, я схожу и заменю на сладкое.
С этими словами он уже собрался забрать кофе, как Фу Стин торопливо проглотил остатки, изо всех сил стараясь не замечать жуткую горечь во рту, и с героическим видом произнёс:
— …Не горько, очень ароматно.
Ли Фэй склонил голову набок и улыбнулся.
— Как странно, — промолвил он. — Уж у двадцативосьмилетнего Фу Стина навыки лжи ни капельки не высоки.
— Отчего же шестнадцатилетний Фу Сяотин так искусно умеет лгать с невозмутимым видом?
Воздух слегка застыл.
Фу Стин, словно совершивший проступок ребёнок, смущённо опустил голову.
— Я к тому, что… — с мягкой досадой произнёс Ли Фэй и снова потрепал его по голове. — Хотя повзрослевший лицемерный старшеклассник Фу Сяотин выглядит несколько иначе… но он тоже довольно, как бы сказать… довольно милый?
Милый.
Снова крайне непривычное слово. В конце концов, с самого детства в жизни Фу Стина не было ничего милого.
Он родился хромым, и вылечить это не удавалось, так что милым он с детства не был. Вдобавок характер у него всегда оставался несколько замкнутым, друзей почти не водилось.
Он подкармливал бездомную кошку, жившую поблизости. На морде у неё красовался шрам, нравом она отличалась свирепым и милой тоже не казалась.
Но сейчас Ли Фэй смотрел на него так нежно, будто в глазах его таились лучи тёклого солнца, и казалось, он действительно видит перед собой нечто до крайности прелестное.
— И правда милый, прямо как ёжик, к которому не подступиться.
Фу Стин: — …
…
Ли Фэй взял Фу Стина с собой и начал заново знакомить его с этим домом.
Горечь кофе мокка постепенно рассеивалась во рту, сменяясь сладковатым послевкусием. Только в этот момент Фу Стин, пожалуй, начал понимать, почему повзрослевший он так любил этот напиток.
Сначала горько, потом сладко…
Дом оказался огромным.
Хотя внешне он походил на небольшой замок и уже казался немаленьким, но когда Фу Стин действительно прошёл мимо отделанного массивом дерева классического кабинета, сказочной библиотеки с комиксами, домашнего кинотеатра в футуристичном стиле, игровой комнаты в стиле киберпанк, а также спален с первой по третью и гостевых комнат первой и второй, оформленных в самых разных стилях…
Он уже не был уверен, не ошибся ли в подсчётах.
Как вышло, что он насчитал уже девять спален и семь ванных комнат? И это не считая тех помещений специального назначения для хранения книг, одежды, Лего, кукол и коллекционных фигурок.
Наверное, он всё-таки сбился со счёту?
Дом стоял настолько колоссальный, что у него даже голова шла кругом. Ещё мгновение назад за панорамным окном с одной стороны раскинулся роскошный сад, а с другой уже обнаружился гигантский бассейн. Ему вроде бы даже померещилась… уличная гидромассажная ванна.
Пройдя ещё немного вперёд, он снова вышел к парадному входу маленького замка. Под ним располагалось по меньшей мере четыре гаража — какому же богатому семейству нужно аж четыре гаража?
Фу Стин опустил взгляд и перестал смотреть.
Всё равно ему было не разобраться.
Наконец его шаги остановились перед огромной стеной с фотографиями, висевшей прямо над белым камином.
Множество снимков располагалось живописным каскадом: одни обрамляли изысканные деревянные рамки, другие были заключены в лаконичные металлические оправы, а третьи и вовсе подвешены на разноцветных шёлковых нитях.
Фу Стин не решался открыть флешку, переданную парнем с клыками, именно потому, что теперь понимал: нынешний он… пожалуй, ещё не готов вынести то, что там скрыто.
Но прямо сейчас фотографии, где он и Ли Фэй рука обруку прогуливаются по морскому берегу, красовались перед самыми его глазами.
Пролетали чайки, лучи заходящего солнца падали на них, очерчивая золотистые контуры, а улыбка двадцативосьмилетнего его самого на снимке сияла ярче оранжевой вечерней зари.
Оказывается, он умел… вот так улыбаться?
Там висело и множество других карточек: вот они вдвоём в лыжных костюмах сидят, прижавшись друг к другу, на заснеженном склоне горы и смотрят на открывающийся внизу величественный вид; вот Ли Фэй блистает на сцене, а он из зала смотрит на него с благоговением.
Вот пойманные в объектив моменты, когда он хлопочет на кухне, а вот — шумные мгновения вечеринок с друзьями.
Нашлось немало и чисто пейзажных кадров. Казалось, это простые зарисовки из жизни: то кофейня в безымянном переулке, которую они случайно обнаружили во время совместной прогулки, то повстречавшиеся в поездке забавные кошки, собаки или редкие растения.
Бесчисленные живые, мелкие следы, наполненные дыханием бытия.
Даже причудливые облака на фоне бирюзового неба были запечатлены на снимках, превратившись в застывшие мгновения вечности.
Фу Стин разглядывал фотографии одну за другой, находясь в каком-то полузабытьи.
Среди них обнаружилась ещё одна… судя по всему, его университетская выпускная фотография.
Среди толпы людей он стоял в сине-чёрной академической мантии. Одноклассники, казалось, смеялись изо всех сил и подбрасывали вверх конфедератки.
Он сам улыбался едва заметно, но выражение его лица вовсе не выглядело мрачным.
— Университет Z…
В углу на заднем плане выпускного фото на стене университетской библиотеки золотом было вычеканено полное название учебного заведения. Фу Стин неотрывно смотрел на эти иероглифы.
Значит, он не только победил рак желудка и выжил, но даже окончил университет?
Да разве мог он поступить в университет Z?
Университет Z признавался одним из десяти лучших элитных вузов страны. Учитывая же нынешние катастрофические результаты Фу Стина, до проходного балла университета Z ему должно было не хватать ещё очень и очень много.
— …
Всё это время Ли Фэй тихо стоял рядом, наблюдая, как Фу Стин с невозмутимым видом переживает внутреннее потрясение.
— Это твоя выпускная фотография, университет Z — твой университет.
Фу Стин кивнул, его кадык дернулся, но он ничего не произнёс.
Казалось, он больше не хотел смотреть: опустив голову, он перевёл взгляд с выпускного фото, и тот упал на несколько изящных маленьких сувениров и медалей, стоявших в небольшой витрине над камином.
— Твой кубок TGA, — с улыбкой произнёс Ли Фэй, достал оттуда фиолетовую Звёздную наградную медаль и вложил её в ладонь Фу Стина.
Медаль оказалась тяжёлой, её поверхность покрывал искусно вырезанный узор, а в самом центре красовался крошечный кристалл, отбрасывающий ослепительный блеск в свете ламп. Фу Стин понятия не имел, что это такое.
— TGA — The Game Awards, Оскар игровой индустрии. Награду получила первая независимая игра вашей компании Мираж Чистого неба.
— …
Независимая… игра? Компания?
— Угу, по специальности ты бакалавр компьютерных наук. В университете у тебя ещё не было команды, но ты уже сам написал музыку и создал графику для своей первой мини-игры, так ты и заработал стартовый капитал для своего дела.
— …
Невероятно.
Или, вернее, Фу Стин просто напросто совершенно не мог в это поверить.
Его собственная игра?.. Но ведь он почти никогда не играл в видеоигры. Он знал, что мальчишки из класса то и дело находят возможность вместе сходить в интернет-кафе по сети, но для него такое излишество было абсолютно исключено.
Если не считать уроков информатики, в его повседневной жизни ему даже клавиатуру или геймпад подержать не удавалось, как же он мог оказаться связан с игровой индустрией?
Его уголки губ дрогнули, и он горько усмехнулся про себя.
Уж не бред ли это перед смертью, порождённый угасающим сознанием.
Ли Фэй смотрел на него, его тёмные глаза были глубоки и непроницаемы.
Знакомый ему Фу Стин был страстным, энергичным, сильным и сияющим. Проведя с таким человеком столько времени, трудно было представить, что двенадцать лет назад он выглядел вот так.
— …
По идее, ситуация, когда твой возлюбленный парень внезапно заявляет, что вернулся в свои шестнадцать лет, больше не помнит тебя, не позволяет целовать себя и обнимать, когда заблагорассудится, да ещё и превратился в угрюмого молчуна с колючками по всему телу, должна была стать крайне огорчительной.
Особенно учитывая, что до сих пор при каждом приближении Ли Фэй всё ещё чувствовал его напряжение. И хотя явного отторжения не наблюдалось, честно говоря, эта отчуждённость всё же немного ранила.
Но Ли Фэй решил думать о хорошем.
Об этом самом перед тем научил его тот самый двадцативосьмилетний Фу Стин без версии с амнезией из-за тромба в головном мозге —
— На самом деле, позже я понял, что у каждого события в жизни, возможно, есть свои тайные причины и свой скрытый смысл.
— Порой… это действительно жестоко. Но раз от судьбы некуда деться, остаётся только стиснуть зубы, держаться из последних сил, а затем отчаянно стараться повернуться к лучшему исходу и одновременно думать о хорошем.
Думать о хорошем было не так уж трудно.
Например, в этот самый момент.
Хотя жених и потерял память, но зато он снова стал таким же, как в старшей школе.
К тому же Ли Фэй всегда сожалел, что не смог разделить с Фу Стином самый мрачный период его жизни.
Он много раз спрашивал об этом, но сам Фу Стин поистине искусно умел скрывать былые тяготы и лишения: как бы настойчиво он ни допытывался, в ответ всегда получал лишь пару скомканных фраз.
Слишком бедно, не слишком хорошо, не совсем здорово — вот такие общие слова.
Из-за этого Ли Фэю оставалось лишь по крупицам собирать сведения о его прошлых несчастьях из случайно оброненных им в разговоре фраз и страхов, испытанных после ночных кошмаров.
Только воспользовавшись этой потерей памяти, он наконец смог увидеть того Фу Стина, которого никогда прежде не знал.
Увидеть этого молчаливого, отгородившегося от людей старшеклассника.
Так если ухватиться за этот шанс… сможет ли он наконец отыскать какую-нибудь лазейку, чтобы узнать его получше?
Окажется ли шестнадцатилетний ёжик Фу Сяотин податливее, чем более поздний Фу Стин, пылающий, подобно яркому солнцу, и позволить ли ему коснуться этого истерзанного шрамами сердца?
Ли Фэй хотел попытаться.
http://bllate.org/book/37151/4626804
Готово:
