Сейчас он находится в гостях, так что баловаться нельзя. Если бы они были у него дома, Линь Цзи просто притворился бы больным и не спустился вниз, а после ухода гостей приказал бы приготовить для себя отдельно.
Сун Цзэли посмотрел на него пару секунд, убедился, что на лице того нет никаких странных изменений, и отвел взгляд, после чего обратился к Чэнь Юнь:
— Не нужно, мам, мы вернемся домой.
Услышав отказ, Чэнь Юнь не стала настаивать и лишь произнесла:
— Тогда будьте осторожны по дороге.
Сун Цзэли угукнул в ответ и, повернувшись к Линь Цзи, бросил:
— Пойдем.
— А? — Линь Цзи на секунду растерялся, а затем тихо спросил: — Прямо сейчас? Ты уже поел?
— Поел, — отвечая, Сун Цзэли поднялся со стула и попрощался с остальными за столом: — Ешьте не спеша, время уже позднее, мы поедем.
С этими словами он направился в гостиную.
Линь Цзи посмотрел на него пару секунд, затем перевел взгляд на остальных сидящих за столом и, словно заедая на повторе, скопировал слова Сун Цзэли:
— Ешьте не спеша, время уже слишком позднее, мы поехали.
Сказав это, он тоже встал и направился вслед за Сун Цзэли.
Пока они надевали верхнюю одежду, Линь Цзи переспросил:
— Ты правда уже поел?
Сун Цзэли взял шарф и помог ему замотать его вокруг шеи, а в ответ снова повторил:
— Поел.
—…
Хотя ел-то он едва ли много.
Линь Цзи стоял неподвижно, позволяя Сун Цзэли завязывать шарф.
Тот держал один конец шарфа, поднял руку, провел над головой Линь Цзи, дважды обернул вокруг его шеи, а затем завязал концы аккуратным простым узлом на груди.
Хотя сам Линь Цзи этого не осознавал, сейчас он действительно полностью обнажил свое слабое место.
Сун Цзэли был удивлен той степенью доверия, которую проявил к нему Линь Цзи: они были знакомы от силы месяц и три дня, но Линь Цзи так спокойно доверил ему свою беззащитную шею.
Ни тени настороженности, ни капли смущения — так, будто все это было само собой разумеющимся.
Почему-то он вспомнил домашних кошек, выросших с малых лет в окружении любви: они естественным образом полны доверия к людям, а заботу со стороны человека воспринимают как должное.
Именно поэтому вчера, когда он предложил спать в гостевой комнате, Линь Цзи ни капли не возражал, а сразу же выразил благодарность — ведь он знал, что достоин самого лучшего.
И он действительно был достоин лучшего.
Именно поэтому по дороге домой Сун Цзэли начал раздумывать о том, не сменить ли жилье на квартиру побольше.
Хотя их нынешнее жилье площадью более двухсот квадратных метров для двоих подходило с избытком, функциональность пространства в квартире на этаже все же уступает вилле, к тому же на вилле нет соседей — там тихо.
Сун Цзэли молча размышлял об этом, ведя машину, а главный герой его мыслей сидел на пассажирском сиденье и смотрел на дождь, ни капли не подозревая о том, что вскоре ему, возможно, снова придется переезжать.
В салоне было теплее, чем на улице, и оконное стекло затянуло пеленой туманного белого пара.
Линь Цзи сквозь эту дымку наблюдал за каплями дождя за окном. Дождь шел слабый, и требовалось, чтобы несколько мелких водяных бусинок слились воедино, прежде чем крупная капля скатится по стеклу, оставляя за собой узкий влажный след.
В сочетании с отраженными в каплях огнями уличных фонарей и высоток за окном, в некотором роде это напоминало влажный метеорный поток, наблюдать который можно было не поднимая головы.
Помолчав с минуту, Линь Цзи что-то вспомнил, повернулся к Сун Цзэли и произнес:
— Послезавтра мой друг уезжает, мне нужно будет отвезти его в аэропорт.
Сун Цзэли вел машину, глядя строго перед собой, и в ответ лишь коротко бросил:
— Хорошо.
На этом разговор вновь оборвался. Линь Цзи мысленно вздохнул и повернул голову обратно к окну.
Он был искренне рад, что у него нет болезни, при которой любое брошенное на ветер слово приводит к смерти, иначе от уединения с Сун Цзэли он бы сошел с ума — тот вообще ничего не переспрашивает.
Не уточняет, что за друг и какой аэропорт, не спрашивает, во сколько вылет и нужно ли его провожать или встречать — просто короткое хорошо, и точка.
Разве так ведут себя нормальные муж и жена?
Хотя стоп, они ведь вроде бы изначально и не были нормальной парой?
Тогда ладно, проехали.
Вернувшись домой, оба разошлись по своим комнатам готовиться ко сну. Линь Цзи открыл дверь в главную спальню, но не успел войти, как Сун Цзэли окликнул его из коридора:
— Тебя послезавтра отвезти?
—…
Только сейчас соизволил спросить.
Линь Цзи немного подумал: он хотел выехать заранее, чтобы оставить время на прогулку с Вэнь Юанем, а если Сун Цзэли поедет с ними, ему наверняка будет неловко. В конце концов он покачал головой:
— Я поеду на своей машине, не буду тебя утруждать.
Сун Цзэли посмотрел на него пару секунд и коротко бросил:
— Хорошо.
Он толкнул дверь гостевой комнаты и добавил:
— Спокойной ночи.
Линь Цзи пожелал ему спокойной ночи в ответ, зашел в главную спальню и плотно закрыл дверь.
Погода последние пару дней стояла скверная. Утром в день отъезда Вэнь Юаня Линь Цзи проснулся, раздвинул шторы и увидел, что небо затянуто свинцовыми тучами, грозящими пролиться ливнем в любую секунду.
Каждое утро после пробуждения ему требовалось какое-то время на раскачку, и вот так, уставившись на медленно плывущие за окном черные тучи, он простоял довольно долго, прежде чем окончательно прийти в себя.
Ага, если сегодня действительно хлынет ливень, рейсы ведь могут отменить?
Но, к сожалению, это небо собиралось с силами целый день, и дождь закапал только к вечеру.
Из-за того что Вэнь Юань проспал, времени погулять днем у них не нашлось: добравшись до аэропорта, Вэнь Юань в спешке побежал на посадку, и Линь Цзи сразу же вернулся домой.
Сун Цзэли сегодня не поехал в офис — это был первый раз с момента их знакомства, когда Линь Цзи проводил с ним под одной крышей так много времени.
Прямо перед сном разверзлись небеса, и дождь, сдерживавшийся весь день, хлынул стеной под грохот молний и раскаты грома.
Лежа в постели и прислушиваясь к раскатам грома, Линь Цзи невольно вздохнул.
Качество его сна оставляло желать лучшего, засыпать он мог только в абсолютной тишине, но глухие, раскатистые удары грома за окном и назойливый шум мелкого дождя мешали ему — он ворочался с боку на бок, но так и не смог уснуть.
Не найдя другого выхода, Линь Цзи в конце концов протянул руку к тумбочке, взял телефон и механически открыл ленту моментов в WeChat, где тут же обновился экран: Юй Чжи всего пару минут назад выложил девять фотографий с едой.
Судя по всему, они ужинали в японском ресторане. Линь Цзи открыл снимки и стал листать их один за другим: суши, сашими, темпура… На последней фотографии красовались две пиалы с жареным угрем в соусе унаги, стоящие вплотную друг к другу.
Линь Цзи невольно сглотнул слюну.
Он открыл чат с Юй Чжи и, решив перейти в наступление первым, отправил сообщение: [Уже так поздно, а ты все не спишь. Разве ты не говорил мне не сидеть по ночам в телефонах? Куда подевался твой личный пример?]
Юй Чжи ответил очень быстро: [Раз уж ты заглянул в мои моменты, почему не поставил лайк?]
Линь Цзи чуть не усмехнулся, открыл страницу Юй Чжи и проставил лайки под всеми записями, которые забыл оценить раньше, после чего вернулся в чат и написал: [Так пойдет?]
Юй Чжи ответил: [Сойдет-сойдет]
Пару секунд спустя выскочило еще одно сообщение: [Ладно, некогда болтать, мы со старым Линем собираемся встретить холодную снежную ночь в Отару в объятиях друг друга, желаю счастья.]
—…………
Улыбка мгновенно исчезла с лица Линь Цзи.
Вот почему они внезапно захотели японской кухни — они же улетели в Японию!
Женился он, а в свадебное путешествие за границу отправились его папа с мамой — это вообще нормально?
Подумаешь, японская еда, он и дома прекрасно сможет поесть!
Надувшись от досады, Линь Цзи закрыл WeChat, открыл приложение доставки еды и заказал порцию угря с унаги, а чтобы случайно не потревожить сон своего малознакомого мужа, специально оставил примечание: в дверь не стучать, оставить на коврике.
Минут через тридцать курьер прислал сообщение и фотографию: заказ Линь Цзи стоял прямо у входной двери.
Он отправил в ответ короткое спасибо, а затем постарался двигаться как можно тише, поднимаясь с кровати.
Когда он приоткрыл дверь спальни, в гостиной царила абсолютная темнота.
На этом фоне полоска света, пробивающаяся из узкой щели под дверью кабинета, который находился как раз напротив главной спальни, выглядела особенно броской. Линь Цзи замер у порога, некоторое время вглядываясь в кабинет — там было очень тихо.
Может, забыл выключить свет перед сном?
Подумав об этом, Линь Цзи на цыпочках направился к двери кабинета.
Сун Цзэли сидел в наушниках и слушал собеседника по ту сторону экрана.
Собеседник находился в Лондоне, до которого от Бэйаньши было много тысяч километров, и из-за разницы во времени кто-то из двоих всегда проводил онлайн-совещания глубокой ночью.
Краем глаза заметив, как дверь в кабинет приоткрылась, Сун Цзэли поднял взгляд.
Приоткрытую щель медленно толкнул чей-то изящный указательный палец, и когда проем достиг ширины примерно в кулак, палец исчез, а в дверном проеме показалось красивое лицо.
Они встретились взглядами сквозь узкую щель. Линь Цзи слегка удивился, выпрямился во весь рост, и в следующее мгновение распахнул дверь шире:
— Ты почему еще не спишь?
Сун Цзэли снял один наушник, сначала отключил свой микрофон в программе для видеоконференций и только потом ответил:
— Совещаюсь с партнерами из Лондона. Я тебя разбудил?
Линь Цзи покачал головой. Заметив, что тот собирается что-то добавить, но колеблется, Сун Цзэли пояснил:
— Я на беззвучном.
Услышав это, Линь Цзи замялся на секунду, но в конце концов решил сказать правду:
— Я не мог уснуть, проголодался и заказал доставку. Ты… будешь? Жареный угорь с унаги… — говоря это, его взгляд помимо воли начал опускаться ниже, прямо на грудь Сун Цзэли.
Поскольку ему предстояло совещание, Сун Цзэли не мог позволить себе чересчур повседневную одежду, однако время было уже позднее, и после созвона он собирался спать, поэтому строгий костюм тоже был ни к чему — на нем была лишь белая рубашка без галстука, а верхняя пуговица оставалась расстегнутой.
Оставалось только догадываться, какой ракурс открывался участникам онлайн-конференции, но Линь Цзи сейчас стоял чуть позади экрана, и с его позиции сверху вниз прекрасно просматривались ключицы Сун Цзэли и едва заметные очертания грудных мышц, скрытые за распахнутым воротом.
Поскольку в голове роились исключительно неприличные мысли, Линь Цзи даже не расслышал, как Сун Цзэли отказался, и продолжал мысленно причитать, как же невероятно повезло ему с этим браком.
Хе-хе, потрогать бы.
Глава 8
Не дождавшись ответа на свои слова, Сун Цзэли поднял глаза на Линь Цзи.
Тот и в самом деле неотрывно пялился на него. Что же до того, куда именно...
Сун Цзэли проследил за взглядом Линь Цзи и опустил глаза, замерши на собственной груди.
Сун Цзэли: «...»
Сообразив, что его поймали с поличным за подглядыванием, Линь Цзи с невозмутимым видом отвел глаза, легко кашлянул в кулак и произнес:
— Ладно, продолжай работать, я пойду. Ложись спать пораньше, как освободишься.
Сун Цзэли молча застегнул пуговицу и угукнул в ответ.
Линь Цзи прикрыл за собой дверь и, прихватив пакет с доставкой, направился к спальне, но уже на ходу услышал, как Сун Цзэли в кабинете произнес пониженным голосом:
— That was my...*
http://bllate.org/book/36936/4595778
Готово:
