Кто бы мог подумать, что в социальных сетях, посвященных Юйваню, прославится вовсе не бар Чэнь Цючи, а его кошка.
Сначала, разумеется, все началось с нескольких фотографий Не Сяо. Позже сувенирная продукция живописного места была распродана подчистую, а туристы, которым уже не хватало плоских изображений, принялись рыскать по всему Юйваню в поисках самой Хуцзы. Желающих потискать кошку становилось все больше, и Хуцзы от этого утомительного внимания днем даже боялась возвращаться домой. Сам же Чэнь Цючи из-за этого поневоле был вынужден сменить свой биологический ритм.
Еще не было и девяти утра, как за окном балкона уже раздавались голоса, смех и время от времени — восторженные возгласы. Невыспавшийся, он кипел от злобы и, словно из вредности, вытащил кошку с балкона, притащил в постель и попытался доспать, но, конечно, уснуть не получалось: признаки головной боли становились все отчетливее, появилось неприятное ощущение легкого жара.
Промучившись без нормального сна несколько дней, Чэнь Цючи спустился вниз с мрачным лицом, холодным и твердым, словно осколок разбитого фарфора. Чжоу Цзяян, завидев его, даже не стал здороваться и тихонько шмыгнул прочь.
Стоило открыть дверь, как глаза резануло ярким солнцем. Проследив за горячными взглядами туристов, он увидел, что его кошка примостилась на балконных перилах и умывается. Восхищенные возгласы вроде «ах, какая прелесть» не смолкали ни на минуту. Какая-то девчонка поднесла открытку к самой шее и, кокетливо склонив голову набок, попросила парня сделать удачный кадр.
Дождавшись, пока она закончит фотографировать, Чэнь Цючи спросил, где продаются такие открытки, и в ответ услышал — в небольшом книжном магазине на Хэдуне. Это заведение он знал: оно открылось в конце прошлого года, с полгода прозябало без особого оживления, но в последнее время поток клиентов заметно вырос.
Книжный был небольшой, треть пространства занимали книжные полки, отчего внутри было тесновато, впрочем, книги здесь покупали крайне редко. Остальное место заставили канцелярскими товарами и игрушками. Открыток оказалось множество — целая стена. Он сразу заметил те, на которых были напечатаны фотографии Хуцзы, вытащил одну наугад, окинул взглядом окрестности и, заметив немало туристов, обратился к сотруднику, похожему на подрабатывающего студента: — Ваш босс на месте? Позовите его, пожалуйста.
Он говорил безэмоционально, в меру громко и отчетливо — так говорит человек, не терпящий возражений. Девушка сразу поняла, что перед ней далеко не самый безобидный тип, и поспешно направилась вглубь помещения, а Чэнь Цючи остался ждать у входа. Хозяин появился из магазина довольно быстро, натянув вежливую улыбку: — О, босс Чэнь! Ищете меня по какому-то делу?
Чэнь Цючи этого мужчину не знал и заводить светские беседы не собирался, поэтому сразу перешел к сути: — С тех пор как ваши открытки стали расходиться на ура, мы потеряли всякую надежду на нормальный сон. Чуть свет к нам валят туристы в поисках кошки, случается даже, что и в дверь стучат.
Улыбка хозяина книжного стала еще шире: — Ой, босс Чэнь, да все потому, что ваша кошка до того хорошенькая, что просто покорила всех. Как раз в туристическом центре все раскупили, мы вот подумываем выпустить еще какую-нибудь мелочь — может, подарим вам парочку?
— Мне ничего не нужно, от этого шума уже тошно, лучше ничего не выпускайте, — отрезал Чэнь Цючи жестким тоном, не допускающим обсуждений.
Хозяин книжного растерялся: — Босс Чэнь имеет в виду…
— Хватит и того, что уже продано. Придумайте что-нибудь другое, нечего спекулировать на моей кошке.
— Ну знаете ли, даже если вы… — выражение его лица стало несколько неестественным, и он сглотнул слова, вертевшиеся на языке, — в конце концов, вы не имеете права указывать мне, что делать, а что нет.
Чэнь Цючи зажал уголок открытки пальцами и слегка покачал ее: — Девять юаней девяносто фэней за штуку, сорок девять и девять за набор из шести. Себестоимость у вас копеечная, вы уже неплохо наварились.
— Босс Чэнь, звучит как-то некрасиво. Дизайн, печать, доставка — на каждом этапе есть свои расходы, к тому же тиражи у нас небольшие, отсюда и высокая себестоимость. А книжный магазин сам по себе приносит копеечную прибыль, мы держимся только за счет этого. Создавать сувениры не так просто, как вам кажется.
— О, верно, печать стоит денег. Только вот в фотографиях, которые вы просто взяли и использовали, я никакого особого дизайна не заметил.
— На обратной стороне тоже есть текст, с чего вы взяли, что дизайн тут ни при чем?
— А позвольте спросить, автор фотографии давал вам разрешение на ее использование?
— Э-э… она же опубликована в официальном аккаунте, ее каждый может увидеть.
— Увидеть — это одно, но другие почему-то не додумались продавать ее ради наживы, как вы. Я спрошу прямо: человек, сделавший снимок, давал вам согласие? На такое разрешение должен быть заключен договор, если нет договора, то хотя бы какая-то запись.
— С разрешением точно все в порядке, думаю, комитет управления не будет против, я как раз собираюсь к ним заглянуть.
— Что это, самовольное решение задним числом? Разрешение теперь можно оформлять после факта?
— Босс Чэнь, мы и правда виноваты, приносим искренние извинения за доставленные неудобства. Больше такое не повторится, ладно?
— Пока все законно и по правилам, мне все равно, как вы торгуете. Но если у вас нет разрешения, будьте добры, печатайте те фотографии, которые сделали сами.
— То есть, если фотографии мои собственные, я могу их печатать?
— Хоть залейтесь снимками, но только не мою кошку.
Хозяин книжного попытался сгладить углы с заискивающей улыбкой: — Босс Чэнь, этот сетевой ажиотаж — дело временное, пошумят и забудут, вы же человек деловой, должны понимать.
— Я ничего подобного не понимаю и в таком «одноразовом» бизнесе не нуждаюсь.
— Конечно, у вас-то свои пути обогащения, — вложив в эти вполне обычные слова язвительный и едкий подтекст, бросил он. — Но мы-то люди мелкие, вся прибыль уходит на аренду, да и за нашими спинами не стоит никаких крупных боссов…
— Так вы, значит, решили прикрыть эту свою мелкую лавочку? — бесцеремонно прервал его Чэнь Цючи, заранее зная продолжение.
— А? — лицо хозяина книжного на мгновение застыло.
Чэнь Цючи усмехнулся, но в этой усмешке явно сквозило скрытое оружие: — Вы ведь наверняка хотели сказать, что я прикрываюсь чужими связями и держу в страхе весь Юйвань? Скажу по секрету: я еще даже не пользовался этим положением. Хотите проверить?
Словно увидев какое-то жуткое чудовище, хозяин книжного вытаращил глаза. Чэнь Цючи аккуратно вложил открытку ему в руку и молча повернулся к выходу.
Маленькая лавочка на противоположном берегу реки успела сменить множество хозяев. Понаблюдав за тем, как закусочная превратилась в чайную с молоком, а та — в магазин бижутерии, Чэнь Цючи заметил, что недавно помещение снова отремонтировали. Теперь здесь открылась розово-зефирная кондитерская. У входа красовались столики и стулья, формой напоминающие макаруны, а вдоль фасада тянулся аккуратный ряд гортензий — от интерьера до вывески веяло приторно-сладкими пастельными тонами.
Сначала все по привычке считали, что на Хэдуне никакой бизнес долго не протянет, и сколько ни вкладывай в ремонт, толку не будет. Однако две сестры, открывшие дело на паях, казалось, были полны оптимизма. Во время ремонта они каждый день носили соседям пирожные, извиняясь за шум и намекая на возможное сотрудничество в будущем, когда заведение откроется. Чэнь Цючи тогда свое согласие дал.
В этот пополудни он устроился в кресле-качалке у окна на втором этаже и тискал кошку. Хуцзы разлеглась у него на коленях, свернувшись причудливой буквой S — донельзя манерная и изнеженная.
Наверх поднялся Юй Лихан и протянул стакан.
— С каких это пор ты начинаешь пить средь бела дня? — спросил Чэнь Цючи, принимая стакан.
— Новинка от бармена. Мятно-черничный ром, летний спецвыпуск, называется «Лазурный лед».
От первого глотка прохладной голубоватой жидкости Чэнь Цючи даже вздрогнул: — М-да, бодрит.
Юй Лихан прислонился к оконному косяку, завязав ленивую беседу, на которую Чэнь Цючи отзывался лишь изредка, явно витая где-то далеко. Его взгляд был прикован к улице внизу, где Не Сяо с папкой в руках что-то увлеченно объяснял владелицам кондитерской.
Чэнь Цючи обратил внимание на его рубашку. Хотя на нем по-прежнему была форменная одежда, ее явно ушили по фигуре — теперь она сидела как влитая, подчеркивая гордую осанку мужчины. Стояла сильная жара, рукава были закатаны до локтей, обнажая руки. Сам он выглядел свежо и аккуратно. Разговаривая с девушками, Не Сяо вел себя вежливо и безупречно, держался на положенном расстоянии и производил впечатление человека с прекрасными манерами. Чэнь Цючи относился к нему вполне благосклонно, во многом потому, что именно этого человека он видел первым каждое утро, открывая глаза и раздвигая шторы.
Рабочий стол Не Сяо стоял у окна. Трудился он сосредоточенно, без суеты. Если же они случайно сталкивались на улице, полицейский непременно приветливо улыбался. Он был настолько жизнерадостным, словно весеннее утро, и казалось, что работа и быт никогда не в тягость этому человеку, который каждую секунду словно заново перезагруженный компьютер, на фоне которого сам Чэнь Цючи казался себе заспанным и бледным подобием живого существа.
В этот момент к Не Сяо обратились за дорогой несколько туристов. Полицейский перевел взгляд на противоположный берег реки, указал рукой направление к гостевым домам, а затем, случайно встретившись взглядом с самим Чэнь Цючи, легко взмахнул рукой и тепло улыбнулся. Чэнь Цючи ответил кивком и улыбкой, хотя в глубине души чувствовал, что его улыбка получилась куда менее красивой и слегка натянутой.
И тут кошка на его коленях неожиданно вскочила, тряхнула головой и сиганула со второго этажа прямо на маркизу, оттуда — на землю, пустилась в бегу через мостик и ласково потерлась о ногу Не Сяо. Не Сяо подхватил ее одной рукой и усадил себе на плечо так непринужденно и ловко, словно с рождения был ее законным хозяином.
Чэнь Цючи перевел взгляд с кошки на Юй Лихана и с обреченным видом вымолвил: — И это… по-твоему нормально?!
— Она же кошка.
— И что с того, что кошка?
— Любит красавчиков.
— Тц! Раз ее так тянет в ту сторону, пора отправлять ее сдавать экзамен на госслужбу!
Юй Лихан рассмеялся, проследив за его взглядом, и поинтересовался: — Слушай, я еще в тот день хотел спросить. Когда я заикнулся о том, чтобы ввести десерты, ты отмахнулся, сказав, что лишняя возня ни к чему. Так почему же, когда хозяйка кондитерской пришла предложить сотрудничество, ты согласился с таким энтузиазмом?
— Да потому что все вы твердили, будто у них вкусно.
— Да ладно тебе, вкусных тортов везде навалом. Ты часом не… положил на нее глаз?
— С каких это пор нормальный бизнес стал ассоциироваться у тебя с такой пошлятиной?
— Ой, брось, можешь не признаваться. Но вообще-то девчонки классные: приветливые, щедрые, хваткие.
— Тут не поспоришь. Глядя, как они с самого начала ремонта крутились без продыху, я и сам подумал, что энергии у них хоть отбавляй.
— В начале у всех энтузиазма навалом.
— Нет, ты знаешь, что они обе обошли пешком и Ваннань, и Ванбэй? Не только к нам заглядывали — во все рестораны и кафе заходили, очень активно. Сразу видно людей, способных довести дело до конца.
— Ну, это да. Я иногда открываю телефон — и вечно натыкаюсь на их фотографии в ленте, выкладывают их с завидным постоянством.
— Я даже втайне восхищаюсь ими: носятся с утра до ночи и при этом такие довольные. Начни я так пахать — давно бы сдох от усталости.
— Просто у тебя психология наемного работника.
— А разве мы не наемные работники?
— Эй, Чэнь Цючи, какого черта ты вечно забываешь, что ты здесь босс!
С самого начала ремонта кондитерской Юй Кай постоянно бегал туда помогать — таскал тяжести, а порой отнимал работу даже у профессиональных строителей. Чем больше он трудился, тем больше пирожных ему перепадало, и тем счастливее он становился, неизменно устремляясь с полным брюхом на другой берег реки. Знакомые подшучивали над ним, не влюбился ли он часом, а Юй Кай лишь простодушно улыбался в ответ под всеобщий веселый смех.
http://bllate.org/book/36916/4593601
Готово:
