Как только эти слова сорвались с губ, Вэнь Шуюань тут же перестала плакать и с улыбкой произнесла:
— Тогда ты можешь быть только моей девушкой.
Словосочетание «моей девушкой» прозвучало настолько горячо, что Цзян Ихань аж бросило в жар.
Она никогда бы не подумала, что такие простые два слова могут звучать так чарующе.
— Кем я сейчас работаю? — поспешно перевела тему Цзян Ихань.
— Писательницей, но иногда ты участвуешь в состязаниях.
— В состязаниях? — Цзян Ихань слегка нахмурилась. — В писательских конкурсах?
— Совсем нет. — Вэнь Шуюань бросила на нее взгляд. — В гонках на мотоциклах.
Произнося это, Вэнь Шуюань смотрела на Цзян Ихань с легким упреком во взгляде.
«?» Что я снова сделала не так? Подумаешь, приняла участие в мотогонках.
Заметив, что Цзян Ихань ничего не понимает, Вэнь Шуюань пояснила:
— В прошлый раз ты поехала на соревнования, в итоге сломала левую ногу, и заживало всё больше полугода.
Цзян Ихань автоматически ответила:
— Мотоциклы — это нормально, это же всё…
Фраза «мелочи жизни» еще не успела сорваться с губ, как ледяной взгляд Вэнь Шуюань заставил Цзян Ихань испуганно захлопнуть рот.
Почему она перед ней так пасует? Цзян Ихань могла задать этот вопрос только самой себе.
Разобравшись с профессией, Цзян Ихань продолжила расспросы:
— А ты знаешь мои… — но, не договорив, она снова замолчала.
Семнадцатилетняя Цзян Ихань вовсе не хотела, чтобы Вэнь Шуюань знала о том бардаке, что творился у нее дома.
Она не хотела, чтобы об этом знала семнадцатилетняя Вэнь Шуюань, и тем более не хотела, чтобы знала двадцатипятилетняя.
Та крошечная доля неуверенности в себе, что вечно таилась на самом дне ее сердца, снова дала о себе знать.
Как вообще такая, как она, смогла сойтись с Вэнь Шуюань?
В душе Цзян Ихань невольно возник этот вопрос.
Вопрос, стоило ему только всплыть, уже не хотел исчезать.
В конце концов Цзян Ихань решила задать другой.
— А кем ты сейчас работаешь?
Цзян Ихань вспомнила старшую школу: Вэнь Шуюань тогда всегда держалась особняком, говорила мало, и кроме пары дежурных фраз, брошенных ей каждый день, они практически не общались.
Как ни старалась Цзян Ихань, она никак не могла представить, кем станет такая Вэнь Шуюань, когда вырастет.
Унаследует ли она отцовскую компанию или пойдет учиться на дизайнера, как ее мать?
— Мангакой!
— Ого! — Цзян Ихань искренне удивилась. Она знала, что Вэнь Шуюань вечно что-то рисует, но никак не ожидала, что рисование станет ее настоящей профессией.
Заметив недоверчивое выражение на лице Цзян Ихань, Вэнь Шуюань спросила:
— А кем, по-твоему, я должна была работать?
— Ну… Либо пойти на дизайн, как твоя мама, либо занять отцовскую компанию.
Цзян Ихань почесала в затылке, высказав то, что действительно думала.
Услышав ее ответ, Вэнь Шуюань сморщила носик и фыркнула:
— И думать забуду о всяких компаниях, какая же это мука! Рисование приносит мне гораздо больше радости.
Не давая Цзян Ихань вставить ни слова, Вэнь Шуюань продолжила:
— Ой, кстати, не хочешь навестить бабушку?
Цзян Ихань всем телом заледенела и спросила:
— Где она?
— Бабушка теперь живет в квартире поблизости, которую ты для нее сняла. Ты сказала, что тебе неспокойно, когда пожилой человек живет так далеко, да еще и наняла сиделку, чтобы та за ней ухаживала.
Она еще вчера спрашивала, когда мы к ней заглянем. Наверное, бабушка по тебе соскучилась.
У тебя из родных-то осталась только она, давай сегодня съездим навестим ее. И в семнадцать лет, и в двадцать пять — ты ведь всё та же Цзян Ихань…
Вэнь Шуюань выпалаком вывалила столько слов, но Цзян Ихань чутко уловила самую важную для себя информацию.
Она не рассказала Вэнь Шуюань о своем реальном семейном положении.
Это заставило Цзян Ихань облегченно выдохнуть.
Хорошо хоть капелька былого достоинства осталась при ней.
Заметив, как Цзян Ихань с облегчением выдохнула, Вэнь Шуюань слегка недоуменно нахмурилась, но расспрашивать не стала.
Пока они разговаривали, Вэнь Шуюань уже убежала в гардеробную приводить себя в порядок.
Цзян Ихань сидела на краю кровати, погруженная в оцепенение.
Стоило проснуться — и у нее даром прибавилось целых восемь лет жизни, с чем она до сих пор не могла смириться.
Совершенно новая жизнь, новые знакомства… Как ни крути, сколь бы зрелой она ни казалась, в душе она оставалась всего лишь семнадцатилетней старшеклассницей.
— Эх. — Тяжело вздохнув, Цзян Ихань поднялась с постели и пошла умываться. Что ж, сегодня они поступят так, как предложила Вэнь Шуюань, — навестят бабушку.
Цзян Ихань действовала быстро: сполоснула лицо, почистила зубы — на всё про всё ушло минут десять.
Закончив со своими утренними процедурами, она вдруг вспомнила, что они обе еще не завтракали, и, немного поколебавшись, направилась на кухню.
Быстро сварив две порции лапши и расставив тарелки на столе, Цзян Ихань немного подумала и всё же постучала в дверь гардеробной.
— Эм… Вэнь Шуюань, я приготовила завтрак. Выходи перекусить, пока лапша не остыла.
— Иду! — раздался полный жизнерадостности голос, и в следующую секунду из комнаты показалась Вэнь Шуюань в платье.
На мгновение Цзян Ихань остолбенела.
В старшей школе все ходили в одинаковой форме — стандартной красно-белой, от которой в глазах рябило.
Но Вэнь Шуюань была другой. Школьная форма на ней словно обладала природным фильтром: сама по себе красавица, с прекрасными манерами, она была истинной богиней кампуса.
А двадцатипятилетняя Вэнь Шуюань, сбросив с себя юношескую угловатость и приобретя нотки зрелости, в длинном платье цвета слоновой кости казалась еще более нежной.
— Земля вызывает Цзян Ихань! — Вэнь Шуюань помахала рукой перед ее лицом, с полуулыбкой разглядывая девушку.
— А… — Цзян Ихань смущенно моргнула. — Пойдем завтракать.
С этими словами она торопливо ретировалась с места преступления.
Глядя на суетливую походку Цзян Ихань, Вэнь Шуюань тихонько рассмеялась.
Такой семнадцатилетнюю Цзян Ихань она по своим воспоминаниям совсем не помнила.
Та общалась с ней, но от этого общения неизменно веяло холодом; Вэнь Шуюань изо всех сил старалась сблизиться, но всё вечно шло наперекосяк.
http://bllate.org/book/36639/4556779
Готово:
