Чжан Сяокай взвыл от боли:
— Исправил, исправил, сейчас же пойду переоденусь — ау!
Глядя на то, как его давний друг расстается с последними крошками самоуважения, Чэнь Фэй невольно вздохнул. Когда-то ведь и Чжан Сяокай был горячим парнем, способным без лишних раздумий врезать любому, с чего это он вдруг превратился в такое? Подумав об этом, он перевел взгляд на Синсин.
Поонаблюдав за ней с полминуты, Чэнь Фэй покачал головой. На всякого мудреца довольно простоты, а крутого всегда может задавить еще более крутой. Причем в буквальном смысле, со всех сторон.
Синсин почувствовала на себе чей-то взгляд, резко обернулась, свирепо зыркнула на Чэнь Фэя, а затем отвесила Чжан Сяокаю еще один подзатыльник и отчетливо произнесла:
— Если бы я не следила за тобой каждый день, ты бы стал вторым Чэнь Фэем.
Чэнь Фэй почувствовал себя ущемленным: он же просто сидел здесь и даже слова не сказал, а на него уже вылили ушат помоев. Чем это я плох? — подумал он. — Сам поел — и вся семья сыта. Жизнь настолько тихая и блаженная, насколько это вообще возможно, с какой стати мне искать кого-то, кто будет портить мне нервы?
Поразмыслив об этом, его ущемленное сердце вновь наполнилось радостью.
……
В половине десятого вечера Чжан Сяокай появился на главной улице переулка Бэйцзяо, зажав в руке несколько билетов в кино. Он поднял их повыше, прищурился в свете уличного фонаря, любовно оглядел сокровища, прочистил горло и самодовольно завопил:
— Братья и сестры, братец Кай велет вас в Серебряную Луну в кино!
Голос донесся до места раньше, чем он сам.
Серебряная Луна — единственный кинотеатр в этом маленьком городке. Открывшись в апреле, он пользовался бешеной популярностью, и достать билеты было целой проблемой.
Чэнь Фэй, который как раз подметал улицу, услышав это, вытаращил глаза, швырнул метлу на землю и кинулся открывать дверь перед Чжан Сяокаем. Синсин, заметив это, швырнула тряпку прямо Чэнь Фэю в лицо со словами:
— Никакого достоинства!
Чэнь Фэй был заядлым киноманом. Кроме повседневных расходов, заставить потратиться этого скупердяя, трясущегося над каждой копейкой, мог только видеопрокат.
Чэнь Фэй перехватил билеты из рук Чжан Сяокая и, разобрав название на карточках, едва не растянул рот до ушей:
— Титаник! Где ты их раздобыл?
— Твой братец Кай красив лицом и везде имеет свои ходы, — Чжан Сяокай поиграл бровями перед Чэнь Фэем и самодовольно изрек: — Разумеется, всё благодаря личному обаянию!
— Обаянию? Какому еще обаянию? — Синсин прищурилась, скрестила руки на груди, задрала подбородок и в упор уставилась на Чжан Сяокая.
Чжан Сяокай отступил на шаг назад и виновато хихикнул:
— Завтра в три часа дня ждите меня… нас у входа в кинотеатр.
Словно что-то почуяв, Чжан Сяокай не стал дожидаться реакции Чэнь Фэя и бросился бежать со всех ног. Синсин не пожелала отставать, подняла с земли метлу и бросилась в погоню.
Слушая доносившиеся с улицы знакомые вопли, Чэнь Фэй бережно убрал билеты в карман и запер дверь магазина. Снаружи раздался очередной истошный крик, он пожал плечами и выключил свет внутри.
Неужели это и есть то самое, о чем говорил Чжан Сяокай — пусть больно, зато счастливо? Нет уж, пожалуй, обойдемся, от ударов черенком по спине больновато.
…… ……
Лю Цзы протянул несколько билетов в кино Лю Ло. Тот взял их, бегло взглянул и положил на столик рядом, собираясь уже сказать: завтра магазин закрыт на один день, но вместо этого раздался оглушительный чих:
— Апчхи!
Дремавший в стороне Ванван вздрогнул, резко вскочил, но, увидев затуманенными глазами, как Лю Ло вытирает нос, молча усел обратно.
— Сяо Ци-гэ, ты простудился?
Лю Ло потер зудящий нос:
— Похоже на то.
Лю Цзы по привычке порылся в шкафчике, отыскал порошок от простуды, развел его до нужной температуры и протянул Лю Ло:
— В последнее время погода неустойчивая, одевайся теплее.
Лекарство предназначалось Лю Ло, а слова адресовались Ванвану, одетому в одну лишь майку.
— Моя бабушка говорила: чем больше мерзнешь, тем крепче здоровье и закаленнее тело, — пренебрежительно фыркнул Ванван.
— Чушь!
Бац — дверь комнаты захлопнулась.
Ванван на мгновение завис. Долго и мучительно пытаясь вспомнить, что именно за чушь и какая такая чушь, он почувствовал, как гнев ударил ему в самую макушку, запрыгал на одной ноге и, тыча пальцем в закрытую дверь, завопил:
— Вечно изъясняется так, что никто не понимает! Только и делает, что выпендривается, умник наш нашелся!
Сяо Ци-гэ, скажи, я прав или нет?
Лю Ло пару раз кашлянул и глухим голосом произнес:
— Сяо Ци-гэ считает, что тебя нужно наказать: заставить написать иероглифы чушь и вздор сто раз.
…………
Чэнь Фэй заранее ждал у входа в кинотеатр, шаря глазами по снующим туда-сюда толпам. Заметив что-то, он сменил выражение ожидания на панику. Чэнь Фэй торопливо отвел взгляд, отвернулся, закрыл глаза и похлопал себя по груди.
Он меня не видит, он меня не видит, он меня не видит…
Побормотав так с минуту и решив, что те двое уже наверняка зашли внутрь, он с облегчением выдохнул, повернулся обратно и продолжил ждать Чжан Сяокая с подругой.
— Привет! — Лю Ло стоял примерно в метре от него. Увидев, что парень повернулся, он сразу замахал рукой и улыбнулся.
Увидел.
Он меня увидел?
Он меня увидел!
Чэнь Фэй с деревянной мимикой натянул на лицо улыбку, которую счел естественной, и замахал рукой, в точности как фарфоровый кот на входе:
— Приветик…
В тот раз, когда Чэнь Фэй в панике улепетывал из книжного магазина Лю Ло, выскочившая из ниоткуда Дикая Кошка так напугала его, что он грохнулся на землю вместе с велосипедом. По сей день боль от встречи рта с матушкой-землей отдавалась в памяти. Вспомнив об этом, Чэнь Фэй нервно прикусил верхнюю губу.
Лю Ло заметил каждую перемену на его лице.
Он потряс билетами и спросил Чэнь Фэя:
— Кино пришел посмотреть?
— … — промолчал Чэнь Фэй.
Ванван же, заприметив этого парня, почувствовал, как смутная злость закипает в самой макушке. Он подошел к Чэнь Фэю вплотную и пнул его по голени.
— Чертов гей… Тьфу, паршивец, оглох что ли? Не слышишь, Сяо Ци-гэ с тобой разговаривает!
Лицо Чэнь Фэя искривилось. Он опустил голову, потирая ушибленную ногу, и свирепо зыркнул на Ванвана.
Смеет на меня пялиться? Сегодня я точно задам ему перцу! Чтобы держался от Сяо Ци-гэ подальше! И вообще глаза б мои его не видели!
С этими мыслями Ванван замахнулся и пнул снова:
— Ай! — Ванван потерял равновесие, оступился, схватился за задницу и обиженно повернулся: — Сяо Ци-гэ, за что ты меня пнул?
— А ты за что его пнул? — в ответ спросил Лю Ло.
— Я… да он… — Ванван разинул рот, безуспешно пытаясь подобрать слова, а затем выдал: — Да у него злые умыслы!
Выпалив это, он обиженно шмыгнул носом и убежал внутрь кинотеатра.
Лю Цзы перевел глаза с одного на другого и молча последовал за ними. Про себя он подумал: Сяо Ци был прав, этот малец и впрямь абсолютно лишен сообразительности.
http://bllate.org/book/36806/4580419
Готово:
