Чжу Нин произнесла всё это, даже не покраснев и не сбившись с дыхания. Линь Сяянь почти поверила ей. Глядя на внезапно ставшую такой острой на язык Чжу Нин, она долго не могла вымолвить ни слова. В чашке с чаем отражалось лицо Линь Сяянь — невинное и чистое, словно у ангела.
Линь Сяянь ничего не оставалось, кроме как отступить. Раз уж она на Горе Юньцан, не стоит слишком уж усложнять жизнь окружающим. Она проглотила свой вопрос и только собралась подняться, чтобы осмотреть Двор Глубокой Зимы, как за дверью раздался до боли знакомый звук. Четкий и приятный голос пробился сквозь деревянную дверь, заставив слушателей невольно забеспокоиться: не слишком ли сильна за окном вьюга, чтобы голос был слышен?
— Учитель? Это Су Ми. Перед главным залом захвачен дикий зверь, все ждут Вашего решения.
Су Ми не знала, стоит ли приходить, но если уж пришла, то с новостью, подобной взрыву. Линь Сяянь тут же вскочила. Дикий зверь? Чей он?
Чжу Нин оказалась еще проворнее: она схватила со стола Чжунъюэ и выбежала наружу. Полы ее платья развевались, вздымая снежную пыль, а колокольчики на зонте, несмотря на резкие движения, не издали ни звука — удивительное дело.
Линь Сяянь тоже не стала медлить: сложив пальцы в заклинание, она переместилась к дверям двора и открыла Су Ми, выглядя крайне обеспокоенной:
— Старшая сестра... этот зверь еще жив?
Су Ми, ожидавшая увидеть у двери Чжу Нин, на мгновение замерла, столкнувшись с невысокой Линь Сяянь. Придя в себя, она протянула руку, потрепала Линь Сяянь по голове и с улыбкой успокоила её:
— Учитель установила правило: ни одно существо нельзя убивать одним ударом, нужно оставлять их в живых и стараться наставить на путь истинный. Но не бойся, у зверя запечатаны меридианы, он больше не представляет угрозы...
Дальнейших слов Линь Сяянь уже не слышала. Она медленно обернулась и со сложным выражением лица посмотрела на Бессмертного Владыку в белых одеждах, стоящую позади. Наставить на путь истинный? И правда, она всё же отличается от всех остальных.
Чжу Нин не заметила взгляда Линь Сяянь. Её мысли неслись вскачь: нападение зверя?
В оригинальной книге этот эпизод действительно был. Первоначальная владелица тела знала, что зверь непрост, и вопреки обыкновению приказала его уничтожить. Но кто бы мог подумать, что главная героиня Су Ми, подстрекаемая Линь Сяянь, проникнется к зверю состраданием? Именно это стало первым шагом к разрыву отношений между наставницей и ученицей.
Однако, проследив за взглядом, Чжу Нин поняла, что тревога на лице Линь Сяянь вовсе не выглядит фальшивой — казалось, она действительно не ожидала такого поворота.
Неужели это не Линь Сяянь всё подстроила? Чжу Нин терзалась сомнениями, но шаг не замедляла. Следом за ней спешили Су Ми и Линь Сяянь, их шаги сбивались, оставляя следы на снегу, который до этого был нетронут.
Миновав несколько дорожек, троица наконец добралась до тренировочной площадки перед главным залом. Из-за того, что площадка была открытой и находилась высоко на вершине горы, по ней гулял ледяной ветер. Ученики, плотнее закутавшись в свои белые халаты, стояли вокруг зверя, выстроившись в строй для подавления чудовищ.
Юэ Цин уже стоял, заложив руки за спину, и поддерживал заклинание магией. На его лице проступала усталость — было видно, что он ждал уже довольно долго.
— Ученики приветствуют Главу секты!
В тот момент, когда белые одежды Учеников увидели Чжу Нин, они без малейших колебаний дружно опустились на колени. Снежно-белая вереница людей склонилась к земле, и их голос, прозвучавший как единый клич, был исполнен такого порядка и почтения, что придраться было не к чему.
Юэ Цин, услышав этот звук, тоже обернулся и поклонился Чжу Нин, а его борода заколыхалась на ветру. Чжу Нин лишь подумала, что от такого поклона её жизнь может изрядно сократиться.
Она прибавила шагу, подошла к Юэ Цину, помогла ему подняться и, не давая сказать ни слова, спросила:
— В чем вина этого зверя?
На тренировочной площадке воцарилась тишина. Юэ Цин огляделся по сторонам и все же решил ответить сам:
— Зверь пытался атаковать защитный барьер Горы Юньцан, один участок теперь требует починки. У этого зверя есть хозяин, и, боюсь, этот хозяин — не тот, с кем можно справиться. Поэтому я не смог принять решение.
Для Юэ Цина это был первый раз, когда он говорил с таким трудом. Признаться самому себе, что он состарился, было мучительнее, чем умереть — ведь когда-то он вместе с прошлым Главой секты исколесил весь мир. А теперь, на старости лет, оказался в таком положении.
Чжу Нин заметила смущение Юэ Цина и не стала больше его расспрашивать. Она перевела взгляд на Линь Сяянь и обнаружила, что та по-прежнему выглядит ошеломленной.
Чжу Нин осмотрела облик зверя: это была ящерица, развившаяся до уровня демонического существа. Но ведь рядом с Линь Сяянь была не она, а... та большая собака?
Если этот зверь не принадлежит Линь Сяянь, значит, за этим стоит кто-то другой, а его зверь просто был использован Линь Сяянь в своих целях.
— Уничтожить. Преподобная не заботится о том, кто является его хозяином. Гора Юньцан никогда никого не боялась. Этот зверь уже нарушил границы нашей секты — зачем оставлять его в живых? Если сегодня мы отпустим одного, завтра их придут тысячи и миллионы. Вы что, собираетесь ловить их по одному и отпускать?!
Голос Чжу Нин, усиленный духовной силой, разнесся по всей тренировочной площадке. Её пронзительно чистый и приятный голос можно было слушать бесконечно. Ученики один за другим закивали, их сердца запылали отвагой.
Хотя Чжу Нин приняла то же решение, что и прежняя хозяйка, она добавила несколько доводов — специально для Су Ми. Главная героиня, хоть и была объектом манипуляций, не была глупой. После этих слов, как бы ни старалась Линь Сяянь, между ней и наставницей не должно было возникнуть трещин.
Думая об этом, Чжу Нин посмотрела на Су Ми. Та действительно выглядела серьезной, в её глазах не было ни капли жалости, и она даже вышла вперед, чтобы помочь, когда один из учеников перестал справляться с поддержанием строя.
Юэ Цин, увидев такую решительность Чжу Нин, замер в изумлении. Лишь после того, как стоящий рядом Ученик несколько раз напомнил ему, он с трудом пришел в себя и приступил к уничтожению зверя.
Юэ Цин был здесь вторым по силе после Чжу Нин, и теперь, когда Чжу Нин была еще не до конца исцелена, эта задача легла на его плечи.
Длинный меч Юэ Цина вылетел из ножен. Окропленный каплей его крови, он стал невероятно острым. Окутанный золотым светом, он взмыл в воздух, а затем, изящно описав дугу, вонзился точно в уязвимое место зверя.
На землю брызнула кровь. Из раны зверя вырвался черный дым, который тут же окутал клинок, и меч вступил в схватку с этой темной аурой.
Так как мечом управлял Юэ Цин, а черный дым был воплощением жизненной энергии зверя, их противостояние затянулось. В конце концов, Юэ Цин начал выдыхаться, и в этот морозный снежный день на его лбу выступили капли пота.
http://bllate.org/book/37004/4604671
Готово:
