Ли Мухань натянул поверх школьной формы толстую ватную куртку, просунул руки в лямки рюкзака и, поднатужившись, подбросил его за спиной, чтобы тот устроился на плечах поудобнее.
За окном кружился мокрый снег, в подъезде завывал ледяной ветер, издавая зловещие звуки. В такую погоду о внешней привлекательности приходилось забыть, думая лишь о том, как бы не замёрзнуть.
Из-за слишком громоздкой одежды его короткие ручки топырились в стороны, делая мальчика похожим на пухлого и неуклюжего пингвина.
Ли Мухань подошел к входной двери и, приложив немало усилий, дотянулся до дверной ручки, которая находилась почти на одной высоте с ним, открывая тяжелую бронированную дверь.
— Подожди, Ханьхань, — из спальни вышла стройная женщина и вложила ему в руку зонт. Ли Юйлинь нежно погладила его по щеке и напутствовала: — Вечером после школы садись на автобус, выходи у Цзыюйфэнлинь, мама будет ждать тебя там. Не забудь.
Взломанный зонт-трость для взрослых казался в его руках огромным, словно он тащил с собой тесак, что выглядело крайне комично.
Ли Мухань кивнул. Стрелки настенных часов показывали время, несколько отличающееся от обычного часа его ухода, и школьный автобус вполне мог уже ждать внизу. Он заторопился.
С тех пор как он пошел в детский сад, он еще ни разу не заставлял дядю-водителя ждать себя — напротив, всегда приходил заранее, чтобы первыми встретить водителя и воспитательницу.
При этой мысли его короткие ножки задвигались еще быстрее, и он вприпрыжку побежал к выходу из жилого комплекса.
Сев в школьный автобус, он послушно поприветствовал учительницу, одноклассников и водителя, и только тогда у него выдалась свободная минутка, чтобы усесться на сиденье и вспомнить слова матери.
Сегодня вечером ему предстояло отправиться с мамой в самый роскошный жилой район города — Цзыюйфэнлинь, где жил дядя Цзян.
Он уже несколько раз видел дядю Цзяна и составил о нем весьма благоприятное впечатление: этот красивый мужчина дарил ему радиоуправляемую машинку и угощал стейками и пиццей. Мама сказала, что у дяди Цзяна есть сын, который учится в четвёртом классе начальной школы. Стоит только понравиться этому старшему брату и подружиться с ним, как дядя Цзян сможет стать его папой.
У всех остальных детей в группе были папы, и Ли Мухань тоже хотел себе папу.
Хотя ему всегда казалось, что чужие папы появляются на свет как-то иначе, сейчас его это мало волновало. Если дядя Цзян станет его папой, у него, наверное, будет много новых игрушек.
Стоило Ли Муханю лишь немного помечтать об этом, как он не удержался и тихонько захихикал.
Забыв обо всем из-за этой мысли, он весь день в детском саду просидел рассеянным: даже когда кто-то отобрал его любимый волчок, он никак не отреагировал, а когда его лучший друг Сун Цзе попытался с ним заговорить, он ничего не расслышал.
Наконец наступил конец занятий. Он первым запрыгнул в школьный автобус и радостно объявил учительнице, что сегодня не поедет домой, попросив высадить его у Цзыюйфэнлинь.
Мама не обманула ожиданий: едва Ли Мухань вышел из автобуса, как сразу заметил ее. На Ли Юйлинь было длинное розовое платье, а ее распущенные прямые волосы выглядели особенно нежно и мягко. Взяв его за руку, она ласково произнесла:
— Ханьхань, как нужно себя вести, когда придешь в гости к дяде?
— Быть вежливым!
— А еще?
— Не капризничать с едой! Соблюдать чистоту!
Задрав голову, он посмотрел на маму звонким и громким голосом.
Ли Юйлинь с довольной улыбкой погладила его по голове и повела за собой к двери большого дома.
После пары звонков дверь отворилась. Дядя Цзян стоял на пороге, приветливо улыбаясь и слегка ущипнув его за щечку. Проследовав за дядей Цзяном внутрь, мальчик заметил, что за парадной дверью скрывается уютный внутренний дворик, и лишь пройдя через него, они оказались в просторной гостиной.
Какая огромная квартира! — мысленно восхитился Ли Мухань.
Устроившись на мягком диване в доме дяди Цзяна, Ли Мухань вовсю вращал своими черными глазами-бусинками, жадно оглядывая роскошную гостиную.
Вскоре дядя Цзян появился перед ним с трансформером в руках. Мальчик осторожно взял игрушку, прижал к груди и принялся вертеть ее, а затем услышал голос дяди Цзяна:
— Сяо Хэн, иди сюда, поздоровайся с тетей и младшим братом.
Услышав это, Ли Мухань поднял голову и только тогда заметил мальчика, шедшего следом за дядей Цзяном — судя по всему, это и был тот самый старший брат, о котором говорила мама.
Этот брат был очень красивым, вот только его губы были крепко сжаты, а сам он выглядел не слишком довольным.Брат, судя по всему, вовсе не собирался с ним разговаривать, отчего Ли Мухань немного испугался. Он сжал в руке спрятанного за пазухой трансформера, словно подбадривая себя, и наконец поднялся на ноги. Набравшись храбрости, он подошел прямо к брату и первым поприветствовал его:
— Здравствуй, братик, я Ханьхань.
Не дождавшись никакого ответа, Ли Мухань растерялся. Хоть он был еще мал, но тоже умел смущаться — правда, в тот момент он еще не знал, как называется это чувство, а просто ощущал себя ужасно неловко.
Видя, что его собственный сынок ведет себя так неприветливо, Цзян Шаокунь и сам оказался в неловком положении. Ему пришлось сгладить углы и предложить всем садиться за стол, тем самым выручив покрасневшего до самых ушей Ли Муханя.
За обеденным столом Ли Мухань строго выполнял данное маме обещание: он ел блюдо за блюдом, по очереди, чтобы каждое удостоилось его внимания и оставило о мальчике хорошее впечатление.
Стоит признать, еда в доме дяди Цзяна была поистине восхитительной. Ли Мухань уплетал за обе щеки, набив рот, и чувствовал себя невероятно счастливым.
Вот только сидевший напротив брат, казалось, вовсе не интересовался этой вкусной едой. Словно отбывая повинность, он кое-как поклевал пару кусочков, заявил, что наелся, и собрался идти в комнату делать уроки.
Бросив эти слова, Цзян Хэн сам по себе поднялся наверх, оставив позади окрик отца: «Какие еще уроки, сегодня же пятница!», и пропустил его мимо ушей.
Цзян Хэн закрыл дверь своей комнаты, рухнул навзничь на кровать, чувствуя, как на душе скребут кошки.Он знал, что пройдет совсем немного времени, и Ли Юйлинь станет его мачехой, а вместе с ней этот глуповатый деревенский мальчишка превратится в его младшего брата. Но он не любил Ли Юйлинь и не хотел никакого брата.
У него была своя мама, только вот она уже умерла.
Первое впечатление Цзян Хэна о Ли Мухане было не из лучших: пусть тот и вел себя очень вежливо, в глазах Цзян Хэна каждое слово и каждое движение этого нелепо одетого паренька источали какое-то подобострастие.
Он всегда был чувствительным ребенком, и крошечные тайные замыслы Ли Муханя, разумеется, не могли ускользнуть от его взгляда.
Тук-тук.
Внезапно раздавшийся стук в дверь заставил Цзян Хэна вздрогнуть. Он открыл дверь — и тот самый человечек, что только что крутился в его мыслях, во всей красе стоял перед ним, прижимая к груди новенького трансформера.
Цзян Хэн с каменным лицом молчал, желая заставить Ли Муханя отступить перед трудностями, убраться с его территории, уйти из его жизни.
Однако этот стопроцентный упрямец и круглый дурачок совершенно не умел читать между строк и, заискивающе сюсюкая, произнес:
— Братец, я пришел поиграть с тобой, давай вместе поиграем в трансформеров.
Цзян Хэн по-прежнему загораживал проход в дверях, не пуская его внутрь.
Двое мальчишек — один постарше, другой помладше — застыли в нерешительности друг напротив друга.
— Сяо Хэн, отведи брата в комнату поиграть, будь послушным.Цзян Хэн услышал голос отца, доносившийся снизу. Хотя тон был совершенно обычным, он всё же уловил, что отец начинает сердиться. При воспоминании о том, как тот свирепеет в гневе, у него по спине побежали мурашки, и он, качнувшись в сторону, уступил дорогу.
— Братик, у тебя такая красивая комната! — в голосе Ли Муханя звучало с трудом сдерживаемое возбуждение. Цзян Хэн не обратил на него внимания и продолжал сидеть на ковре, читая комиксы. Ли Мухань не знал, куда ему приткнуться, и, медленно переминаясь с ноги на ногу, опустился рядом с Цзян Хэном.
Едва его задница коснулась ворса, в ушах раздался ледяной голос Цзян Хэна:
— Не смей садиться рядом со мной.
Ли Мухань испуганно вздрогнул, с неловким видом отошел в самый дальний угол комнаты и робко присел. Убедившись, что Цзян Хэн больше не возражает и даже не удостаивает его взглядом, он наконец с облегчением выдохнул.
Цзян Хэн рассеянно перелистывал страницы комикса: то вникая в сюжет, то снова начиная витать в облаках. Прошло неизвестно сколько времени; в комнате воцарилась пугающая тишина, прежде чем он поднял голову и украдкой взглянул на этого сопливого малыша. Мальчонка, одетый черт знает во что, уже прислонился к стене и спал, безвольно клоня голову из стороны в сторону.
Надо же, какой тупица.
Цзян Хэн и сам не понимал, что с ним творится. Вид этого ребенка раздражал его до предела, поэтому ему оставалось лишь снова отвернуться, делая вид, что того вовсе не существует.
Спустя долгое время из-за двери донеслись голоса двоих взрослых:
— Ханьхань, пойдем домой с мамой.
Ли Мухань спал чутко и от этого оклика мгновенно проснулся. Он подскочил на месте как ошпаренный, и в этот момент Цзян Хэн распахнул дверь комнаты. Двое взрослых вошли друг за другом, и Цзян Шаокунь тут же подхватил Ли Муханя на руки с вопросом:
— Ханьхань, тебе было весело играть с братиком?
При этих словах у Цзян Хэна сердце едва не выпрыгнуло из груди. Его судьба зависела от единственного слова этого сопливого мацака. Он нервно скомкал в кулаке край одежды и поднял глаза, тут же встретившись взглядом с чистыми глазами Ли Муханя.
— Весело! Братик разрешил Ханьханю посмотреть комиксы! — рот ребенка раскрылся, и он выдал бесстыдную ложь, даже не изменившись в лице.
Услышав это, взрослые рассмеялись, похоже, оставшись весьма довольны тем, как те провели вечер. Цзян Хэн тоже мысленно перевел дух: этот пацан оказался не так уж глуп.
Глава 2. Свадьба
Переступив порог дома Цзянов, Ли Мухань подумал, что еще никогда в жизни так сильно не уставал. Это было утомительнее, чем целый день выступать на утреннике в детском саду, утомительнее, чем участвовать в спортивных состязаниях вместе с родителями.
Ли Юйлинь спросила его, нравится ли ему братик Сяохэн, и он кивнул. Хотя братик Сяохэн и не хотел с ним разговаривать, и играть тоже не желал, но выглядел он просто потрясающе — такой высокий и красивый, что приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть на него. А еще от него исходил легкий, невероятно приятный аромат.
http://bllate.org/book/36635/4556292
Готово:
