Готовый перевод The Immortal Lord Demolished My Strategy System / Бессмертный владыка снёс мою систему соблазнения: Глава 8

— Кхе! — Помимо этого возгласа, никто ничего не ответил, а вокруг лишь раздался чередующийся хор насмешливых смешков, словно над ним издевались за непомерную дерзость.

Пункт назначения был уже прямо перед глазами, но лодки, чтобы переправиться туда, не нашлось. Му Юньсянь занервничал и затупал ногами. Чу Цинай тоже не знал, что делать, и, сжав зубы, неожиданно выпалил:

— Жди здесь, я отправлюсь на мечах разведать обстановку!

— На мечах? — Му Юньсянь серьезно обдумал это предложение и здраво рассудил: — Бесполезно. В открытом море слишком сильный ветер и волны, ты ни за что не сможешь добраться туда в одиночку, полагаясь лишь на меч. Случись что, игра не стоила бы свеч.

[Случись что, прохождение стольких уже выполненных им заданий окажется проваленным. Тогда ладно еще получить наказание, но начинать всё сначала — это же до смерти утомительно!]

— Не попробуешь — не узнаешь? — решимость Чу Цинай не убавилась. — Я буду действовать осторожно. Если и впрямь ничего не выйдет, я сразу же вернусь...

Му Юньсянь собирался было снова возразить, как вдруг заметил, что Чу Цинай резко замер и уставился на горную дорогу, по которой они только что пришли.

Му Юньсянь оглянулся и увидел перед глазами огромный конный отряд из доброго десятка лошадей!

Лицо Чу Цинай исказилось от крайнего изумления, и он недоверчиво произнес:

— Во главе этого отряда Тань Ань? А рядом с ним... почему это выглядит так, будто Цин Инь?!

— А? — Му Юньсянь опешил. — Да ну, быть того не может... Ой!

Он не успел договорить, как Чу Цинай прижал его за загривок и резко согнул пополам.

— Ты что творишь?! — возмутился Му Юньсянь.

Однако он тут же заметил тень, которая, словно пушечное ядро, вылетела у него из-за спины и прямо-таки влетела в объятия к Чу Цинай.

Если бы тот случайно не наклонился, под удар угодил бы его собственный затылок.

Му Юньсянь со страхом похлопал себя по груди и присмотрелся: тенью оказалась пухлая маленькая птичка. Сплошь нежно-зеленая, с ярким румянцем на каждой щечке, пушистая и кругленькая — просто прелесть.

Впрочем, птичка, казалось, пылала жаждой выплеснуть накопившуюся злость. Запрыгнув на плечо Чу Цинай, она вытянула шею и попыталась клюнуть его в волосы.

Чу Цинай несколько раз безуспешно пытался ее остановить, пока наконец не помрачнел и мрачно не бросил:

— Клюнешь еще хоть раз — выдерну одно перо. Посмотрим, у тебя ли перьев больше, или у меня волос.

Птица тут же испуганно замолчала, перевела взгляд на Му Юньсяня и неожиданно запрыгнула к нему на плечо, решив, раз уж тот мягкотел, сменить объект для нападения.

— Хочешь узнать, каково это — быть оплетенным паутиной? — Му Юньсянь ничуть не испугался, достал Цяньсы и дружелюбно произнес: — Стоит тебе хоть чуть-чуть пошевелиться, как этот мой паук туго-натуго опутает тебя нитями и превратится в кокон...

— Пи-пи-пи! — Птичка бросилась наутек и, возмущенно вереща, полетела в сторону конного отряда.

Мгновение спустя отряд остановился рядом с ними. Впереди всех действительно оказался Тань Ань, а прямо возле него шагала девушка в синих одеждах с серебряным мечом за спиной.

— Д-даос Чу! — Тань Ань соскочил с лошади и радостно воскликнул: — Я ведь не ошибся!

Девушка тоже спрыгнула с коня и, вся в дорожной пыли, выпалила:

— Старший брат! Куда это ты снова собрался за моей спиной?!

Му Юньсянь внимательно посмотрел на нее и понял, что перед ним совсем юная девушка лет пятнадцати-шестнадцати, с прямой челкой и пучками волос по бокам; нефритовые украшения для волос в форме бамбуковых листьев звенели в такт ее бегу, издавая звонкий и веселый перезвон.

На висках у Чу Цинай отчетливо запульсировала жилка, и он процедил сквозь зубы вопрос:

— Молодой господин Тань, что здесь происходит?

Тань Ань даже не успел утереть пот со лба и, запыхавшись, принялся объяснять:

— Бессмертный владыка Чу, после того как вы с этим господином ушли, я отправился за лекарством. Кто же знал, что, едва переступив порог лечебницы, я услышу, как госпожа Мэн говорит, будто вы наверняка ее обманули, и собирается разыскать вас, чтобы во всем разобраться. Желая успокоить барышню и выручить уважаемых даосов, я и сказал ей, что вы только что одолжили двух коней и спешно уехали, и у вас наверняка есть какое-то срочное дело...

— ... — Чу Цинай поднял руку и потер переносицу, с раскаянием думая: — И надо же было забыть предупредить его.

— К счастью, он забыл предупредить! — перебила его Мэн Цинъинь. — По дороге сюда Тань Ань мне уже всё рассказал, так что, старший брат, ради чего вы вообще решили пойти на такой огромный риск и отправиться в те опасные воды?

Чу Цинай шевельнул губами, но не нашелся с ответом.

У Мэн Цинъинь помимо ее воли покраснели глаза, и она, срываясь на хрип, произнесла:

— Отец ранен, и ты хочешь пойти добыть для него лекарство, верно?

Вот оно что!

Только теперь Му Юньсянь сообразил: оказывается, эта девчонка — дочь главы секты!

Неужели Чу Цинай изо всех сил старался скрыть от нее правду, чтобы она не узнала о ранении главы!

Раз уж зашло до такого, скрывать дальше было явно бессмысленно. Чу Цинай вздохнул и беспомощно признал:

— Да... Но ты не переживай, я обязательно найду Бессмертное снадобье и спасенный учитель будет в полной безопасности.

Мэн Цинъинь сжала кулаки и твердо заявила:

— Я пойду с вами.

— Исключено! — без раздумий ответил Чу Цинай.

— Почему это исключено? — не согласилась Мэн Цинъинь. — Если ты можешь идти, почему я не могу?!

— Всё совсем иначе, — нахмурившись, серьезно произнес Чу Цинай. — Ты — единственная дочь учителя, и если с тобой что-то случится, то даже исцелившись, он едва ли сможет жить дальше. А у меня жизнь гроша ломаного не стоит, даже если я рискну ею, ничего страшного.

— Старший брат! — Мэн Цинъинь от злости топнула ногой. — Как это ничего страшного! Ты ведь тоже родной человек для меня и отца, если ты погибнешь, спасая отца, мы же сойдем с ума от горя!

В строгом взгляде бровей и глаз Чу Цинай мелькнуло тепло, но тут же исчезло. В конце концов, он так и не уступил и лишь холодно промолвил:

— Дело не в том, что я не хочу брать тебя с собой, просто я и сам пока не представляю, как отыскать те морские воды...

— А я знаю, — тут же перебила его Мэн Цинъинь, указывая на Тань Аня. — У его семьи есть лодка, и они согласны взять нас в плавание, поэтому я и попросила его сорваться с места и помчаться сюда, в Цзеши, чтобы догнать вас...

Оба всё еще продолжали спорить, и никто из них даже не заметил, как глаза Му Юньсяня слегка прищурились.

[Дочь главы секты — какая же восхитительная роль! Даже если потом выяснится, что миры-дубликаты не пересекаются и заставить Чу Цинай убить себя с помощью Божественного Владыки не удастся, всегда можно сказать Мэн Цинъинь, что существует шанс убить его ради появления Призрака обиды! Отец и дочь так привязаны друг к другу, она непременно заставит Чу Цинай обагрить руки в крови!]

— Двое уважаемых, — подал голос Му Юньсянь, изображая крайнюю беспристрастность, — позвольте мне сказать слово справедливости?

Все четыре глаза с надеждой устремились на него.

Му Юньсянь откашлялся и с серьезным видом произнес:

— Не говоря уже о том, что госпожа Мэн — дочь главы вашей славной секты и поиски лекарства для отца — ее священный долг. Но даже если бы простая девушка не преодолела тысячи ли ради этого, нельзя же лишать ее права проявить сыновнюю любовь.

— Отлично сказано! — тут же согласилась Мэн Цинъинь.

Лицо же Чу Цинай помрачнело так, словно перед бурей небо заволокло тучами. Он сверлил Му Юньсяня таким взглядом, будто готов был зашить ему рот суровой ниткой.

Му Юньсянь храбро выдержал этот взгляд и изобразил на лице невинность.

Пока они так стояли друг напротив друга, подоспели остальные силы Тань Аня.

Собралось около тридцати с лишним человек: невысокие ростом, все сплошь черные от круглогодичного загара. Даже под свободными одеждами у них угадывались мощные мускулистые руки — с первого взгляда было ясно, что они превосходно держатся на воде.

Похоже, в дороге им уже всё объяснили, и едва прибыв на берег, эти люди слаженно рассредоточились по своим местам: одни занимались якорями, другие поднимали паруса, действуя четко и организованно.

Вскоре всё было полностью готово.

Не давая Чу Цинай ни единого шанса на возражения, Мэн Цинъинь сорвалась с места и мигом взбежала на борт.

Чу Цинай тяжело вздохнул и сложил руки в приветственном жесте на прощанье.

Однако Тань Ань произнес:

— Даос Чу, у меня есть одна скромная просьба.

Чу Цинай тут же отозвался:

— Молодой господин Тань уже оказал нам огромную услугу, так что говорите о чем угодно, не стесняйтесь.

Тань Ань ответил:

— Я тоже хочу отправиться с вами.

— А? — удивился Му Юньсянь. — Тебе-то зачем туда ехать?

Чу Цинай тоже озадаченно спросил:

— Молодой господин Тань, это путешествие таит в себе немало опасностей, а дома вас ждет отец, о котором нужно заботиться...

Тут Му Юньсянь вспомнил, что у того дома тоже больной родитель, и поспешно добавил:

— Прости, молодой господин Тань, я запамятовал про недуг твоего отца. Лодка и люди принадлежат тебе, мы ими лишь пользуемся. Если ты хочешь поехать, то, разумеется, можешь присоединиться к нам. Мы же гости, с какой стати нам выгонять хозяина?

Однако Тань Ань покачал головой:

— Вы не так поняли, господин. Если бы дело было только в этом, я бы уже давно попробовал отправиться туда сам и не стал бы ждать сегодняшнего дня.

И то верно. Му Юньсянь удивился:

— Тогда в чем же дело?

Тань Ань понизил голос:

— Хоть эти люди и прекрасные пловцы, они преданы только мне. Если меня не будет на корабле, то в случае опасности им некому будет отдать приказ, и они, боюсь, растеряются и разбегутся кто куда.

А?!

Эти слова словно пелена с глаз упала.

Му Юньсянь наконец-то запоздало сообразил: если Божественный Владыка и впрямь уготовил в этих водах какую-то коварную ловушку, то с его нынешним смертным телом для благополучного преодоления пути ему обязательно нужен влиятельный покровитель под боком!

Очевидно, что Чу Цинай станет печься исключительно о своей младшей сестричке по секте, так что из всех возможных защитников у него оставался только этот самый молодой господин Тань!

При этой мысли Му Юньсянь поспешно закинул почти всю руку ему на плечо и тепло заговорил:

— Брат Тань, давай познакомимся официально, меня зовут Му Юньсянь! Можешь звать меня просто братом Му!

— Ха-ха, — Тань Ань никогда прежде не встречал столь фамильярных людей и смущенно рассмеялся. — Приветствую... брата Му.

Выражение лица Чу Цинай, которое только что слегка прояснилось от радости при виде найденного судна, мгновенно помрачнело. Его взгляд упал на руку Му Юньсяня, лежащую на плече Тань Аня, и стал непроницаемым.

Му Юньсянь, полностью поглощенный мыслями о своем будущем спасителе, оставил его гримасы без внимания и принялся расточать Тань Аню самые льстивые реверансы:

— Благородство брата Таня, его готовность отплатить за добро и истинно рыцарский дух просто приводят меня в неописуемый восторг! Если в предстоящем плавании и вправду стрясется какая беда, умоляю, брат Тань, не забудь вытащить из пучины и мою никчемную душонку!

Взгляд Тань Аня скользнул по пришвартованному у берега огромному судну, и он замялся, не договорив.

— Я всё понимаю, всё понимаю, — поспешно закивал Му Юньсянь, демонстрируя редкую проницательность. — Но раз с нами даос Чу, то ручаюсь: даже если вымрет весь корабль, безопасность госпожи Мэн будет вне всяких сомнений. Так что, умоляю, уделите каплю своего внимания и моей скромной персоне...

У Тань Аня мгновенно покраснели уши, и он в полном смятении забормотал:

— Что вы такое говорите, господин! Я... я ведь не стану из-за госпожи Мэн смотреть сквозь пальцы на остальных! П-пожалуйста, не беспокойтесь, я ко всем отношусь одинаково!

Му Юньсянь, конечно же, не поверил и лукаво приподнял брови с ухмылкой.

Тань Ань запаниковал настолько, что совершенно забыл, куда девать руки и ноги, и заикаясь произнес:

— Д-двое уважаемых, давайте... давайте подниматься на корабль?

Му Юньсянь громко рассмеялся.

http://bllate.org/book/36710/4566173