— Насчёт встречи выпускников и впрямь сложно сказать что-то однозначно, — Ань Цинъе горько усмехнулся и покачал головой. — Я побывал на одной школьной встрече, и с тех пор меня к ним больше не тянуло.
Ши Чжэ повернул к нему голову и обменялся с ним понимающей улыбкой, в глубине их глаз промелькнуло одинаковое выражение: «Всё и так понятно без лишних слов».
Каждому ясно, что, стоить покинуть эту слоновую кость, именуемую школой, как годы давно стирают былую чистоту. При новой встрече всё уже выглядит совсем не так, как в прежние дни: те, кто преуспел в жизни, спешат похвастаться своими перьями, обладатели заурядных судеб ищут утешения, те, кто некогда испытывал друг к другу чувства, надеются возродить былой роман, а вечные недоброжелатели вытаскивают наружу старые и новые обиды.
Для большинства людей подобные сборы служат лишь источником лишних хлопот.
Взгляд Ши Чжэ упал на молчавшего в стороне Анцзю, и его тон стал чуть мягче:
— Этот парень в этом году должен пойти в выпускной класс старшей школы?
— Да уж, учится во Второй средней школе при парке, а это одна из лучших школ в городе Х, о которых только можно говорить.
Когда Ань Цинъе заговорил о сыне, в его голосе зазвучали нескрываемая гордость и облегчение.
— Я знаю Вторую среднюю школу при парке, старая городская спецшкола с глубокими традициями. Раз он смог туда поступить, значит, у мальчика незаурядный талант, и учится он с большим толком.
Анцзю от похвалы немного смутился, кончики его ушей слегка запылали, и он торопливо отвернулся, глядя в окно.
В этот момент машина остановилась на оживленном перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора. Вокруг стоял гул голосов, и в воздухе явственно ощущалась живая повседневная суета. Какая-то молодая парочка, держась за руки, как раз переходила пешеходный переход и остановилась прямо у автомобиля.
Юноша о чем-то улыбаясь говорил, девушка с лучистыми глазами и изогнутыми в полумесяц бровями смотрела на него, и в их переплетенных взглядах читалось сплошное волнение чувств.
Анцзю невольно выдохнул: «Ах», — а сидевшая рядом с ним Ян Сюэни тут же повернулась следом и спросила:
— В чем дело, кого ты увидел?
Анцзю не успел ее остановить, как услышал, как Ян Сюэни протянула «ой» и произнесла с насмешливой интонацией:
— Да это же Ма Бо! А что за девочка с ним рядом? Просто уму непостижимо, в такой холодный мороз вырядилась в это, у нее что, дома некому присмотреть за ней?
Ань Цинъе и Ши Чжэ тоже проследили за ее взглядом, но двоим взрослым мужчинам это было не слишком интересно: они лишь равнодушно бросили беглый взгляд, отвели глаза и заговорили о чем-то другом, оставив этот мелкий эпизод позади.
Ян Сюэни же наблюдала за происходящим с живым интересом, приклеившись к парочке взглядом и бормоча себе под нос:
— Эта копна крупных локонов выглядит довольно модно. На ученицу она не похожа, наверное, из тех, кто крутится на улице?
— Она с танцевального отделения училища искусств, — отозвался Анцзю.
— Так это же учащаяся профтехучилища! Какой толк может быть от этих танцев? Выпустится — и снова перед глазами сплошная темнота, понятия не имею, чем она вообще сможет заняться.
Ян Сюэни презрительно усмехнулась, и в ее тоне сквозило откровенное пренебрежение.
Анцзю прикусил губу и больше ничего не сказал.
В салоне машины на какое-то время остались лишь голоса родителей, беседующих с Ши Чжэ, но ему эти звуки казались невероятно далекими, а всё внимание сосредоточилось на тех двоих снаружи.
Девушка по имени Мо Е крепко сжимала запястье Ма Бо, а когда они подорошли ко входу в отель среднего класса, подняла руку и крошечной сумочкой легко стукнула его по руке.
Ма Бо почесал затылок, и его некогда вполне симпатичное лицо мгновенно залилось краской, став похожим на спелое яблоко. Он нервно огляделся по сторонам, убедившись, что никто на него не смотрит, и лишь тогда набрался храбрости и шагнул внутрь отеля. Его движения были такими скованными, что он даже шагал с руки на ногу и совершенно этого не замечал.
Шедшая следом за ним Мо Е прикрыла рот рукой, в глубине ее глаз плескался смех, а манера держаться была непринужденной и кокетливой, безо всякой тени той неловкости, что сковала Ма Бо.
Сердце Анцзю забилось так часто, что стук казался громче разговоров в салоне.
Ему послышалось какое-то смутное, едва уловимое фырканье, и он не мог понять, было ли это насмешкой Ян Сюэни или плодом его собственного воображения.
Светофор переключился, машина Ши Чжэ плавно тронулась с места, оставляя фигурки влюбленных далеко позади.
Атмосфера в автомобиле выдалась странной, лица у всех были самые разные.
Ань Цинъе с некоторым смущением глянул на сына.
Ян Сюэни наконец не выдержала и выпалила:
— Вот такие люди, которые даже в старшую школу поступить не смогли, именно этим и занимаются! И ты после этого продолжай водиться с подобными типами!
Анцзю ничего не ответил и не стал смотреть на Ян Сюэни.
В его голове царил полный кавардак: перед глазами стояли покрасневшее лицо Ма Бо и его скованная походка, а мысли крутились лишь вокруг того, что же произойдет между ними дальше.
Когда они встретятся в следующий раз, что ему следует сказать?
Стоит ли поздравить его с тем, что он наконец сделал этот шаг и действительно ступил на мужскую ступень?
Машина ровно катила вперед и в конце концов въехала на подземную парковку многоэтажного высотного здания.
Холодный свет озарял пустое пространство, и после того как все вышли, они сели на специальный лифт, который доставил их прямо на верхний этаж.
Едва двери лифта открылись, как ждавшая здесь помощница Хань Цзюнь быстро шагнула вперед и провела их в уединенную отдельную кабинку. В тот момент, когда дверь отворилась, все слегка замерли — в кабинке уже сидели два человека.
— Позвольте мне всех представить, — произнес Ши Чжэ. — Это мой младший брат Саэр, вы уже виделись в прошлый раз; а это Чай Цзядэ, сейчас он помогает мне управлять компанией по производству визуальных эффектов, он младший брат Чай Тин.
Младший брат... Чай Тин?
Ань Цинъе и Ян Сюэни синхронно округлили глаза от удивления.
В годы учебы они были не слишком близки с Чай Тин, их знакомство носило поверхностный характер, и они никогда прежде не слышали, что у нее есть такой брат.Чай Цзядэ выглядел лет на тридцать пять-тридцать шесть, среднего роста, с совершенно заурядной, ничем не примечательной внешностью. Однако его глаза выделялись особой яркостью, в них мерцал острый блеск, по которому сразу угадывался изворотливый человек, привыкший виться в обществе и мастерски лавировать в любых ситуациях.
Он крепко пожал руку Ань Цинъе, и из его рта градом полились похвалы, сыплющиеся как из пулемёта:
— Сегодня мне поистине посчастливилось! Если бы я не знал, что господин Ши сегодня пригласил на ужин старых однокурсников, то подумал бы, что к нам пожаловали две настоящие звезды! — Чай Цзядэ с улыбкой посмотрел на Ань Цинъе и Ян Сюэни, а затем перевёл взгляд на Анцзю, и его тон стал ещё более оживлённым: — А если взглянуть на юного господина Аня... С такой внешностью и манерами — неужели его утвердили на главную роль в каком-то крупном проекте? Он выглядит куда ярче тех трендовых молодых актёров, которых изо всех сил продвигают развлекательные компании! Ха-ха-ха, я человек языкастый, болтаю не подумав, так что вы, пожалуйста, не принимайте близко к сердцу, будьте снисходительны, великодушно прошу прощения!
Его слова звучали наполовину в шутку, наполовину всерьёз, тон был выдержан безупречно, однако уголком глаза он неотрывно следил за лицом Ши Чжэ, втайне изучая реакцию собеседника.
Заметив, что лицо Ши Чжэ остаётся совершенно спокойным, без малейшей ряби на поверхности, Чай Цзядэ мысленно с облегчением выдохнул, но подозрения в его душе лишь укрепились.
Отношение Ши Чжэ к этому семейству и впрямь казалось несколько странным.
С другой стороны, Ян Сюэни от таких восторгов расцвела, и в каждом её движении, в каждом изгибе бровей читалось торжество.
Ань Цинъе же слегка нахмурился, и его лицо заметно помрачнело.
Он изначально не любил иметь дело с подобными элитными дельцами, преуспевшими в искусстве лести, а уж когда похвалы Чая Цзядэ крутились исключительно вокруг внешности, оставаясь поверхностными и насквозь фальшивыми, от этого показного подлизывания ему становилось просто не по себе.
Примерно так он и думал, а потому дежурная улыбка на его лице окончательно увяла, сменившись холодной и отстранённой вежливостью.
Анцзю молча отошёл в угол и опустился на последний свободный стул, чувствуя себя крайне неуютно.
Он машинально бросил взгляд налево — рядом с ним сидел Саэр. Сейчас Саэр низко опустил голову и возился в телефоне, его пальцы быстро скользили по экрану. Он совершенно не интересовался происходящими вокруг любезностями, светскими беседами и обменом учтивостями, словно всё это не имело к нему никакого отношения.
Ещё страннее было то, что Ши Чжэ и Чай Цзядэ, казалось, уже давно привыкли к подобному поведению Саэра и вовсе не обращали внимания на его холодность и отстранённость — они не торопили его и ни к чему не принуждали, словно он изначально должен был держаться особняком ото всех.
Он больной.
Ши Чжэ поднял руку, жестом приглашая всех занять свои места, и с улыбкой прервал воцарившееся молчание:
— Все свои, не нужно стесняться. Я специально заказал здесь фирменный сет из говядины вагю, давайте попробуем, придётся ли вам по вкусу.Стоило голосу смолкнуть, как боковая дверь отдельного кабинета отворилась. Повар в форменной одежде медленно вкатил тележку с раскаленной железной панелью, держа в руках свежую мраморную говядину. Уважительно кивнув собравшимся, он тут же приступил к готовке прямо на месте.
Шипение! От соприкосновения раскаленного металла с нежным мясом мгновенно разнесся громкий звук, потекли золотистые капли жира, а густой мясной аромат в один миг заполнил весь кабинет.
Анцзю посмотрел на постепенно меняющуюся в цвете говядину на плите и подсознательно покосился на сидевшего рядом Саэра. Тот неизвестно когда уже убрал телефон, полулежа откинувшись на мягкую спинку стула. Верхней частью тела он нарочно отстранился, его взгляд то ли падал на мясо в руках повара, то ли был рассеянно-пустым, а вокруг него витал отталкивающий за версту холод.
Не успел в душе Анцзю утихнуть беспорядок, вызванный Ма Бо, как к нему добавилось еще немного неловкости из-за этого застолья. В глубине души он смутно чувствовал, что за этой на вид обычной встречей старых одноклассников может скрываться непростой умысел.
Повар разрезал пополам стейк прожарки медиум, одну половину посыпал для вкуса отборной каменной солью и черным перцем, а другую покрыл фирменным соусом для барбекю — вид у него был аппетитный.
На фоне черной посуды розовая и сочная говядина выглядела особенно эффектно, а когда ее легко зажимали палочками, кусочки мяса слегка подрагивали, являя всю свою нежность. Люди знающие, конечно, способны оценить изысканность этого вкуса, но Анцзю про себя надеялся, что его порцию поджарят сильнее, лучше всего до полной готовности, чтобы он чувствовал себя спокойно.
Он снова повернулся и взглянул на Саэра. Кроме них двоих, за столом сидели сплошь зрелые люди с богатым жизненным опытом. По идее, ровесники и оба подростки должны были найти хоть какие-то общие темы для разговора. Но столкнувшись с таким неприступным видом Саэра, Анцзю в конце концов оставил мысль заговорить, отвернулся и принялся сосредоточенно тыкать вилкой в полусырую брокколи на тарелке, скрывая свое смущение.
Разговоры за столом постепенно переключились на новый фильм, который готовил Ши Чжэ. Говорили, что он снят по мотивам популярного романа, а главными героями выступала пара семнадцати-восемьнадцатилетних юноши и девушки.
В нашей стране для тем подобного рода слишком много ограничений. Ши Чжэ поднял бокал, и в его тоне прозвучала доля самоиронии. Сейчас больше всего загружена команда сценаристов, а мне вот досталось немного покоя — даже удается выкроить время, чтобы повидаться со старыми друзьями.
Чай Цзядэ тут же поднялся, чтобы подлить вина Ши Чжэ, а его тон был одновременно оживленным и почтительным: К работам господина Ши наверху отнесутся со значительно большим снисхождением. А вот с выбором исполнителей главных ролей никак не определятся, это дело и впрямь заставляет похлопотать. Вы ранее упоминали, что хотите найти новые лица, и как только эта весть разнеслась, люди, пытающиеся через знакомых передать нужные имена, едва не оборвали телефон Хуан Хэ. Неужели в глубине души вы уже присмотрели кого-то подходящего?
Он ненароком снова бросил взгляд на паренька по имени Анцзю.
Ши Чжэ отмахнулся: С этим спешить некуда, у меня все по плану.
http://bllate.org/book/36992/4602459
Готово:
