Помощник Сунь: «......» Директор Юэ, с чего это вы вдруг начали травить плоские шуточки?!
Раз уж босс отдал приказ, игнорировать его было нельзя, и он тут же помог генеральному директору Хэ подвинуть стул.
Хэ Цзиньчжоу села, и, увидев вблизи капельницу и пластырь на тыльной стороне ладони Юэ Яньси, невольно вспомнила свой недавний сон.
— Я знаю, что Цзиньчжоу не из тех, кто любит оставаться в долгу. Когда ты прибирала к рукам Корпорацию Хэ, я немало помогла, — этот голос вернул её в реальность.
Крах отца, тюремное заключение брата, перезапуск проектов компании.
На её пути к вершине она действительно была обязана многим этому человеку.
Хэ Цзиньчжоу: — Я сказала, что верну долг.
— Я не святая, которая делает добро и не оставляет имен. Естественно, справедливым будет равноценный обмен, — Юэ Яньси посмотрела на неё, и на её лишенных крови губах наконец промелькнула слабая улыбка, в глазах больше не было прежней мертвой глади. — В нынешнем состоянии мне, боюсь, даже искупаться трудно. Если Цзиньчжоу искренна, то должна сама предложить помочь мне обтереться.
Хэ Цзиньчжоу поджала губы — предвестник грядущего гнева.
Даже в такой ситуации она не забывала издеваться над людьми. Хэ Цзиньчжоу не могла понять, всерьез Юэ Яньси так переживает из-за своей неподвижности или притворяется.
— Что у меня может быть на уме, когда я смотрю на замужнюю женщину? Не надумывай лишнего, — в глазах Юэ Яньси не было и тени веселья. — Я просто не хочу, чтобы меня, как кусок свинины, ворочали незнакомцы, теряя остатки достоинства.
Можно ли снова использовать слово «близкие» в их отношениях?
— Я в долгу перед тобой, — Хэ Цзиньчжоу на мгновение запнулась, — но в этой просьбе я отказываю.
Юэ Яньси несколько секунд смотрела на неё, затем, не поморщившись, сорвала пластырь вместе с иглой с тыльной стороны ладони.
Опять выдернула!
Помощника Суня от одного вида пронзила фантомная боль, лицо его исказилось.
Хэ Цзиньчжоу нахмурилась: — Что ты творишь?
— Бессмысленно, — услышала она ответ Юэ Яньси. — Целыми днями только и делать, что лежать на кровати, пялиться в потолок, есть да справлять нужду — какая скука. Когда тебя, как вещь, перекладывают с боку на бок, когда ты ни жива ни мертва — зачем вообще нужны эти уколы? — Она перевела взгляд на пустые, безжизненные глаза Юэ Яньси, словно чувствуя ту же безысходность.
В этом противостоянии Хэ Цзиньчжоу сдалась: — Я выполню одно твоё условие, но и ты должна выполнить одно моё.
— Звучит так, будто я в проигрыше, — Юэ Яньси бросила на неё взгляд. — Говори первая.
— Возьми себя в руки и возвращайся в компанию. — Таково было условие Хэ Цзиньчжоу.
Пальцы Юэ Яньси поочередно постукивали по подлокотнику инвалидного кресла, словно она размышляла.
Неизвестность всегда мучительна, и каждая секунда тянется бесконечно долго.
***
— Ох, мой Директор Юэ, неужели вы так рады? Уже полдня уголки губ не опускаются! — помощник Сунь поднял глаза к небу. С виду такой мудрый и грозный босс, а на деле — дурак дураком!
— Ты что, ничего не понял? — Юэ Яньси бросила на него взгляд, полный пренебрежения.
— Понял, — помощник Сунь склонил голову набок. — Я понял, что вы совершенно потеряли всякую гордость!
— Условие, которое она со мной заключила, в любом случае не принесет ей никакой выгоды. Как думаешь, что это значит?
Помощник Сунь смотрел, как уголки губ босса, кажется, вот-вот улетят в другую галактику. Кто не знает, решил бы, что они уже перешли к решительным действиям!
Он пожал плечами и честно сказал: — Это значит, что у вас мозги отморожены, это ненормально.
Человек, который только что сидел, ссутулившись, в инвалидном кресле, уперся руками в подлокотники и ловко встал на ноги.
Юэ Яньси пересела в удобное кресло-качалку и элегантно закинула ногу на ногу: — Я больше не президент, зачем ты за мной таскаешься? Неужели еще рассчитываешь, что я буду тебе зарплату платить?
—...... — помощник Сунь закрыл рот и молча откатил инвалидное кресло в угол; меньше слов, больше дела.
Юэ Яньси прикрыла глаза, раскачиваясь из стороны в сторону: — Мне потребовались десятки лет, чтобы она меня запомнила. Неужели я могу быть такой жадной и надеяться, что она проникнется ко мне за один месяц? — Бледные кончики пальцев отбивали ритм по подлокотнику: так-так-так. — Счета в любви так не сводятся.
Глава 4
◎ Неужели в дезинфицирующий раствор добавили розмарин? ◎
Хэ Цзиньчжоу стояла за дверью палаты. Её настроение отличалось от того, что было в первый раз, но она по-прежнему не торопилась входить.
— «Согласна».
Это был ответ, который дала ей Юэ Яньси в прошлый раз, словно возвращение в компанию было чем-то крайне вынужденным и тягостным.
Будь на месте Юэ Яньси кто угодно другой, она бы с радостью приняла трофеи и не дала бы проигравшему шанса их вернуть — это по праву принадлежало ей.
Но Юэ Яньси добровольно отдала себя в руки Хэ Цзиньчжоу, без оглядки вручив ей всё на блюдечке. А теперь она пребывает в таком упадке, что в ней не осталось жизни, и это раздражает ещё больше, чем её прежнее торжество.
Встретив достойного соперника, обретаешь единомышленника. Хэ Цзиньчжоу никогда не скрывала своего восхищения Юэ Яньси, но у каждого в душе есть темная сторона: чем дольше длилась их борьба, тем сильнее ей хотелось увидеть, как Юэ Яньси окончательно сломается и будет молить о пощаде.
Но если этот человек не борется и не спорит, проявляя полное отсутствие воли, то как же реализовать это заветное желание?
Она открыла дверь и вошла. Юэ Яньси, полулежа в кровати, читала книгу. Она была такой тихой — тигр спрятал когти и превратился в домашнюю кошку.
В следующее мгновение она подняла голову и улыбнулась, хотя губы всё еще оставались бледными.
Неужели ей так нравится улыбаться? Была ли она такой раньше?
Хэ Цзиньчжоу не могла припомнить.
Она подошла к кровати: — Помощник Сунь сказал, что ты еще не ела.
— Ты даже принесла мне поесть? — в глазах Юэ Яньси промелькнуло удивление.
Хэ Цзиньчжоу установила на кровать маленький столик и открутила крышку термоса. Наружу вырвались жар и аромат: внутри лежали пельмени — один к одному, идеально слепленные, они послушно ждали, когда их съедят.
http://bllate.org/book/36672/4560005
Готово:
