Цзян Нина разбудил громкий, отчаянный вопль: «Уа-уа-уа!».
Сквозь сон открыв глаза, он увидал, как к нему, заливаясь слёзками и впав в полную панику, мчится пухлый белый Нефритовый Малыш. Юноша на автомате протянул руку и подхватил кроху — ладонь ощутила нежную, приятную прохладу.
Впрочем, спокойствие длилось лишь мгновение: Цзян Нин тут же разглядел источник детского ужаса.
Огромная черепаха.
Гуй Лин вновь вымахал до полутора метров в длину. Неизвестно когда пробравшись в спальню, монстр разинул пасть, высунул длинный язык и целился аккурат в Нефритового Малыша, зажатого в хозяйском кулаке.
Цинь Му, сладко потягиваясь, лениво поднялся, но, узрев эту картину, аж усами затряс от возмущения и подскочил на месте:
— Совсем страх потерял?! С каких это пор души нефрита стали твоей жратвой?!
Гуй Лин виновато захлопнул пасть и смущённо пробормотал:
— Да я проснулся, а эти двое крутятся рядом... Вот и подумал, что это нам на завтрак...
Цинь Му закатил глаза:
— Завтрак тебе, ага! Сожрал бы их — я б из тебя всю душу вытряс!
Черепаха виновато повиливала хвостом. Ещё раз тоскливо поглядев на Да Бао в руках Цзян Нина, Гуй Лин тяжело вздохнул и, непрерывно оглядываясь, поплёлся к выходу из комнаты.
Цзян Нин к тому моменту уже поднялся с постели и окликнул беглеца:
— А где второй дух?
Гуй Лин повернул массивную голову и загробным голосом отозвался:
— С Хуан Цинем забавляется.
Цинь Му от удивления чуть не поперхнулся:
— С... Хуан Цинем?!
Черепах лишь привычно качнул головой:
— Выйдите да сами посмотрите.
Человек и кот переглянулись. Цзян Нин в пижаме выбрался из кровати и направился в гостиную. На полу разворачивалось грандиозное зрелище: огромный питон толщиной с хорошую бочку метался из стороны в сторону, пытаясь сцапать малюсенького духа размером с ладонь. Змеиная голова так яростно проскакивала между витками собственного тела, что в итоге гигантский змей скрутился в сплошной завязанный узел и намертво застрял.
Вращая налитыми кровью глазами, питон грозно раззевал пасть и шипел на парящего в воздухе Эр Бао. Впрочем, опасаясь разнести хозяйскую мебель, ни единой искры пламени он выплюнуть так и не дерзнул.
Эр Бао же сейчас пребывал в своём «тёмно-шоколадном» режиме. С крутым видом скрестив на груди пухлые ручонки, он висел под потолком, угрюмо сдвинув брови, и всем видом выражал глубочайшую апатию.
Да Бао, пристроившись у самого уха Цзян Нина, шепотком объяснил:
— Мы утречком проснулись, видим: папа с мамой так сладко спят! Ну и не стали мешать, пошли в зал поиграть. А там эти двое на ковре дремлют. Мы из любопытства подлетели поближе, они как раз глаза продрали и сразу царап — сожрать нас захотели! Эр Бао от страха расплакался, превратился в шоколадку и давай со змеем играть, а я побежал в спальню за папой!
Цзян Нин потёр переносицу — голова настойчиво заныла.
С двенадцати лет он жил абсолютно один. Насколько помнил, близких родственников у родителей не водилось, а из-за печати Тёмного Инь сам он рос замкнутым и так и не завёл верных друзей. Одиннадцать лет его мир оставался молчаливым и пустым. Появление Цинь Му подарило ему компаньона, но теперь тишина рухнула в одночасье. Прошла первая новизна, и на смену ей пришёл сумасшедший дом, неизбежно возникающий при появлении новых жильцов.
Бесконечный балаган утомлял.
Хотя, если честно, сильного раздражения не вызывал.
Цзян Нин перевёл взгляд на Гуй Лина и Хуан Циня. Немного подумав, он заговорил:
— У вас есть банковские счета? Цинь Му задолжал вам жалованье за три месяца — я закрою этот долг. По три тысячи в месяц — это девять тысяч. Плюс за хорошую работу на задании дам премию в одну тысячу. Итого десять тысяч. У Гуй Лина ещё чаевые за перевозку Хуан Циня — десять тысяч двести. Переведу прямо сейчас.
Глаза обеих тварей мгновенно вспыхнули.
— Есть! — гаркнул Гуй Лин. — Сейчас продиктую!
Звери один за другим выложили реквизиты. Цзян Нин быстро достал смартфон и сделал несколько нажатий.
У монстров тоже имелись телефоны, спрятанные где-то в складках их чешуи и панцирей. Едва раздался звуковой сигнал о пополнении счёта, их глаза буквально засияли от счастья.
Цинь Му фыркнул из своего угла:
— Подумаешь, три месяца денег не видели! Что за нищенские ужимки?
Гуй Лин, баюкая свой смартфон, скорбно вздохнул:
— Тебе не понять! Мы три месяца лапу сосали! Сидеть без денег и без интернета — это невыносимо! Я тут сериал «Повесть о Хуаньхуане» смотрел, так из-за безденежья три месяца ни одной серии не видел!
Хуан Цинь сочувственно кивнул.
Цинь Му почувствовал, как горит от стыда кошачья морда. Он украдкой бросил взгляд на Цзян Нина: убедившись, что на лице юноши нет и тени брезгливости или презрения, кот немного отмяк.
Сам того не замечая, Цинь Му стал слишком уж сильно дорожить мнением Цзян Нина. Да и брать у него деньги или вещи уже не казалось чем-то зазорным.
Вот как сейчас: тот без лишних слов закрыл кошачий долг перед зверями, а сам Цинь Му лишь смутился на мгновение и принял это как должное.
«И когда это мы успели так сблизиться? Словно между нами и впрямь нет никаких преград...»
Пока кот предавался размышлениям, Цзян Нин времени даром не терял. Пряник выдан — настала пора показать кнут.
— Я плачу вам жалованье за дело, — ровным тоном произнёс он. — Когда возникнет необходимость, будете выходить на задания, за успехи положены премии. В остальное же время уборка дома полностью лежит на вас четверых: мыть полы, протирать пыль, расставлять вещи, стирать. В свободное время учитесь готовить. Справитесь хорошо — каждому полагается надбавка по сто юаней в день. Если будете стараться весь месяц без сбоев — удваиваю оклад. Напортачите — вычитаю по пятьдесят юаней из ежедневного жалованья. Распределяйте обязанности сами. И ещё...
Он сделал паузу. Тёмные глаза юноши сузились, и в их глубине блеснул смертоносный ледяной огонёк:
— Если замечу хоть одну царапину от драки между собой — лишаетесь выплат за весь месяц. Гуй Лин, Хуан Цинь, вас это касается в первую очередь. Если с душами нефрита хоть что-нибудь случится — уверяю, суп из черепахи со змеятиной получается отменный.
Все четверо монстров дружно вздрогнули от пробирающего до костей холода.
— Уборка!.. — возопил Гуй Лин.
— Готовка... — зловеще прошипел Хуан Цинь.
— Мыть полы, вытирать пыль, стирать... — ахнул Да Бао, хватаясь за головёнку. — Небеса, я не переживу этого!
Лишь Эр Бао всё так же гордо стоял со скрещенными на груди руками. В его угольно-чёрных глазах промелькнула искра житейской мудрости, и он невозмутимо изрёк:
— Деньги.
Остальная троица замерла.
— Считаю, мне идеально подходит мытьё полов! — мгновенно переобулся Гуй Лин и рванул в ванную за тряпкой.
Хуан Цинь лениво повёл хвостом:
— А я, пожалуй, вымету пыль из дальних углов.
С этими словами он ловко распутался из собственного узла и уполз оккупировать угол за диваном.
Да Бао покрутил головой:
— А мне... мне лучше всего протирать столы! — И тоже метнулся в ванную за салфеткой.
Эр Бао обвёл всех спокойным взглядом и подвёл итог:
— А я буду готовить.
И плавно полетел в сторону кухни.
В мгновение ока вся шумная компания рассосалась, будто её и не было.
Цинь Му ошарашенно уставился на юношу, готов восхищаться им без памяти:
— И всё?! Так просто?! А я-то думал, утихомирить этих буянов будет невыполнимой задачей!
Цзян Нин лишь с тяжким вздохом потёр переносицу:
— Нет. Всё только начинается.
Цинь Му осознал смысл его слов очень быстро.
Гигантская черепаха мыла пол так, что грязи становилось только больше; змей, принявшись за убирание углов, заснул прямо под диваном; Да Бао, протирая стол, смахнул на пол половину посуды; а Эр Бао, честно пытавшийся состряпать обед, в итоге сам упал в кастрюлю, превратившись в кусок сладкого шоколада.
Цзян Нин взглянул на часы и сдержанно напомнил:
— Половина дня позади. Задача на сегодня: полы вымыты, мебель протёрта, в доме порядок. В противном случае — штраф.
Немного помолчав, он добавил:
— Штрафовать буду всех вместе. А стоимость разбитых вещей вычту из ваших окладов.
Четвёрка слуг чуть не лишилась чувств.
Цзян Нин же без лишней суеты заказал доставку еды, пообедал вместе с Цинь Му и отправился в кабинет тренироваться в написании талисманов.
— Не боишься, что они тебе дом по брёвнышкам растащат? — поинтересовался кот.
— Не растащат. В худшем случае пару дней победокурят, и всё придёт в норму. — Цзян Нин вывел очередной талисман призыва душ, удовлетворённо кивнул и отложил кисть. — Моя цель — заставить их работать сообща. Только через совместный труд они сблизятся и научатся улаживать разногласия. Ну а если не научатся — что ж, буду вычитать из жалованья. Так мы хотя бы сэкономим на их содержании. В любом случае не прогадаем.
Затея Цзян Нина и впрямь принесла плоды: квартира, ещё вечером напоминавшая поле боя, к следующему утру сияла чистотой.
Когда Цзян Нин поднялся с постели, черепаха и змей спали на полу в спальне, вымотавшись до состояния мягкого теста. А на ночном столике ритмично пульсировали мягким светом два нефрита — их обитатели тоже сладко дремали.
Едва заметная улыбка тронула губы юноши.
Цинь Му тоже не верил своим глазам. Обойдя дом и убедившись, что в гостиной царит безупречный порядок, кот окончательно выпал в осадок.
— Надо же, сработало... — поражённо пробормотал он. — Похоже, они умеют находить общий язык, когда прижмёт.
Цзян Нин кивнул:
— Первый шаг сделан. Теперь дело за притиркой.
В этот момент раздался резкий звонок смартфона. На дисплее высветилось имя: Тань Чжиюань.
Взгляд Цзян Нина мгновенно остыл.
— Кажется, наш долгожданный гость всё-таки решился проявиться.
Тань Чжиюань звонил по просьбе Цзян Вэньжуя.
Дело в том, что Тань Чжиюань уже переехал в квартиру, которую ему уступил Цзян Нин. Цзян Вэньжуй знал этот адрес, но когда явился туда, обнаружил лишь нового жильца.
— Господин Цзян, простите за беспокойство, — виновато проговорил Тань Чжиюань в трубку. — Наследник ювелирного дома «Рихэн», молодой господин Цзян Вэньжуй, утверждает, что хочет обсудить с вами крупную сделку. Вашего нового адреса он не знает, вот и попросил меня узнать, согласны ли вы с ним встретиться.
— Передай ему адрес, — ровно отозвался Цзян Нин.
Тань Чжиюань поддакнул и после пары дежурных фраз повесил трубку.
Прошло совсем немного времени, как раздался дверной звонок. Цзян Вэньжуй уже стоял на пороге.
Цзян Нин распахнул дверь и столкнулся взглядом с обворожительной улыбкой.
Стоило отдать должное: Цзян Вэньжуй был действительно хорош собой. Правильные черты лица, утончённые манеры, подтянутая фигура... Добавить немного лоска — и перед вами неотразимый красавец, от которого женщины теряют голову. Увы, этот красавец предпочитал оба пола, причем к мужчинам питал куда большую слабость.
— Господин Цзян, проходите, — отстранённо произнёс Цзян Нин, слегка отступив в сторону.
— К чему такая официальность? — улыбнулся Вэньжуй. — Называй меня просто Вэньжуй.
Цзян Нин смерил его равнодушным взглядом:
— Господин Цзян, вам напомнить, с какими словами вы выставляли меня за дверь?
Улыбка на лице гостя на миг застыла, но он тут же взял себя в руки:
— Нин, я расстался с ней. Раз ты помнишь всё до мельчайших деталей, значит, я тебе всё ещё небезразличен. Я...
Хлоп! — дверь врезалась прямо перед его носом.
Улыбка Цзян Вэньжуя окончательно осыпалась.
Последние двое суток он толком не спал: тёмные круги под глазами и налитые кровью белки придавали ему измождённый вид. Как он ни пытался загримировать следы усталости перед визитом, спрятать её не удалось.
Сейчас, когда перед ним нагло захлопнули дверь, и без того взвинченные нервы отозвались вспышкой раздражения.
Он уставился на запертое полотно.
«Ничего, вот окручу тебя снова — заставлю поплясать под мою дудку».
На лице его, впрочем, не отразилось ни тени злобы. Этот парень раньше от него без ума был. Теперь, когда Вэньжуй пустил в ход всё своё обаяние, куда он денется? А эта строптивость — так, банальная обида. Стоит проявить немного терпенья, притворить раскаяние, подарить пару дорогих безделушек — и тот сам прибежит. Прежде этот трюк ни разу не подводил.
Едва Вэньжуй упивался собственным коварным планом, готовый уже победно ухмыльнуться, как замок щёлкнул, и дверь снова распахнулась.
«Ну вот, не выдержал!» — торжествующе подумал Вэньжуй.
Но подняв взгляд, он обомлел.
На пороге стоял незнакомый юноша лет двадцати с небольшим. Статный, открытый, в просторном спортивном костюме — от него так и веяло жизнерадостностью и уверенностью.
— Вы уж простите, — с вежливой улыбкой проговорил незнакомец. — Нин просто немного не в духе. Заходите, пожалуйста.
Цзян Вэньжуй насупился.
«Нин»? Такое фамильярное обращение, да ещё под одной крышей с таким красавчиком... Намётанный глаз Вэньжуя мгновенно уловил двусмысленность ситуации.
— Ничего страшного, всё понимаю, — выдавил он вежливую улыбку.
Юноша отступил, освобождая проход, и Вэньжуй вошёл в квартиру.
В глубине прихожей стоял Цзян Нин, переводя взгляд с гостя на незнакомца с явным замешательством.
И Цзян Нин и впрямь пребывал в полном изумлении.
Когда он шёл открывать дверь, Цинь Му, обычно путавшийся под ногами, остался в спальне. Цзян Нин решил, что кот просто решил подремать. Но едва за дверью смолк безумный монолог Цзян Вэньжуя, спальня распахнулась, и оттуда вышел... Цинь Му в человеческом облике.
Самый настоящий призрак принял облик живого человека!
Он лишь победоносно ухмыльнулся, покачав перед носом юноши Кольцом удержания душ, и без лишних слов пошёл открывать дверь.
Что ж, раз гость уже вошёл, прогонять его снова было бессмысленно. Одарив парочку выразительным взглядом, Цзян Нин отправился на кухню за чаем.
Цинь Му тем временем гостеприимно усадил Цзян Вэньжуя в гостиной.
— Позвольте узнать... — не удержался Вэньжуй. — В каких вы отношениях?
Цинь Му смущённо моргнул, запнулся и с тихим вздохом признался:
— Если честно... мы встречаемся уже три месяца.
Вэньжуй нахмурился:
— И у вас всё серьёзно?
Цинь Му чуть склонил голову, изображая стыдливость:
— О да! Нин так обо мне заботится! Готовит мне, купает меня, даёт деньги на карманные расходы... Всю одежду и вещи покупает он. А по ночам мы спим под одним одеялом. Я спать спокойно не умею, могу и лягнуть во сне, но Нин никогда не злится, всегда поправит одеялко... Я с ним так счастлив!
Цзян Нин, только что вынесший поднос с чаем:
«...»
«Я сейчас точно не ослышался?!»
Под «смущённо-застенчивым» взглядом Цинь Му и с трудом скрываемой ревностью Цзян Вэньжуя юноша поставил поднос на стол, пододвинул чашки и уселся рядом с котом-оборотнем, метнув в него испепеляющий взгляд: «Ты что творишь?!»
Цинь Му едва заметно моргнул в ответ: «Не лезь, доверить профессионалу».
Цзян Нин сжал зубы. Предчувствие у него было самое скверное.
Цзян Вэньжуй из последних сил давил в себе закипающую ярость. Вид этих двоих, сидящих плечом к плечу, действовал ему на нервы как раскалённое железо.
Однако, как опытный делец, он умел держать лицо. Совладав с эмоциями, Вэньжуй достал из внутреннего кармана изящный футляр и, мягко улыбнувшись Цзян Нину, произнёс:
— Нин, я приготовил для тебя подарок. Это Пишоу из прозрачного стеклянного нефрита. Заговорён мастером на защиту от тёмных сил. В твоём ремесле приходится сталкиваться с разной нечистью, так что такой оберег не помешает.
Он откинул крышку. Внутри покоилась фигурка мифического зверя, высеченная из кристально чистого, будто застывшая вода, нефрита — ни единого тёмного вкрапления.
Такая вещь тянула минимум на семизначную сумму. Вот только Цзян Нин даже бровью не повёл: после знакомства с двумя Душами Нефрита у него выработался стойкий иммунитет к драгоценностям.
Но не успел он вымолвить и слова, как Цинь Му озабоченно вмешался:
— Ой, но ведь Нин как раз и зарабатывает ловлей призраков! Если он наденет этот оберег, все духи разбегутся в ужасе. Как же он тогда будет деньги зарабатывать?
— У меня в компании полно вакансий, — недовольно возразил Цзян Вэньжуй. — И платить я буду не меньше, чем он выручает сейчас. Здоровье важнее. А если вдруг не получится заработать — что ж, я вполне способен его содержать.
Цинь Му поражённо всплеснул руками:
— Нин за изгнание одного-единственного призрака берёт не меньше пяти миллионов, а за месяц легко приносит штук двадцать! — Он уставился на Цзян Вэньжуя со смесью фальшивого восхищения и почтения. — Господин Цзян, да вы просто благодетель! Надо же, держите вакансии с доходом больше сотни миллионов в месяц. Сразу видно размах владельца ювелирного дома!
Уверенная, исполненная превосходства ухмылка Цзян Вэньжуя медленно сползла с лица.
«Два... двадцать призраков? За месяц?! Сотня миллионов?!»
Цзян Нин онемел.
«Это с каких пор я успел стать миллиардером?»
— Ах да, чуть не забыл! — опомнился Цинь Му.
Он полазил по карманам и выудил изящный браслет из белого нефрита и необработанный кусок изумрудного жадеита размером с ладонь. Протянув оба сокровища Цзян Нину, он сияюще улыбнулся:
— Браслет — это тебе. А из необработанного камня, который я на аукционе выиграл, закажи браслет для меня. Пусть у нас будут парные не только кольца, но и браслеты!
Дух-малыш Да Бао, до этого момента с комфортом восседавший на необработанном самоцвете и с интересом наблюдавший за спектаклем, с глухим кувырком грохнулся на диван и отчаянно заверещал:
— Не надо меня резать!
Эр Бао, пребывавший сейчас в облике полупрозрачной молочной тянучки, сжалился над стенающим братом. Подплыв ближе, он принялся ласково успокаивать его нежным голоском:
— Да не бойся ты! Меня вот тоже распиливали — и ничего, совсем не больно. Ну, подумаешь, кусочка тела досчитаешься...
Да Бао замер. А в следующее мгновение взвыл ещё тоскливее и громче.
Цинь Му даже не повёл ухом на эти вопли, продолжая с преданным обожанием взирать на Цзян Нина.
Под этим «пылким» взглядом Цзян Нин с абсолютно каменным лицом забрал нефриты:
— Спасибо.
Лишь теперь Цзян Вэньжуй обратил внимание на пальцы хозяев дома: на безымянных пальцах Цинь Му и Цзян Нина красовались совершенно одинаковые кольца.
Мысль об этом полоснула по мозгам подобно громовому разряду.
Они... они и впрямь сошлись?! Дошло аж до обмена кольцами?!
Вэньжуй ещё раз взглянул на самоцветы. Их чистейшая порода превосходила подаренного им Пишоу по всем статьям — цена обеих безделушек явно зашкаливала за пределы его скромного подарка. Да и судя по тому, как легко соперник распоряжался подобными сокровищами, с деньгами у парня был полный порядок.
Взрачный, богатый, души не чает в Цзян Нине... На таком фоне бывший ухажёр, некогда указавший Цзян Нину на дверь, выглядел жалким ничтожеством. Но хуже всего было другое: Цзян Нин отвечал ему взаимностью.
Они казались по-настоящему влюблёнными. Вэньжуя едва не затошнило от этой приторной демонстрации чувств.
Разумеется, никакой пылкой страсти к Цзян Нину он никогда не питал. Когда психотерапевт Цзян Янь впервые познакомила их, юноша выглядел забитым и замкнутым социопатом. Неряшливая одежда, скупая речь, угрюмый нрав... Он казался заторможенным, почти не реагировал на окружающий мир. Лицо у парня, положим, было симпатичным, но громоздкие очки в чёрной оправе да патлы, закрывавшие добрую треть физиономии, хоронили эту красоту без остатка. В нём не было абсолютно ничего, способного увлечь такого ценителя, как Вэньжуй.
Вэньжуй приютил его лишь из тщеславия: стоило проявить к юноше каплю внимания, как тот словно оживал, с готовностью ловя каждое слово. Вэньжуй естественным образом решил, что бедняга без памяти влюбился в него. Обожание со стороны столь тяжелобольного человека тешило его раздутое эго. Почему бы и не завести на пару дней ручную игрушку? Надоест — выбросит. Всё равно Цзян Янь просила присмотреть за ним от силы неделю.
Едва срок истёк, Вэньжуй обзавёлся новой пассией и привёл её домой. Девица смерила странного жильца брезгливым взглядом и излила пару тонких колкостей, после чего Вэньжуй без лишних раздумий указал Цзян Нину на дверь. Никаких чувств — одна лишь привычка властвовать.
Но нынешний Цзян Нин не имел ничего общего с тем забитым заморышем. Ослепительная внешность, исполненный холодного достоинства взгляд, ясный ум, безупречные, грациозные манеры... Его обновлённый образ мгновенно зацепил Вэньжуя. А осознание того, что этот идеальный юноша — всё тот же отвергнутый им бедняга, взвинтило упрямое желание вернуть утерянную собственность. Вэньжуй был свято убеждён, что стоит ему поманить пальцем, и Цзян Нин с радостным писком прибежит обратно.
И потому зрелище идиллии с Цинь Му выбивало почву у него из-под ног.
«Эта вещь принадлежала мне! С какой стати она посмела от меня отвернуться?!»
Цзян Нин и сам чувствовал себя не в своей тарелке. С формальной точки зрения Цинь Му не соврал ни единым словом: они действительно жили под одной крышей, ели за одним столом и спали на одной кровати; кошачьи домики, когтеточки и наряды покупал Цзян Нин; в поимке Да Бао имелась немалая заслуга кота, идея с браслетом из Эр Бао принадлежала ему же, да и кольца составляли единую пару. Но почему, чёрт возьми, в изложении Цинь Му всё это звучало настолько двусмысленно?!
Обострённое чутьё подсказывало, что лучше не углубляться в эти дебри. Мельком переведя взгляд на мрачного гостя, Цзян Нин решительно сменил тему:
— Господин Цзян, полагаю, вы пришли по конкретному делу?
Переключение на деловой лад мгновенно вернуло Вэньжую собранность. Вопросительный взгляд, брошенный им на Цинь Му, прозрачно намекал: «А этот посторонний точно должен присутствовать при нашем разговоре?»
Цзян Нин прекрасно прочёл его немой намёк и отозвался с холодком:
— Говорите прямо. Он вправе принимать решения наравне со мной.
Посыл считывался без труда: либо выкладывай всё при нём, либо скатертью дорога.
Цзян Вэньжуй приглушил спесь. Слегка поджав губы, он задумчиво произнёс:
— Я пришёл просить тебя об изгнании призрака.
Цзян Нин лишь слегка изогнул бровь. Хотя подобного поворота он и ожидал, выражение его лица осталось невозмутимым.
— Излагай подробнее.
Собравшись с мыслями, Вэньжуй неторопливо заговорил:
— Мой отец умер очень рано. Мать рассказывала, что в девяносто третьем году, аккурат в год моего рождения, его задрал свирепый злой дух. После отца остался нефритовый диск — вещь неимоверной ценности, которую мать берегла как семейную реликвию и перед смертью передала мне. На днях по кое-каким делам я сошёлся с Ли Янем. Он зашёл ко мне в гости, увидел этот диск и заявил, будто внутри него таится опасная нечисть.
При этих воспоминаниях Вэньжуя передёрнуло, а в глазах мелькнул суеверный ужас. Помолчав пару мгновений, он продолжил:
— Ли Янь сулил за него огромные деньги, но мать перед смертью строго-настрого наказала никогда не продавать и не отдавать реликвию, повторяя, что от неё зависит судьба нашего рода. Я заподозрил, что Ли Янь просто пытается запугать меня байками про нечисть и сбить цену, поэтому ответил отказом. А той же ночью на меня напала тварь.
Глубоко вздохнув в попытке унять бешено колотящееся сердце, он попытался придать голосу ровный тон:
— Ну а дальше вы и сами знаете... Эта тварь измывалась надо мной, выбивая местонахождение диска. Самое дикое, что реликвия, годами лежавшая в тайнике, действительно бесследно исчезла! Я перерыл весь дом — пусто. После той ночи в клубе я решил, будто вы с Ли Янем покончили с духом, но вчера вечером кошмар повторился. Ли Янь схватился с призраком, оба получили тяжёлые увечья, и теперь этот охотник отлёживается в родовом поместье. Мне больше не к кому обратиться.
Разложив полученные сведения по полочкам, Цзян Нин спросил:
— Если я правильно понимаю, призрак обитает внутри самого нефрита? Ты упомянул, что твоего отца задрал злой дух... Не та же ли это сущность из диска? И теперь она требует от тебя физическое тело?
— Вот и мне так кажется! — закивал Вэньжуй. — Раньше я думал, будто мать берегла диск просто как память об отце. Но раз уж нечисть домогается реликвии, да и Ли Янь твердил про запертого внутри духа, всё сходится. С чего бы обычному человеку на ровном месте привлекать к себе проклятие? Всё дело в этой чёртовой драгоценности! Но я действительно не ведаю, куда пропал нефрит! Сколько ни твержу этой твари — не верит, продолжает терзать меня ночи напролёт!
Цинь Му подался вперёд:
— А перед тем как реликвия испарилась, ты предпринимал с ней что-нибудь необычное?
Вэньжуй едва сдержал раздражение при виде вмешавшегося оборотня, но, понимая крайнюю важность вопроса, пересилил себя:
— Я перепрятал его. Изначально диск стоял на резной полке в коллекции. Побоявшись, что Ли Янь разжжётся алчностью и попытается отнять его силой, я перенёс реликвию в потайную сейфовую комнату для самых ценных экспонатов. А потом... — Он беспомощно развёл руками. — Потом она просто исчезла.
— Ты уверен, что её не украли? — уточнил Цинь Му.
Вэньжуй решительно качнул головой:
— Исключено! Замки в сейфовой целы, следов взлома нет. Да и сам нефрит, признаться, на вид довольно паршивый, мутный — не будь повеления матери, я бы на него и не взглянул. Рядом лежали куда более дорогие шедевры искусства, и ни один не тронут. Исчез только этот проклятый диск!
Вот это действительно загадка. Если Вэньжуй не лжёт, то куда, спрашивается, мог запропаститься нефритовый диск? Не сквозь землю же он провалился?
http://bllate.org/book/36921/4993551
Готово:
