Бессонные ночи давно стали нормой для многих жителей современных мегаполисов. Кто-то засиживается за работой, а кто-то просто не может оторваться от экранов смартфонов.
Дун Чжао принадлежал ко второй категории — типичный ночной полуночник.
В ту ночь он до двух часов утра упоенно резался в мобильную игру, и лишь когда сокомандники один за другим вышли из сети, с неохотой закрыл приложение. Но сон так и не пришёл. Зарывшись поглубже в тёплое одеяло, Дун Чжао привычно зашёл в Синьбо — взглянуть перед сном на свежие горячие тренды.
Однако первый же заголовок в списке популярных тем заставил его буквально подскочить на кровати и грязно выругаться:
— Поганая помойка, чтоб ты сдохла! Совсем ошалели!
На самой верхней строчке горячего рейтинга красовался хэштег: `#ГунЮньцзи_МастерМетафизики#`.
Дун Чжао закипел от праведного гнева:
«Какое-то шарлатанское суеверие вылезло в топ! Эта паршивая соцсеть ради бабла готова на любую дичь, вообще стыд потеряли!»
Ткнув пальцем в экран, он вознамерился ворваться в комментарии и выплеснуть на афериста весь свой накопившийся яд.
Но когда тема открылась, и он увидел, что источником новости выступает не какой-нибудь желтушный паблик, а официальный канал Хайчэнского телевидения, Дун Чжао — уроженец Хайчэна — чуть не захлебнулся от возмущения.
Он с детства любил передачи городского телеканала. Даже выросши и устроившись на работу, продолжал смотреть их репортажи. В его представлении Хайчэнское ТВ всегда оставалось редким оплотом честной журналистики: новости подавались объективно, без дешевой погони за кликбейтом.
И тут — такое. Розовые очки, через которые он смотрел на любимый канал, разлетелись в мелкую пыль.
И всё же, преодолевая глубокое разочарование, Дун Чжао нажал на воспроизведение. Очень уж хотелось посмотреть, какую ахинею на этот раз состряпали телевизионщики.
На экране офицер полиции Ян Чэн и корреспондентка Сюй Я подошли к молодому человеку. Дун Чжао лишь скептически фыркнул:
— Хм, а шарлатан-то вполне ничего так. Симпатичный.
Он всё ещё был на сто процентов уверен, что перед ним обычный мошенник.
Когда Гун Юньцзи будничным тоном предупредил полицейского о грядущем кровавом бедствии, Дун Чжао лишь ехидно усмехнулся:
«Тоже мне, откровение! В наше мирное время полиция — работа повышенного риска. При выезде на вызов царапину получить — дело нехитрое...»
Договорить он не успел. В следующий миг с балкона прямо перед полицейским грохнулась тяжёлая кружка.
— Твою мать! — от неожиданности вырвалось у Дун Чжао.
Чтобы добавить сюжету зрелищности, Сюй Я сняла разлетевшиеся по асфальту острые стеклянные осколки крупным планом.
Дун Чжао вылез из-под одеяла и сел на кровати, не спуская глаз с экрана. Спесь с него как рукой сняло.
«Серьёзно? Он угадал? И ведь реально сказал сделать всего два шага назад — и этого хватило?!»
По мере того как видео продолжалось, Дун Чжао превратился в живой репродуктор, способный выдавать лишь одно-единственное слово: «Офигеть».
А уж когда Гун Юньцзи закончил гадание для маленькой Лулу и дяди Жуань Хао, зритель окончательно проникся глубочайшим почтением к загадочному мастеру, попутно сгорая от лютой зависти к невероятной удаче Жуань Хао.
— Этот дядька ещё до рождения выкрутил удачу на максимум? — пробормотал Дун Чжао, качая головой.
И он был далеко не единственным, кто пришёл к такому выводу. Сеть буквально взорвалась:
«Утираю слезы зависти... Мы вроде оба люди, но почему мне так не везёт?!»
«Молчи уже! Я о таком даже во сне мечтать не смею!»
«Это не просто фарт, этот дядька — настоящий перерожденный владыка удачи! Два раза за жизнь попасть под снос дома и получить компенсацию — да у него же врожденный бафф на миллионы!»
«Прильну к источнику космической благодати дяди Жуаня, авось и я скоро разбогатею!»
«И я прильну! Пусть Всевышний пошлет мне работу, где много платят и ничего делать не надо!»
***
Впрочем, пользователей интернета восхитила не только баснословная удача Жуань Хао. Реакция его супруги, узнавшей о потере пяти миллионов юаней, мгновенно разошлась на цитаты.
«Я устал завидовать. Когда же я смогу с таким же легким сердцем бросить фразу: "Деньги — дело наживное, старые уйдут — новые придут"?»
«Эх, хорошо быть богатым... Меня вот развели на пятьсот юаней за фальшивый отзыв, так я неделю плакал!»
«Ничего не знаю, богиня, я твой навеки!»
Народное творчество подхватило крылатую фразу супруги Жуань Хао, и она быстро превратилась в вирусный мем:
«Девочки, не зацикливайтесь на одном мужике! Мужчины — народ такой: старый уйдет — новый придет!»
«Решено! Завтра же бросаю заявление на стол моему жадному боссу. В конце концов, начальник — дело наживное: старый уйдет — новый придет!»
«Это знак свыше! Акции — штука переменчивая: старые уйдут — новые придут. Завтра на открытии биржи скину всё к чертям!»
«Раз уж все избавляются от лишнего, я тоже отпишусь от своего кумира. Пробился в топы и сразу зазвездился, уже среди фанаток себе девиц выбирает. В общем, кумиров на свете много, не этот — так другой. Старый уйдет — новый придет!»
***
За считанные часы фразочка завоевала весь интернет. Ей находили применение абсолютно в любой жизненной ситуации.
Параллельно в родительских чатах разгорелось бурное обсуждение школьницы Лулу, потерявшей летнее домашнее задание.
Кто-то из родителей скинул отрывок передачи в группу, и полуночники тут же активизировались:
«А девчушке-то реально повезло, ха-ха-ха! А то ведь готовые тетради фиг найдешь. Кому вообще придет в голову искать домашку в собачьей будке?»
«Моему мелкому такие проблемы не грозят. Он с самого начала каникул портфель даже не расстёгивал!»
«Моя дочка точно такая же. Я уже прямо вижу, как в ночь перед первым сентября она будет выть в три ручья и умолять всю семью делать уроки за неё!»
«Ха-ха-ха, знакомо! У нас прошлым летом именно так и было!»
«Эх, и как только родители воспитали такую дисциплинированную девочку? Была бы у моего внука хоть половина её сознательности, я бы так не седел...»
«Опять завидуем чужим идеальным детям!»
***
И миллионер- «оухан» Жуань Хао, и трудолюбивая школьница Лулу стали главными героями ночных обсуждений. Но настоящей звездой, приковавшей к себе внимание миллионов, бесспорно, стал Гун Юньцзи, продемонстрировавший поразительные способности к метафизике.
«Кто-нибудь знает, откуда этот красавчик? Хочу погадать у него на любовную судьбу!»
«И мне дайте контакты! Родня замучила с женитьбой, хочу узнать у мастера Гуна, когда встречу свою суженую!»
«Девочки, да хватит прикрываться гаданием! Ваши корыстные замыслы слышно даже на другом конце света!»
«Вообще-то я парень...»
«... Ничего себе. Вот уж поистине — сразил наповал и девушек, и парней!»
«Да ладно вам, я стопроцентный гетеро, но ради такого красавчика... хе-хе, я бы подумал!»
«Ну с его-то внешностью не мудрено, но чтоб натуралы так быстро сдавали позиции — это реально мощно!»
«Мда, папарацци у нас совсем обленились! Столько времени прошло, а я до сих пор знаю только его имя! Даю вам три секунды — хочу, чтобы этот мужчина лежал в моей постели!»
«Ха-ха-ха, ночь на дворе, иди спи, во сне и не такое увидишь!»
***
Пока рядовые пользователи строили гипотезы, журналисты крупных СМИ и авторы развлекательных каналов из кожи вон лезли, пытаясь раскопать хоть какую-то информацию о Гун Юньцзи. Каждый мечтал первым урвать кусок от его внезапной славы.
Однако, сколько бы они ни рыли, выйти хоть на какой-нибудь след так и не удалось.
Один из папарацци в сердцах сругался при коллегах:
— Он что, блин, с неба свалился, как Сестрица Линь?!
Бедолага даже не подозревал, что его сказанная в сердцах глупость оказалась чистейшей правдой.
Несмотря на то что Гун Юньцзи за одну ночь стал сенсацией, никто так и не узнал, что Гун Ваньсун тоже находился в том полицейском участке.
Когда Гун Юньцзи упомянул о личных делах, Сюй Я проявила редкую профессиональную чуткость и убрала камеру в сторону. К тому же Гун Ваньсун был в маске, так что его никто не опознал.
***
Ночь пролетела мгновенно.
Когда первые лучи утреннего солнца проникли сквозь окно комнаты, Гун Юньцзи, медитировавший всё это время, медленно открыл глаза.
Для практика его уровня не составляло труда слышать всё, что происходило в жилом комплексе. Ругательства Сун Го за дверью, разумеется, тоже не укрылись от его слуха.
— Ты, дубина, запомнил, что я тебе говорил?! — брызгал слюной агент. — Когда съемочная группа начнет прямой эфир, ты прямо на камеру заявляешь, что не имеешь к Гун Ваньсуну никакого отношения! Скажешь, что он нанял тебя за деньги, чтобы изображать брата!
На лице Фэн Сюхуэя, которого обозвали дубиной, не отразилось и тени обиды. Он лишь упорно посмотрел на Сун Го:
— Пятьдесят тысяч... вы ведь отдадите их, правда?
При упоминании денег Сун Го скривился от отвращения:
— Вот же нищеброд! Подумаешь, пятьдесят тысяч, что ты к ним прицепился?!
Фэн Сюхуэй ничего не ответил, продолжая молча смотреть на него.
Под этим пристальным взглядом Сун Го стало не по себе. Он раздраженно взмахнул рукой:
— Отдам, отдам, не ссы! Сделай всё как надо — и получишь свои гроши!
Фэн Сюхуэй опустил голову. В его глазах мелькнула глубокая вина перед Гун Ваньсуном.
Сун Го подвёл парня к квартире и нажал на кнопку звонка.
Хотя вчера Гун Ваньсун наотрез отказался от участия в шоу «Брат на своем месте», агент не принял его слова всерьёз.
Он был уверен: стоит съемочной группе появиться на пороге с включенными камерами, как Гун Ваньсуну ничего не останется, кроме как подчиниться. Ведь если он откажется сниматься, в сети его тут же смешают с грязью, обвинив в звёздной болезни и заносчивости.
Если Ваньсон не хочет окончательно загубить свою репутацию, ему придется с засученными рукавами шагнуть прямо в приготовленную для него ловушку.
Сун Го предвкушал куш. Лю Вэнь обещал за эту услугу не только переманить его на высокую зарплату в развлекательную компанию семьи Лю, но и дать руководящую должность. От этих мыслей агент буквально лучился самодовольством.
Видя, что после первого звонка дверь не открылась, Сун Го потерял терпение. Он стал остервенело колотить по кнопке, наполняя трезвоном весь этаж.
Агент уже занёс кулак, чтобы выбить дверь, как она резко распахнулась.
Не успев разглядеть того, кто стоял на пороге, Сун Го с ходу забормотал:
— Гун Ваньсун, ты что, оглох?! Не слышишь, что я тут...
Слова застряли у него в горле.
Лицо Гун Юньцзи, открывшего дверь, остекленело от такого хамства. В его глазах застыл такой ледяной холод, что, казалось, сам воздух в коридоре подмёрз.
Маленькое Небесное Дао в нефритовом пространстве шокированно ахнуло:
«Этот идиот совсем жить перехотел?!»
Только закончив орать, Сун Го сообразил, что перед ним вовсе не Гун Ваньсон.
На секунду он опешил от поразительной, холодной красоты незнакомца, но тут же вновь насупился:
— Ты ещё кто такой? Ты что делаешь в его квартире?
Сун Го не видел ночных трендов и не заходил с утра в Синьбо, а потому понятия не имел, кто перед ним.
— Юньцзи, зайди внутрь! Я сам всё улажу! — выскочил в прихожую Гун Ваньсун, тяжело дыша.
Он спал очень крепко и проснулся только от бешеного трезвона. Из-за внезапно появившегося старшего брата он долго крутился ночью без сна и заснул только под утро.
Увидев Гун Ваньсуна, Сун Го потерял всякий интерес к незнакомцу и привычным властным тоном приказал:
— Гун Ваньсун, живо иди переодевайся! Скоро девять. Мне только что звонили из съёмочной группы, они уже подходят к дому для прямого эфира.
С этими словами он вытолкнул вперёд молчаливого Фэн Сюхуэя:
— Вот актёр, которого я тебе нашёл. Когда включат камеры, представишь его как своего брата.
Гун Юньцзи медленно перевел взгляд на Ваньсуна.
Чувствуя на себе этот тяжелый, изучающий взор, Ваньсон занервничал и поспешил откреститься:
— Это его личная самодеятельность! Я ни на что не соглашался!
— Да что ты перед ним распинаешься?! — рявкнул Сун Го. — Пошёл быстро одеваться, кому говорю!
— Ты что, глухой? Тебе же сказали — он отказался!
Гун Юньцзи посмотрел на агента. Его взгляд был острым и холодным, словно лезвие боевого клинка.
Сун Го невольно вздрогнул. Осознав, как позорно струсил под этим взором, он окончательно вышел из себя:
— Я уже обо всём договорился с продюсерами! Они вывесили список гостей в сеть! Хочет Гун Ваньсун или нет, а сниматься сегодня БУДЕТ!
Ваньсон уже собрался с духом, чтобы послать заносчивого агента куда подальше, как вдруг в кармане приведённого им парня оглушительно зазвонил телефон.
Сун Го, и без того кипевший от злости, моментально сорвался на Фэн Сюхуэя:
— Да что б тебя! Выключи немедленно эту дрянь!
От резкого крика Фэн Сюхуэй сжал кулаки. Но, вспомнив о матери, лежащей в больнице и ждущей денег на операцию, медленно разжал пальцы. Он полез в карман, собираясь сбросить вызов.
Оглядев лицо парня, Гун Юньцзи неожиданно произнес:
— Если не хочешь потом локти кусать всю оставшуюся жизнь, советую ответить.
Фэн Сюхуэй замер. Он растерянно поднял глаза на Гун Юньцзи.
Звонок продолжал настойчиво дребезжать.
— Не слушай ты этого шизофреника! — рявкнул Сун Го. — Отклони вызов, башка уже трещит!
Фэн Сюхуэй колебался.
Гун Ваньсун, успевший оценить невероятные способности своего новоявленного брата, понимал: Гун Юньцзи никогда не бросает слов на ветер.
— Ответь, — поддержал он. — И не слушай этого гада. У него изо рта только дрянь всякая валится.
Услышав такое в свой адрес, Сун Го побурел от ярости. Но не успел он раскрыть рот для бранного ответа, как Гун Юньцзи спокойно добавил, обращаясь к Фэн Сюхуэю:
— Поспешишь сейчас — ещё успеешь застать её живой.
Судя по физиономии парня, его мать держалась из последних сил, цепляясь за жизнь лишь ради того, чтобы увидеть сына в последний раз.
Фэн Сюхуэй мгновенно побледнел как полотно:
— Вы... вы про мою маму?!
Гун Юньцзи кивнул.
Теперь Фэн Сюхуэю было плевать на все угрозы агента. Достав орущий телефон, он дрожащими пальцами смахнул клавишу ответа.
Из динамика вырвался взволнованный и громкий голос медсестры:
— Фэн Сюхуэй! Срочно дуй в больницу! Матери резко стало хуже, её забрали в реанимацию!
Голос из трубки звучал настолько громко, что его отчетливо услышали и Гун Ваньсун, и Сун Го.
Лицо агента изменилось. Он с изумлением уставился на Гун Юньцзи, вспомнив его слова, сказанные секундой ранее. В глазах Сун Го мгновенно вспыхнули расчетливость и подозрение.
Завершив звонок, Фэн Сюхуэй уже не думал ни о каких съемках. Он развернулся и бросился к лифтам. Однако, сделав пару шагов, словно что-то вспомнил, резко замер и повернулся к Гун Ваньсуну:
— Будь осторожен с этим типом! Он обещал мне пятьдесят тысяч, если я в середине прямого эфира на всю страну заявлю, что я никакой не твой брат, а обычный нищий актер, которого ты нанял для шоу!
«Дзинь!»
Двери лифта плавно разъехались.
Съёмочная группа проекта «Брат на своем месте», только что поднявшаяся на этаж, никак не ожидала, что прямо с порога их встретит настолько сочный и грязный компромат.
У режиссера и операторов синхронно загорелись глаза. Сенсация сама приплыла к ним в руки!
http://bllate.org/book/36827/4647885
Готово:
