Тогда старший брат сказал Хэ Цинхэ, что Фу Чэнь уже в солидном возрасте и наконец-то задумался о женитьбе. Люди из семьи Фу были вне себя от радости и повсюду подыскивали Фу Чэню пару. У семьи Хэ как раз имелся подходящий по возрасту неженатый молодой человек, поэтому представители семьи Фу обратились к ним с надеждой, что Хэ Цинхэ и Фу Чэнь смогут познакомиться друг с другом.
Брат предложил просто встретиться, а если не подойдёт — так тому и быть. Хэ Цинхэ знал, что семью Фу лучше не злить, и согласился на это свидание вслепую.
Имя Фу Чэня гремело во всех деловых кругах их города. Хэ Цинхэ уже слышал немало слухов и был морально готов, но при встрете лицом к лицу его всё равно потрясло ледяное величие Фу Чэня.
Фу Чэня, скорее, можно было назвать не холодным, а совершенно лишённым тепла — он походил не на живого человека, а на безупречный механизм.
Он умело организовал ужин, во время трапезы учитывал вкусы Хэ Цинхэ, а его жесты и манеры были истинно джентльменскими и вежливыми. К нему было совершенно невозможно придраться, и всё же от него веяло недосягаемостью.
Хэ Цинхэ и сам по себе был человеком мягким и сходящимся с людьми небыстро, поэтому он понятия не имел, как поддержать разговор. Сначала он ещё пытался барахтаться, рассыпаясь в комплиментах Фу Чэню как молодому и талантливому руководителю, который в столь юные годы управляет столь огромной компанией.
Выслушав это, Фу Чэнь даже не шевельнулся и бесстрастно произнёс:
— Обыкновенно. Просто следую заведённому порядку.
Он приподнял веки, посмотрел на Хэ Цинхэ сквозь линзы очков и добавил:
— Я старше тебя на девять лет, так что юным меня не назвать.
Хэ Цинхэ на мгновение замер и ответил:
— Что вы, вовсе нет.
После этого слова у него кончились. Он не мог объяснить, что вовсе не считает возраст Фу Чэня недостатком, и ему оставалось лишь опустить глаза.
Он молчал, Фу Чэнь тоже ничего не говорил. Атмосфера стала неловкой, и даже изысканные блюда потеряли всякий вкус.
Хэ Цинхэ пришлось снова попытаться завязать разговор:
— Для меня большая честь обедать с господином Фу.
Подразумевалось, что теперь уже неважно, сложится у них что-то или нет.
Однако Фу Чэнь заявил:
— То, что я пригласил тебя, — не случайность.
Хэ Цинхэ перевёл взгляд с тарелки на бесстрастное лицо Фу Чэня и услышал продолжение:
— Я собрал всех подходящих по возрасту и критериям кандидатов, свёл их в таблицу, и ты оказался самым подходящим, с лучшими данными.
Хэ Цинхэ смутно почувствовал себя оскорблённым. Разве можно составлять таблицы из кандидатов для свиданий вслепую? Это же не биржа труда для боссов. Но Фу Чэнь продолжил:
— Так проще и яснее, это позволяет достичь максимальной эффективности.
Он сделал небольшую паузу и произнёс:
— Едва взглянув на тебя в самом начале, я понял, что мой расчёт верен: ты действительно лучший.
Лицо Хэ Цинхэ на секунду стало совершенно пустым.
...Вроде бы его похвалили, но ощущение было странным.
Тогда Хэ Цинхэ ещё не знал Фу Чэня и думал лишь о том, что этот человек выглядит холодным и отстранённым. Хотя молчуном его назвать было нельзя, вести беседу с ним не получалось вовсе — подбирать ответы было невероятно трудно.
Хэ Цинхэ просто сдался и бросил попытки поддержать разговор, а Фу Чэнь больше ничего не говорил. Правила этикета за столом они соблюдали безупречно — сразу чувствовалось прекрасное воспитание. Ели они почти бесшумно, и к концу ужина в тишине можно было услышать падение иголки.
Когда они наконец поели и прощались, Хэ Цинхэ подумал, что раз уж они даже поговорить не смогли нормально, то ничего у них не выйдет.
Даже если он заслужил одобрения Фу Чэня, общих тем у них не было. Похоже, слухи о завышенных требованиях Фу Чэня не врали — иначе с чего бы ему в тридцать пять лет оставаться неженатым, несмотря на баснословное состояние, и ходить на свидания вслепую?
Вернувшись домой, Хэ Цинхэ решил, что на этом всё и закончилось. Обычно, если на свидании вслепую нет никакой теплоты, это значит, что люди не приглянулись друг другу, и дело само собой сходит на нет.
Но вскоре к нему пришёл старший брат и поинтересовался его мнением о Фу Чэне. Не успел Хэ Цинхэ и слова сказать, как брат с ошеломлённым видом произнёс:
— Фу Чэнь остался тобой чрезвычайно доволен. Он прямо выложидо передо мной инвестиционный фонд, заявив, что это лишь часть свадебного выкупа.
Хэ Цинхэ остолбенел.
Разумеется, в конце концов Хэ Цинхэ дал согласие. Фу Чэнь был высок ростом, обладал приятной внешностью, несметными богатствами, и о нём никогда не ходило никаких сплетен — его семейное положение подходило второму господину семьи Хэ с огромным запасом.
Разве что Фу Чэнь был немного старше — на целых девять лет. Из-за разницы поколений его слова порой ставили в тупик, но во всём остальном к нему невозможно было придраться.
Что же до характера... Хэ Цинхэ с юных лет знал, что принадлежит к влиятельному клану, а в браках по расчету главным всегда считается соответствие условий, тогда как характер никогда не был обязательным фактором для рассмотрения.
Хотя на дворе давно не феодальные времена и все вокруг говорят о свободе любви, подлинно хорошим браком может стать лишь тот, что приносит выгоду семье.
Хэ Цинхэ и Фу Чэнь поженились, минуя стадию влюбленности. Семьи Хэ и Фу остались крайне довольны этим союзом, обе стороны не пожадничали со свадебными дарами, и на какое-то время эта история стала притчей во языцех в деловых кругах.
После свадьбы Хэ Цинхэ переехал в особняк Фу Чэня. Дом был достаточно просторным, с собственным бассейном и двором, так что места для двоих хватало с лихвой.
Фу Чэнь не любил, когда его беспокоят, поэтому в доме была внедрена полная автоматизация, а прислуга приходила лишь в строго определенные часы.
Хэ Цинхэ тоже ценил личные границы, и по сей день они жили под одной крышей в полном согласии.
Вот только сон у обоих был чутким, а распорядок дня различался, поэтому взаимных помех и уступок избежать не удавалось. Поначалу, когда они спали вместе, наутро у обоих под глазами красовались темные круги.
Заботясь о здоровье, они пришли к единому мнению и решили спать в разных комнатах.
Когда сон был налажен, всё остальное стало делом техники.
Потянувшись, Хэ Цинхэ велел умному дворецкому раздвинуть шторы и включить вентиляцию. Трехэтажный особняк мгновенно озарился светом, став просторным и ярким, и все роскошные интерьеры заиграли новыми красками под лучами солнца.
Хэ Цинхэ прошел на кухню и привычным движением достал из термошкафа завтрак.
Хэ Цинхэ умел готовить сам, но по утрам не мог подстроиться под график Фу Чэня, поэтому завтраки им обычно доставляли централизованно.
Сочетание продуктов в завтраке было сбалансированным по питательным веществам, а пропорции белков, жиров и углеводов выверены с пугающей точностью.
Здоровая еда редко бывает вкусной. Поначалу Хэ Цинхэ ужасно привыкал к этому, но, пропользовавшись так целый год вместе с Фу Чэнем, он уже почти не замечал разницы.
Хэ Цинхэ сварил кофейник кофе, и густой аромат наполнил кухню. Устроившись у окна, он ел сэндвич и потягивал кофе из чашки.
Глядя на рябь в воде уличного бассейна, Хэ Цинхэ подумал: началась еще одна новая жизнь.
http://bllate.org/book/36993/4602510
Готово:
