Готовый перевод The Fake Young Master is a Dumb Beauty / Фальшивый наследник: Прекрасный глупыш: Глава 9

Гу Юаньи скривил губы, это выглядело довольно нелепо, но вслух он лишь произнес: — В конце концов, вы всегда защищали Чжоу-чжоу.

Лю Чуньмэй пристально посмотрела на Гу Юаньи и лишь спустя долгое время отвела взгляд: — Ты действительно очень похож характером на моего сына, все вы, молодые люди, такие, а вот Чжоу-чжоу на вас совсем не похож. — Её покрытая морщинами рука бережно погладила Се Юньчжоу по голове, а второй рукой она покачивала веер из рогоза, излучая умиротворение.

Хотя можно было просто включить кондиционер, пожилая женщина все равно попросила полотенце, смочила его и положила Се Юньчжоу на голову, а заодно достала из своей комнаты веер и принялась неторопливо обмахивать его.

Было в ней какое-то ощущение оторванности от здешней обстановки.

Она тихо вздохнула и продолжила: — Тогда ты, наверное, знаешь, что семья Се поднялась благодаря трудам моего сына, Чжицяна, и остальных. Наша семья поначалу вовсе не была богатой или знатной.

Гу Юаньи невозмутимо кивнул: — Я навел справки перед тем, как приехать.

Он держался прямо и просто признал, что всё выяснил. Лю Чуньмэй не рассердилась, услышав это, и даже легко усмехнулась: — Ты действительно пойдешь в их породу из семьи Се, однако похоже, что семья биологических родителей Чжоу-чжоу тоже непростая.

— Так вот, на самом деле мне здесь не особо уютно, и даже до рождения Чжоу-чжоу мы почти не общались. Когда Чжицян разбогател, он лишь перестроил маленький глинобитный дом на родине в двухэтажный особняк и каждый месяц присылал мне деньги на расходы. Я совсем не ощущала, что сын зарабатывает кучу денег, и тогда по-прежнему продолжала работать в поле в деревне.

Она ласково улыбнулась, и по её мозолистым рукам нетрудно было догадаться, через какие бури ей довелось пройти в прошлом: — А потом родился Чжоу-чжоу. Когда он впервые приехал сюда малышом, то стал постоянно капризничать и проситься обратно, он ведь думал, что копаться в земле — это такое развлечение...

Лю Чуньмэй покачала головой: — Позже я перестала работать в поле и принялась учиться разводить цветы. Раньше я не видела ничего постыдного в том, чтобы трудиться на земле, но Чжоу-чжоу заявил, что хочет ковыряться в грязи вместе со мной, и испачкался с ног до головы, и тогда я поняла, что земледелие для него действительно не совсем подходит.

Гу Юаньи не знал, что именно тогда произошло, но, судя по выражению лица старушки, случилось что-то не очень хорошее.

Лю Чуньмэй вовсе не собиралась вызывать жалость и быстро перевернула страницу: — В общем, в то время мы уже не жили за счет земледелия. А чуть позже его дедушка ушел из жизни. Я думала, что жить одной дома вполне неплохо, но никак не ожидала, что Чжоу-чжоу будет то и дело навещать меня и звать жить в город.

Гу Юаньи уловил суть и озадаченно спросил: — Вы тогда всё еще жили в деревне?

Лю Чуньмэй слегка кивнула, а в уголках её губ затаилась улыбка: — Сяо Гу, можешь звать меня бабушкой вслед за Чжоу-чжоу, не нужно этих официальных обращений, я не привыкла.

— И тем не менее, расстояние огромное. Ума не приложу, откуда у него бралось столько упорства.

Теперь Гу Юаньи понял, почему бабушка так выделяла Се Юньчжоу. Если бы кто-то вот так относился к нему самому...

Он не стал развивать эту мысль, ведь, в конце концов, это были всего лишь его фантазии. Лю Чуньмэй продолжила: — Ты и представить себе не можешь, каким очаровательным был Чжоу-чжоу в детстве. Честно говоря, даже если бы он не был моим родным внуком, я всё равно признала бы его своим внуком.

— Так что если... если я вернусь в деревню и перестану во всё это вмешиваться, то пусть будет так. Лишь бы только не уничтожали Се Юньчжоу.

Хотя Гу Юаньи сохранял бесстрастное выражение лица, он очень серьезно кивнул: — Этого не будет. Я просто хочу найти своих биологических родителей, а не устраивать здесь войну на уничтожение.

Сказав это, он невольно бросил взгляд на мужчину на кровати и вдруг поймал себя на мысли — а не мерещится ли ему? Уши Се Юньчжоу были совершенно красными. В голове Гу Юаньи зародилась одна догадка.

А Лю Чуньмэй вспомнила ту недавнюю сцену: мужчина нес на руках хрупкого парня, прижимая к груди, и с тревожным видом смотрел на неё: — Он вдруг потерял сознание!

Поначалу Лю Чуньмэй даже немного растерялась и едва ли не заподозрила неладное в их отношениях, но, поняв, что на руке у мужчины лежит именно Се Юньчжоу, перестала ломать голову над всякими глупостями.

Вспомнив тот момент, она тихо улыбнулась: — Просто не ожидала, что вы с Чжоу-чжоу будете так близки. Вы и правда познакомились только что?

Гу Юаньи издал неопределенное угу, и Лю Чуньмэй беспомощно вздохнула: — Но я слышала, что вы учитесь в одном университете. Надеюсь, вы сможете ладить друг с другом. Впрочем, в любом случае я собиралась...

Она не успела договорить, как у лежавшего на кровати Се Юньчжоу задрожали ресницы, и он забормотал в полусне: — Ма... мама?

Лю Чуньмэй терпеливо пояснила: — Мама с остальными ушли.

Се Юньчжоу приоткрыл глаза, словно наконец разглядев того, кто стоял перед ним, и неуверенно позвал: — Бабушка...?

Лю Чуньмэй радостно отозвалась и, не дожидаясь вопросов, сразу же выпалила: — Ах ты, почему у тебя здоровье такое слабое? Побывал в оранжерее на солнышке и сразу получил тепловой удар. На улице ведь еще даже не потеплело.

Можно сказать, даже было очень холодно.

Но никто никак не ожидал, что Се Юньчжоу вдруг упадет в оброк. Правда, личный врач позже осмотрел его и сказал, что сказались также низкое содержание сахара в крови и пониженное давление.

Се Юньчжоу смущенно улыбнулся, позволяя бабушке ворковать над ним и даже изредка поддакивая: — Я знаю, бабушка.

— Можешь не волноваться.

— Бабушка ведь всё равно будет со мной рядом, вот и проследишь за мной.

Глядя на постепенно приходящего в себя и уже начинающего пользоваться всеобщим баловством Се Юньчжоу, Гу Юаньи на мгновение почувствовал легкое сожаление, но задерживаться здесь дольше он не собирался. Гу Юаньи поднялся на ноги: — Тогда я пойду. Простите, мне следовало заметить недомогание раньше.

Се Юньчжоу не стал его удерживать. До него только задним числом дошло присутствие Гу Юаньи, и он с покрасневшим лицом отмахнулся, словно прогоняя: — Иди уже, всё в порядке, это не твоя вина.

Се Юньчжоу думал, что тот просто молча уйдет, но Гу Юаньи, задержавшись на месте, вдруг изогнул губы в улыбке и бросил: — Тогда спасибо старшему брату.

От этого лицо Се Юньчжоу покраснело окончательно — то ли от стыда, то ли от злости. На беду, бабушка всё еще сидела рядом с самым доброжелательным видом и приговаривала: — Как хорошо вы ладите, Чжоу-чжоу в детстве всё просил родить ему младшего братика.

Пользуясь тем, что бабушка отвернулась собирать вещи, Гу Юаньи беззвучно, одними губами произнес: [Старший брат Чжоу-чжоу], вывалив прямо в лицо Се Юньчжоу два самых смущающих его слова. Тот покраснел еще сильнее, но из-за присутствия бабушки ничего не мог поделать, оставалось лишь стиснуть зубы и провожать взглядом удаляющегося Гу Юаньи. В конце концов, им еще предстоит жить под одной крышей, так что всё впереди!

Он быстро успокоил себя и перевел взгляд на бабушку: — Бабушка, ты... — и тут же сообразил, что чуть не проговорился. Он же всё это время притворялся спящим, разве этот вопрос не выдал бы его с головой!

Се Юньчжоу на мгновение замолчал, а затем постарался максимально небрежно бросить: — Бабушка, мне тут приснилось, будто ты говоришь, что снова собираешься уехать в деревню?

Лицо Лю Чуньмэй выразило легкое замешательство, она приоткрыла рот, собираясь ответить, как вдруг из коридора донесся чей-то громкий окрик: — Как ты смеешь красть вещи молодого господина!

Не то чтобы у того человека был слишком громкий голос, просто гостевая спальня, где он сейчас лежал, находилась как раз по соседству с комнатой Гу Юаньи. Судя по всему, кричали прямо у дверей Гу Юаньи, поэтому звук отчетливо эхом разнесся поблизости.

Се Юньчжоу не смог продолжить расспросы. Хотя он не слишком умел разбираться в чужих настроениях, этот окрик мгновенно напомнил ему о недавнем разговоре с Гу Юаньи. Неужели речь шла о той самой одежде?!

Он торопливо приподнялся на кровати. Бабушка протянула руку, пытаясь поддержать его, но Се Юньчжоу уже выпрямился: — Бабушка, со мной всё в порядке, я пойду взгляну, что там у дверей.

Лю Чуньмэй не стала удерживать внука и лишь молча последовала за ним. И действительно, всё происходило прямо у порога комнаты Гу Юаньи, а в руках у того слуги красовались до боли знакомые вещи.

Заметив безмолвный, полный недоумения взгляд Гу Юаньи, а также вспомнив собственные недавние самоуверенные заявления, Се Юньчжоу виновато кашлянул. При звуке этого кашля слуга, пикировавшийся с Гу Юаньи, тут же обернулся к ним. Не зная, на кого именно обрушить жалобы, он с обиженным видом выпалил: — Молодой господин! Этот человек украл ваши вещи!

Гу Юаньи своими персиковыми глазами немигающе смотрел на Се Юньчжоу. Тот инстинктивно выпрямил спину и торопливо затараторил: — Нет-нет...

Однако он не успел договорить, как Сяо Ван перебил его: — Молодой господин, когда вас обижают, нужно сразу говорить нам!

Се Юньчжоу попытался было вставить еще слово, но Гу Юаньи со скучающим видом протянул руку — ему явно надоело объяснять всё заново — и лишь бросил: — А где этот Сяо Чэн?

Спина слуги мгновенно выпрямилась, и он холодно усмехнулся: — Ты и правда с ним в сговоре! Вот откуда ты знаешь про тайный проход в семью Се. Говорю тебе, раз уж ты попался мне, отделаться не получится!

Гу Юаньи улыбнулся. В этой улыбке читалось искреннее недоумение: неужели люди бывают настолько глупы? — Отделаться от чего?

Мужчина принялся нести чушь: — Конечно же от кражи документов семьи Се и издевательств над молодым господином... Погодите-ка, мало ли какие пакости ты замышляешь, откуда мне знать!

Се Юньчжоу чувствовал себя совершенно беспомощно. Он полагал, что мама уже поставила в известность всю прислугу, но совершенно забыл про реакцию работников в оранжерее: судя по всему, матушка поведала о подлинном положении дел только Сяо Чану, тогда как остальные довольствовались какими-то своими домыслами.

Не давая Гу Юаньи продолжать оправдываться под перекрестным допросом, Се Юньчжоу взял инициативу на себя: — Сяо Ван, это мой младший брат, мама только что признала его.

Тот самый парень, который еще недавно уверял, что они незнакомы, теперь так же открыто заявлял об их родстве.

Лицо Сяо Вана заметно окаменело. Се Юньчжоу подошел ближе и продолжил объяснять: — А та одежда... я сам случайно оставил её там, ты его просто не так понял.

— И вообще, он надо мной не издевался.

Сяо Ван окончательно потерял дар речи. Побуровив взглядом обоих парней еще пару секунд, он выдавил из себя: — Простите, я виноват, — и стремглав умчался прочь. Бабушка тоже не стала задерживаться: с лучезарной улыбкой пообещав спуститься вниз и приготовить для Се Юньчжоу что-нибудь попить, она тоже ушла. В коридоре остались только Гу Юаньи и Се Юньчжоу.

После небольшой паузы Се Юньчжоу первым нарушил тишину: — В любом случае... спасибо, что донес меня до комнаты.

Гу Юаньи охотно принял благодарность: — Не за что. Кстати, у этого Сяо Чана со всеми остальными плохие отношения?

— Или же...

Се Юньчжоу на мгновение замолчал и тяжело вздохнул: — Где люди, там и интриги, тем более ты и сам заметил, кого мама ценит больше.

http://bllate.org/book/36746/4571455