Взгляд Сун Ханьмина стал ледяным. Он наклонился, осторожно провел рукой по глазам Сяо Фэна и пробормотал:
— Именно эти глаза... Чистые, ясные, испуганные, точь-в-точь как у маленького зверька, точь-в-точь как у него...
Сяо Фэн не понимал, кого стоявший перед ним мужчина называет словом «он». Инстинктивно съежившись, он с некоторой боязнью посмотрел на Сун Ханьмина.
Управляющий Вэнь подошел, заслонил собой Сяо Фэна и мягко с улыбкой произвел:
— Правый премьер-министр, высокородный Сяо Фэн опоздает в школу.
Сун Ханьмин прищурился, некоторое время разглядывал управляющего Вэня, а затем с улыбкой достал золотые карманные часы, которые носил при себе, вложил их в руку Сяо Фэна и сказал:
— Это мой подарок при первой встрече для высокородного Сяо Фэна.
Сказав это, Сун Ханьмин повернулся и зашагал прочь.
Управляющий Вэнь посмотрел вслед Сун Ханьмину и в недоумении нахмурился: что это с правым премьер-министром? Он действительно подарил высокородному Сяо Фэну карманные часы, которые носил при себе целых одиннадцать лет... Совершенно невозможно его разгадать...
Сун Ханьмин вышел из Императорского дворца. В саду его ждала Хань Ноюнь: красивая светская львица, с изысканным макияжем и в фирменном платье, она поспешно шагнула вперед, опустила голову и произвела:
— Дядя, доброе утро. Я забронировала отдельный кабинет в вашей любимой кофейне.
— Мм, Ноюнь, ты очень рассудительна, — тихо произнес Сун Ханьмин.
Дядя редко хвалил ее. В улыбке Хань Ноюнь промелькнула радость, и она торопливо заговорила:
— Дядя ведь встретился с приемным сыном Лу Цзыюня? Быть может, чтобы расправиться с Лу Цзыюнем, мы можем начать с него?
— Нет, — холодно ответил Сун Ханьмин.
— А? — Хань Ноюнь остолбенела.
Сун Ханьмин повернул голову, и в его красивых, утонченных глазах мелькнуло подобие убийственного намерения:
— Не трогай этого ребенка.
Хань Ноюнь замерла на месте.
Сун Ханьмин пошел вперед, а в уголках его губ застыла горькая, самоироничная и безрадостная улыбка. Даже после того как тот человек предал его, он не мог забыть его... А тот ребенок — его глаза просто похожи, только и всего, но он тут же отдал ему золотые часы, которые так долго носил с собой...
Сун Ханьмин вспомнил слова отца перед смертью: тот человек в конце концов станет его слабостью.
Но ему не нужна слабость. Сун Ханьмин поднял голову, и его взгляд снова стал ледяным. Пожалуй, то, что тот человек ушел, было к лучшему.
Удлиненный лимузин плавно остановился у входа в Бэйчэнский университет. Едва машина замерла, журналисты бросились вперед, уставив объективы прямо на стекла. Лу Цзыюнь никогда прежде не видел ничего подобного и машинально ухватился за руку Ло Тинмяо.
Телохранители вышли из машины и оттеснили возбужденную прессу. Дверь открылась, и Ло Тинмяо с Лу Цзыюнем выбрались наружу.
В ушах стоял сплошной треск фотоаппаратов. Нога Лу Цзыюня была повреждена, он хромал, поэтому Ло Тинмяо просто взял его на руки и широким шагом направился к школьным воротам.
— Вау! — раздался завистливый возглас девушек, столпившихся у входа.
Они думали, что таинственный кронпринц — страшный урод, но не ожидали, что он окажется таким красавцем. Почему они оба студенты, а Лу Цзыюню так повезло?
Лу Цзыюнь смотрел на профиль Ло Тинмяо, и его щеки и уши начали гореть. Ло Тинмяо внес Лу Цзыюня на территорию университета, затем опустил на землю, легко поцеловал в лоб и произвел:
— Вечером я заеду за тобой, моя императорская супруга.
— А-а-а! — девушки снова издали завистливые и ревнивые крики.
Под жадными, похожими на голодных волков взглядами восторженных поклонниц кронпринц сел в машину, и лимузин плавно тронулся с места. Лу Цзыюнь наконец с облегчением выдохнул. Стоило ему оказаться вдали от Ло Тинмяо, как его сердцебиение приходило в норму — что за странной болезнью он в конце концов страдал?
Добросердечный и послушный парень с тревожным вздохом медленно побрел к учебному корпусу.
Глава 24. Сюй Хуаньшэнь
Лу Цзыюнь вошел в аудиторию, и в большой комнате моментально стихло. Все как по команде уставились на Лу Цзыюня. Чувствуя себя не в своей тарелке, он опустил голову и быстро зашагал вперед. Заметив, что его соседи по общежитию сидят у окна, староста комнаты Му Хань изо всех сил замахал ему рукой.
Лу Цзыюнь облегченно вздохнул и, не поднимая глаз, поспешил к своим соседям. Вдруг он обо что-то ударился, пошатнулся, отступил на пару шагов назад и, подняв голову, увидел высокого и привлекательного юношу. В отличие от остальных студентов, одетых в непринужденном повседневном стиле, этот парень был облачен в идеально сшитый черный костюм, а его волосы были аккуратно зачесаны.
Лу Цзыюнь знал его. Его звали Сюй Хуаньшэнь, он был студентом третьего курса инженерного факультета и знаменитостью Бэйчэнского университета. Он не только отлично выглядел и хорошо учился, но и, как и сам Лу Цзыюнь, ежегодно получал стипендию. Правда, материальное положение Сюй Хуаньшэня было куда лучше: он приходился племянником графу Су.
Сюй Хуаньшэнь протянул руку, поддержал Лу Цзыюня и улыбнулся ему:
— Ты в порядке?
Лу Цзыюнь остолбенел. Сюй Хуаньшэнь всегда держался с ним холодно и высокомерно, с чего вдруг сегодня такая любезность?
— Я в порядке, спасибо... — тихо произнес Лу Цзыюнь.
— Ой, старшекурсник, у тебя нога повреждена, — громко произнес Сюй Хуаньшэнь.
Ему что, послышалось? Сюй Хуаньшэнь назвал его старшекурсником? Лу Цзыюня пробила дрожь, и он ответил:
— Я... я в порядке.
Прихрамывая, он дошел до окна, опустился на место рядом со старостой Му Ханем и перевел дух.
Му Хань толкнул его локтем и с улыбкой произнес:
— Побывал императорской супругой — и сразу другой человек. Даже молодой господин Сюй, у которого вечно нос заранен кверху, с тобой так вежлив.
Лу Цзыюнь беспомощно и горько усмехнулся.
Сюй Хуаньшэнь подошел к своему ряду, повернулся и бросил на Лу Цзыюня многозначительный взгляд.
Худощавый и высокий сосед Лу Цзыюня по комнате, Ши Юйчэн, обнял его за плечи и произнес:
— Неплохо, неплохо, конспирация на высшем уровне! Ты знаешь, что у нас чуть челюсти от удивления не отвалились, когда мы увидели новости? Кто бы мог подумать, Цзыюнь, что ты столько лет был возлюбленным кронпринца, да вы еще и пожениться собрались...
Другой сосед, Ли Цьюнь в толстых очках, оторвался от книги и с улыбкой произнес:
— Это называется: дуракам везет.
Правда ли? Неужели дуракам везет? Лу Цзыюнь горько усмехнулся: разве это можно назвать везением?
Весь этот день Лу Цзыюнь чувствовал себя обезьяной в зоопарке — куда бы он ни направился, на него все глазели... К счастью, он уже учился на четвертом курсе, профильных пар было немного, и в три часа дня он поспешно вышел из ворот университета. Управляющий Вэнь обещал ждать его на дороге за пределами кампуса, так что лучше было поскорее вернуться в Императорский дворец...
— Ай!
Лу Цзыюнь врезался в чью-то спину, схватился за лоб, поднял голову и в изумлении произнес:
— Снова ты?!
Сюй Хуаньшэнь обернулся и улыбнулся Лу Цзыюню:
— Старшекурсник, это ты сегодня...
http://bllate.org/book/36830/4583347
Готово:
