Его взгляд скользнул по кровавым следам на пальцах Шу Юя, оставленным рукоятью меча: Больно?
Нефритовая Кукла едва заметно покачала головой, выражение его лица оставалось бесстрастным.
В последние дни его постоянно поднимали до рассвета ради тренировок с мечом, а в остальное время заставляли корпеть над учебными материалами в Обители Учеников — действительно, нелегкое испытание. Однако Се Вэйлоу должен был как можно быстрее передать ему все свои знания.
Накинув на плечи мягкие белые одежды, Се Вэйлоу не стал выходить, а направился к кушетке у Нефритового Пруда.
Ткань халата свободно ниспадала с его тела, а еще влажные волосы, не успевшие до конца высохнуть, разметались по спине, слегка колыхаясь при каждом шаге.
Шу Юй услышал его голос: Налей мне вина.
Шу Юй перевел взгляд на ряды полок неподалеку. На одной из них, предназначенной для винной утвари, на самом верху стоял хрустальный сосуд, доверху наполненный алой жидкостью.
Он взял сосуд и, опустившись на колени перед небольшим столиком у кушетки, медленно наполнил кубок.
Вино, напоминавшее по виду языки пламени с жемчужным отливом, слегка колыхалось в чаше, распространяя дурманящий аромат. Оно было точно таким же, какое Се Вэйлоу пил во Дворце Сияния Луны. Опустив ресницы, Шу Юй протянул хрустальный кубок хозяину.
Се Вэйлоу принял бокал с чересчур ярким напитком и слегка покрутил его в пальцах. Вино завращалось, образуя изящный водоворот. Затем он поднес кубок к губам, и жидкость скользнула в его горло.
Шу Юй застыл сбоку, послушно опустив взгляд, не шевелясь.
Се Вэйлоу поставил пустой кубок на столик: Возвращайся во Дворец Сияния Луны.
Шу Юй коротко кивнул и, повинуясь приказу, развернулся. Его подошвы беззвучно касались гладкого белого нефрита пола, лишь изредка издавая легкий ритмичный шорох.
Не дойдя пяти шагов до выхода, он замедлил шаг. Затем остановился и медленно обернулся в сторону Се Вэйлоу.
Лишенный эмоций взгляд Нефритовой Куклы устремился на лицо человека, лежащего на кушетке. Тот, кто еще мгновение назад смотрел с ясным взором, за столь короткое время уже успел закрыть глаза, а его дыхание стало ровным и тихим.
Шу Юй смотрел на него, не мигая. Хозяин снова уснул.
Шу Юй перевел взор на хрустальный кубок, небрежно оставленный Се Вэйлоу на столике. Теперь по его прозрачным стенкам расплывался легкий розоватый налет, подобный туману, а в воздухе застыл густой, терпкий винный аромат.
За последние несколько месяцев каждый раз, когда хозяин выпивал эту ярко-алую жидкость, он погружался в сон. Похоже, это был единственный способ добиться глубокого забвения.
В такие моменты послушная Нефритовая Кукла обычно сидела рядом, не двигаясь, и неотрывно наблюдала за ним — точно так же, как и в те дни, когда сам он был лишь камнем. Он про себя отсчитывал время: если сон был коротким — уходило несколько часов, если долгим — почти сутки.
Взгляд Шу Юя скользнул с лица, наполовину укрытого прядями черных волос, вниз, к слегка распахнувшемуся вороту одежды.
В такие моменты хозяин казался совсем другим, нежели днем. Распущенные длинные волосы разметались по белоснежному шелку, изящная линия плеч и шеи лишь слегка прикрывалась свободными одеждами, а грудь мерно вздымалась при дыхании.
В эту минуту он бессознательно сбрасывал с себя всю остроту и гордость, присущие ему в часы бодрствования, обнажая свое истинное «я» без всякой защиты. И лишь он один во всем мире видел его таким.
Шу Юй осторожно подошел ближе и опустился на колени у самого края нефритовой платформы. Он протянул руку, чтобы расправить подол своего черного халата, следя за тем, чтобы ткань не коснулась белоснежных одежд, свисающих с кушетки.
Затем он поднял голову и, не мигая, уставился на того, кто спал перед ним.
В тишине Нефритового Пруда слышалось лишь редкое кап-кап падающих неподалеку капель воды да тихое, размеренное дыхание спящего.
Вдруг в сознании прозвучал девичий голос: Шу Юй.
Это была Мяо Инь. Эту технику передачи голоса с помощью духовного чувства Шу Юй освоил совсем недавно; хотя сам он не мог ответить, он был способен слышать послания других.
После этой ночи наступит пятнадцатое число. Я оставила вещи у входа во Дворец Сияния Луны, не забудь до темноты отнести их на заднюю гору. Глава павильона Синь Лань будет ждать тебя там, как и в прошлый раз.
Она повторила: Помни, ты должен успеть до восхода луны.
Шу Юй медленно моргнул. Он знал, о чем говорит Мяо Инь. Хозяин прежде наказывал, что за день до пятнадцатого числа каждого месяца он должен наполнить хрустальный флакон его кровью и доставить к Пагоде Подавления Демонов на задней горе.
Мяо Инь принесла серебряное блюдо, на котором лежал крошечный хрустальный флакон и серебряный кинжал, словно выкованный из лунного света.
Забрав вещи, Шу Юй подошел к кушетке. Опустившись на одно колено, он осторожно потянул за рукав одежды, свисавший с края. Как он и ожидал, спящий не подал ни малейшего признака пробуждения.
[Если я забуду или буду спать, просто приходи и возьми кровь сам.]
Шу Юй уставился на руку, покоящуюся на кушетке; она была спрятана под белоснежным рукавом, и лишь кончики пальцев виднелись снаружи. Он склонил голову и подобрал с подноса серебряный кинжал. Свободной рукой он аккуратно приподнял рукав спящего.
Кинжал блеснул холодным светом в полумраке, и острое серебряное лезвие полоснуло по запястью, испещренному следами от прежних порезов. Стоило лезвию коснуться кожи, как в воздухе разлился аромат, еще более пьянящий, чем вино в хрустальном кубке.
Рука Шу Юя, державшая нож, дрогнула.
Цепочка алых капель крови, сверкая в лучах света, рассыпалась по белоснежному ковру, подобно распускающимся бутонам на чистейшем снегу. Он поспешно закрыл флакон, вернул его на поднос и отвел взгляд, заставляя себя не смотреть на продолжающую сочиться кровь.
Хозяин обладает телом бессмертного, рана затянется сама через мгновение... Ему достаточно просто уйти с подносом...
Шу Юй прекрасно понимал, что должен делать, но этот красный цвет словно обладал непреодолимой магией, притягивая его взгляд.
Человек на кушетке полулежал, отвернувшись к стене, черные волосы, словно шелк, свисали вниз, прикрывая его профиль. Кровь расползалась по белому рукаву, отчего рука казалась еще бледнее.
Взор Шу Юя невольно застыл на запястье. Капля крови, оставшаяся после того, как рана начала затягиваться, скользнула по коже и замерла на краю, подобно красной жемчужине, готовой вот-вот упасть в пыль.
В тот момент, когда сознание вернулось к нему, звук легкого столкновения керамики о дерево нарушил тишину покоев. Хоть звук был тихим, в пустом зале он прозвучал отчетливо.
Не в силах совладать с собой, он поднялся и, подойдя к кушетке, тяжело опустился на колени. Он стоял, наклонившись вперед, а бледные пальцы, с такой силой вцепившиеся в полы одежды, лишились крови. Его черные, лишенные блеска глаза не моргали ни на секунду.
Сквозь слой ткани он медленно опустил голову.
Кончик языка мягко скользнул по неровным следам от лезвия, аромат и тактильное ощущение переплелись, растекаясь по духовному сознанию. Сердце забилось, словно безумно колотящийся барабан, отчего в ушах стоял гул.
Шу Юй низко склонил голову, позволяя необычайно душистому аромату стекать в горло, превращаясь в электрический разряд, мгновенно пронзивший все тело и стимулирующий каждую жилку.
Жажда, исходящая из глубин самой души, неистово рычала и рвалась наружу, всеми силами атакуя его рассудок и требуя еще большего.
На лице Шу Юя проступил легкий красный оттенок.
Спустя долгое время он медленно поднял опущенную голову, благоговейно взирая на спящего перед ним человека. Алая точка на его лбу стала еще ярче, словно пульсирующее пламя.
Глава 15
Се Вэйлоу спал глубоко, и когда он проснулся, в комнате стоял полумрак.
Нить холодного лунного света просочилась сквозь щели оконных рам и, словно серебряная вуаль, легла на край кушетки. Се Вэйлоу приподнялся. В тишине пустых покоев отчетливо раздавался лишь далекий звук журчащего источника. Он взглянул на пятна засохшей крови на ковре у своих ног, а затем поднял руку.
Полная луна пятнадцатого числа тихо висела над Дворцом Сияния Луны, заливая его серебряную крышу ясным и чистым светом. Лунный свет струился, подобно ртути, проникая в каждый уголок дворца, окутывая все покоем и тишиной.
Се Вэйлоу опустил руку и встал, как вдруг в запястье пронзила странная боль.
Он слегка нахмурился и толкнул дверь дворца.
Прохладный ночной ветер взъерошил его волосы. Он слегка прищурился: аромат Шу Юя, едва уловимый, носился в воздухе, словно невидимая нить, державшая его сердце и душу.
В теле этой куклы текла его кровь, поэтому, где бы тот ни находился, он всегда мог точно определить его местоположение.
Сейчас Шу Юй должен был быть у Пагоды Подавления Демонов, передавая вещи Синь Лань для укрепления Массива Подавления Демонов Тайцин. Но аура Синь Лань уже исчезла — что же он делает там один?
— Сегодня ты тоже потрудился на славу.
Синь Лань наблюдала за тем, как золотые нити вновь оплетали древнюю башню, а затем обернулась к Нефритовой Кукле, что стоял позади с невозмутимым лицом: — Время позднее, у меня есть дела, я пойду первой. Ты тоже возвращайся к Преподобному Владыке как можно скорее.
Шу Юй кивнул.
Синь Лань сжала талисман, позволяющий сокращать расстояние, и в мгновение ока исчезла.
В каждую пятнадцатую ночь полнолуния на Горе Линцзин становилось особенно холодно. Яркая полная луна высоко висела в ночном небе, но свет ее был пропитан морозной стужей.
Подул ночной ветер, зашуршали листья, и деревья вокруг, освещенные луной, отбрасывали на землю причудливые тени.
Шу Юй развернулся, намереваясь уйти, как вдруг земля под ногами содрогнулась. Он опустил голову и тут же понял: этот звук, как и в самый первый его приход сюда, доносился из древней башни позади.
http://bllate.org/book/36818/4582123
Готово:
