Глава 1. Линну
В заднем дворе появились новички. Ло Сынэнь, только что закончивший упражнения, спрятался в углу и украдкой наблюдал.
Это был миловидный мальчишка, на несколько лет младше его, с сияющими глазами, которые в лучах солнца переливались ярким блеском. Ло Сынэнь засмотрелся, позабыв обо всем.
Управляющий Чэнь дал мальчику имя — Лю Иِن, и поселил его в одном дворе с Ло Сынэнем. Лю Иِن оказался живым и общительным: едва увидев Ло Сынэня, он тут же подскочил к нему и с улыбкой воскликнул: — Брат, ты такой красивый!
В тот момент Ло Сынэнь понял, что этот человек — особенный. У него была свободная и пылкая душа. Не зная, сколько еще людей в курсе подобных вещей, Ло Сынэнь понизил голос и предостерег: — Мы — рабы… Будь осторожнее.
— Какие еще рабы? — Лю Иِنу было совершенно плевать. — Разве мы все не люди?
Ло Сынэнь в мгновение ока побледнел, он поспешно прижал ладонь к его рту: — Нет! Мы совсем другие!
Лю Иِن испугался, но не примирился с этим: даже под его ладонью он продолжал что-то невнятно бормотать, пытаясь возразить. В этот момент у ворот послышался голос управляющего Чэня, выкрикивающего имя Ло Сынэня. Его лицо, и без того белое, стало еще бледнее; он застыл, не в силах пошевелиться, а затем, словно ходячий мертвец, побрел наружу.
Путь от заднего двора до главного зала пролегал через смену пейзажа: грубая земля сменялась ровными синими кирпичами, мимо проплывали беседки, пруды и затейливые окна. Пройдя половину пути, Ло Сынэнь вдруг остановился и прошептал: — Мне… мне, может, помыться перед тем, как…
Управляющий Чэнь усмехнулся и отвесил ему подзатыльник: — О чем ты думаешь? Сегодня гости, рук не хватает, вот и позвали тебя помочь, а ты размечтался о небылицах.
Ло Сынэнь промолчал.
На самом деле, в доме господ царила строгая иерархия и множество правил. Такие, как Ло Сынэнь, которых держали в глубине поместья, выполняли лишь самую черную работу и даже не имели права войти в банкетный зал. Ло Сынэнь метался между кухней и залом, разнося блюда и обливаясь потом.
Когда подача еды наконец закончилась, остальные слуги разошлись по своим местам. Ло Сынэнь покрутился туда-сюда, управляющего Чэня не нашел, а присматривать за ним было некому, вот он и уселся ждать прямо там.
Ожидая, он незаметно уснул.
Ему приснился добрый сон. В нем была мама — она обнимала его и напевала колыбельные, закатное солнце золотило гладь озера, и весь мир казался янтарным леденцом — одновременно кислым и сладким. Сон был таким глубоким, что, открыв глаза и увидев переливающееся золотом озеро, Ло Сынэнь решил, что все еще спит.
Именно поэтому, увидев мужчину в беседке посреди озера, он не сбежал сразу, а продолжал лежать, опершись на перила. Мужчина был одет в темно-зеленый военный мундир, его высокая фигура высилась у края беседки, руки опирались на перила. Закатное солнце подчеркивало холодные, резкие черты его лица — по всему было видно, что человек не в духе.
Вдруг мужчина, словно почувствовав чужой взгляд, резко повернул голову. Из-под фуражки на него смотрели черные, ледяные глаза.
Этот холод заставил Ло Сынэня вздрогнуть и окончательно очнуться. Он попытался подняться, чтобы уйти, но из-за того, что долго лежал в одной позе, руки и ноги онемели. Он с грохотом рухнул на землю, но, не обращая внимания на боль, принялся на четвереньках поспешно уползать прочь.
К счастью, он двигался быстро, спотыкаясь, и вскоре добежал от лунных ворот до соседней галереи. Навстречу ему попался управляющий Чэнь. Увидев его растрепанный вид, он тут же отвесил ему тумак: — Где ты шлялся? Почему такой перепуганный?
— Ноги затекли, — невнятно ответил Ло Сынэнь, умолчав о том, что видел чужака.
Он был линну, которого содержали в этом поместье, и без разрешения хозяина не имел права показываться на глаза гостям. Боясь, что управляющий станет допытываться, он поспешно перевел тему: — Господин, кто сегодня пришел? Такой размах!
Управляющий Чэнь зыркнул на него: — Ты всего лишь линну, а суешь нос не в свое дело.
Ло Сынэнь заискивающе улыбнулся: — Мне просто любопытно! Хозяин даже вино двадцатилетней выдержки достал, это точно кто-то очень высокопоставленный.
— Это уж точно.
Управляющий Чэнь немного помолчал, но, рассудив, что от линну все равно вреда не будет, тихо добавил: — Старший молодой господин и второй молодой господин вернулись, привезли с собой гостя знатного происхождения… Похоже, хозяина скоро ждет повышение.
Сказал — как отрезал. Повышение хозяина никак не изменит жизнь Ло Сынэня, так что он совсем не интересовался новостью, однако ему пришлось изобразить крайнее удивление в ответ.
Управляющий Чэнь тут же стал серьезен: — Пока это не решенное дело, не смей разносить по поместью, иначе ноги переломаю.
Ло Сынэнь сделал вид, что пропустил все мимо ушей, и вскоре вернулся в свой двор. Хотя это и называлось двором, на самом деле там было лишь общее спальное место, где к ночи набивалось человек десять. Ло Сынэнь был старшим из них, ему только что исполнилось восемнадцать, а самым младшим — едва одиннадцать-двенадцать лет.
В этот момент малыш горько плакал, зовя маму, и при виде вернувшегося Ло Сынэня сквозь слезы спросил, когда же он сможет вернуться домой.
Ло Сынэнь вздохнул и принялся утешать: — Раз уж вас с детства растят в этом дворе, считайте, что это ваш дом. Станете старше, положение будет выше, и жить станет легче.
Но ребенку не было дела до будущего, он хотел к маме здесь и сейчас. Ло Сынэню ничего не оставалось, как достать из кармана кусочек сладости. Ему было жаль отдавать его — он с таким трудом припрятал угощение, когда разносил блюда, их было всего несколько штук. Как только он показал лакомство, все взгляды устремились на него, пришлось раздать по чуть-чуть каждому, и в итоге у него в руках остался лишь крошечный кусочек.
Маленькие линну проглотили крохи в мгновение ока, даже пальцы облизали, чтобы не пропало ни крошки. Лишь Лю Иِن был другим — он сидел, прислонившись к спинке кровати, и смотрел на него, вскинув брови. Для линну такой взгляд был слишком дерзким и острым.
Сидевший рядом мальчишка, увидев, что Лю Иِن не ест свою долю, сглотнул слюну: — Брат, дай мне свою.
Лю Иِن небрежно отдал угощение, совсем не дорожа им. Ло Сынэнь нахмурился.
Вечером, перед сном, он по привычке отправился в кабинет. Говорили, что это кабинет, но никто их там чтению и письму не учил — там лишь обучали низким делам. Ло Сынэнь по обыкновению полез под стол, чтобы достать спрятанную вещь, но нащупал пустоту.
Позади послышались шаги.
Ло Сынэнь резко обернулся и увидел Лю ИِНа, который держал в руках блокнот: — Ищешь это?
Сердце Ло Сынэня бешено забилось, он в пару прыжков подскочил к нему и выхватил вещь, прижимая к груди.
Лю Иِن подошел совсем близко и хмыкнул: — Ого, да ты, оказывается, гений математики.
— Я… я нет… — мысли в голове Ло Сынэня путались, речь стала сбивчивой. — Линну нельзя учиться, не говори ерунды…
Лю Иِنу не понравились эти слова, он цокнул языком: — Что значит нельзя? С таким умом… ну ты и феодал.
Феодал.
Это слово мягко ударило по сердцу Ло Сынэня. Он поднял взгляд и, не мигая, уставился на Лю ИِНа, чувствуя, как внутри него что-то загорается.
Лю Иِن, не испытывая ни капли осторожности, уселся на стул и забормотал себе под нос: — Мир вроде бы такой современный, но до сих пор существуют императоры, титулы и рабы, ну точно как в некоторых странах Юго-Восточной Азии…
http://bllate.org/book/37070/4614065
Готово:
