Увидев, что вокруг в один миг стало вдвое больше людей, человек напротив издал презрительный звук, с мрачным лицом швырнул книги Пей Баню и бросил:
— Нате вам, довольны?
После чего грубо оттолкнул преграждавших путь людей и решительно зашагал прочь.
— Ну и характерец у парня, — с улыбкой произнес Гао Бай, в ответ на что тот человек обернулся и злобно зыркнул на него. Невозмутимо продолжая, Гао Бай добавил: — Дам тебе совет: иди прямо к старосте предметного кружка, пусть учителя договорятся между собой, так будет намного эффективнее.
— И еще, постарайся собрать данные из нескольких классов сразу: дозаказать десяток книг гораздо проще, чем одну-две.
Выражение лица того парня менялось на глазах. Несколько секунд он довольно сложно смотрел на Гао Бай, а в конце концов ушел, не оглядываясь.
— Что это у него было за выражение лица? — попытался подобрать определение Фан Чжэ. — Затаил обиду? Дичайшее смущение? Жажда мести?
Гао Бай откинул со лба непослушную кудрявую челку и возмущенно протянул:
— Да как у тебя язык поворачивается говорить такое о человеке с чистой душой! Его физиономия выражала не что иное, как абсолютную, повергшую его в трепет капитуляцию перед моим гениальным умом. А из-за того, что мы стоим по разные стороны баррикад, ему пришлось скрывать это потрясение, запертое в глубине души, — чистой воды вынужденная мера.
Пей Бань:
— ...То, что он не швырнул тебе книги в лицо — исключительно заслуга его раннего ухода.
Дождавшись, пока ребята из их класса закончат переносить оставшиеся книги, Пей Бань подошел к Гао Бай:
— Короче говоря, спасибо. Помощь нужна?
— Обязательно.
Гао Бай с самым искренним видом вручил увесистый учебник истории Пей Баню. Тот с неописуемым выражением лица оглядел обложку:
— Думал, за всю жизнь больше не увижу учебников по истории.
— Ничего не поделаешь, история изменчива, — Гао Бай прижал к груди стопку тетрадей по математике и покосился на физику в руках Пей Баня. — Я тоже думал, что в этой жизни мне больше не придется смотреть на физику.
— Значит, ты выбрал историю, обществознание и географию? — шагая в ногу с Гао Бай, спросил Пей Бань. Под ногами шуршали мелкие крупицы света, и оба они, миновав с другой стороны общежитие, направились к учебному корпусу.
— Ага, а у тебя физика, химия и биология? — уточнил Гао Бай.
Пей Бань кивнул:
— Кстати, у тринадцатого и первого классов, похоже, одни и те же преподаватели по китайскому, математике и английскому.
— Правда? — Гао Бай попытался вспомнить. — Разве тринадцатый — это не экспериментальный класс с упором на олимпиады?
— В первом полугодии было так, — пояснил Пей Бань. — Сначала набирают два экспериментальных класса, а к началу второго года обучения снова проводят деление. В четырнадцатом целенаправленно готовятся к олимпиадам, те, кто не идет по олимпиадному профилю, но выбирает физику, химию и биологию, остаются в тринадцатом, а остальные переходят в обычные классы. Ну, бывает, что и из обычных переводят сюда.
— Понял, — кивнул Гао Бай. — Класс специального назначения для подготовки к экзаменам.
Пей Бань не стал ни подтверждать, ни опровергать это. Следуя за Гао Бай с первого этажа на второй, он вошел в класс первого класса и положил стопку на учительский стол:
— Я наверх пошел.
Гао Бай бросил взгляд на висевшие на стене часы:
— Самое время обедать, ты куда собрался? Пойдем-пойдем, из нашего класса уже все разошлись.
— Погоди, стой... — Пей Бань еще не успел отказаться, как Гао Бай в какой-то неразберихе потащил его за собой. Лишь добравшись до второго этажа столовой, он запоздало сообразил: с каких это пор их отношения стали настолько близкими?
— Брат Бай! Брат Пей! — замахал им Фан Чжэ.
Гао Бай с подносом направился к его столику:
— Шустрый ты малый, как быстро сбежал.
— Это вы с братом Пеем слишком копались, — Фан Чжэ хлопнул по плечу сидевшего рядом Юань Цюаня. — Хорошо, что брат Юань пришел пораньше. Ты не видел, как эти первоклашки ломанулись — просто саранча в полете. Когда я пришел, не то что свободных мест, еды почти не осталось.
Пей Бань сел рядом с Гао Бай:
— И правда, почти ничего не осталось. Даже кусочков мяса в свинине по-сычуаньски не найти.
— И что нам делать завтра утром? — перед Гао Бай встала суровая проблема. — Перво-, второ- и третьеклассники будут штурмовать столовую вместе? Те, кто на военной подготовке, точно прибегут раньше нас.
Фан Чжэ лукаво перевел взгляд:
— Может, тоже будем приходить пораньше? Всё равно семестр только начался, на утреннем чтении точно никто проверять не станет. Совсем чуть-чуть — опередить звонок всего на минуту, и мы уже на шаг впереди всех.
— Годится, — первым согласился молча уплетавший еду Юань Цюань.
Пей Бань тоже кивнул: стоило вспомнить, что тринадцатый класс находился на пятом этаже, да еще и в дальнем от столовой крыле, времени на спуск у них уходило больше, чем у остальных тринадцати классов.
Если побежать в столовую позже, то о еде нечего и говорить — в сам обеденный зал не протолкнешься.
На вечерней самоподготовке Гао Бай, заняв распределенное ему место, сидел в самом элитном уголке три-в-одном: у задней двери, рядом со шторами и мусорным ведром. Фан Чжэ, расположившийся по диагонали впереди, обернулся и цыкнул языком, покачивая головой:
— Задний ряд у окна — родина царей.
Гао Бай молча задернул занавеску:
— Никто ведь не предупреждал, что это окно выходит прямо в коридор.
Он оглянулся:
— Какого черта над задней дверью еще и стеклянная вставка? Помнится, на дверях первоклашек такой ерунды не было.
— Жутковато, да? — подсел к Гао Бай плотный парень и загадочным шепотом сообщил: — Я слышал, дежурные учителя из нашей школы просто обожают инспектировать второклашки.
— Сам подумай: первоклашки — новички, проверять их особого смысла нет; а выпускников лишний раз беспокоить боязно, они ж как исчезающий вид государственной важности, грызут гранит науки. Вот учителям и остается отрываться на втором годе обучения.
— Сразу видно, у тебя теория без всякой практики, — проходя мимо с поклажей, вставил парень с химической завивкой на голове. Он устроился в проходе слева, с унылым видом покачав головой. — Если смотреть внутрь через стекло в двери, я — эпицентр всеобщего внимания.
Указав на место Гао Бай, он с завистью протянул:
— А вот твое место — мертвая зона обзора, снаружи вообще ничего не разглядеть.
Фан Чжэ озазарно кивнул, а затем удивленно протянул:
— Брат Бай, кажется, рядом с тобой никто не сидит.
Места в классе уже распределили, и свободным остался только стол сбоку от Гао Бай.
— Разве это не прекрасно? — Гао Бай вытянул руку и оперелся на соседнюю парту. — Если вещи не помещаются, можно сразу засунуть к соседу.
Слушая, как Чжу Тин с возвышения зачитывает различные объявления, Фан Чжэ откинулся на спинку задней парты и тихо спросил:
— Брат Бай, а ты собираешься баллотироваться в актив класса?
— Не собираюсь, — подперев голову рукой и листая учебники за этот семестр, ответил Гао Бай, не проявляя ни малейшего желания выходить к доске. — Слишком хлопотное это дело.
Еле дождавшись окончания вечерней самоподготовки, Гао Бай зевая направился с Фан Чжэ в общежитие и как раз вовремя заметил Пей Баня, о чем-то беседующего с комендантом.
— Что случилось? — Гао Бай без всякого смущения подошел ближе, а Пей Бань воспринял это настолько естественно, что Фан Чжэ даже опешил.
http://bllate.org/book/36579/4546996
Готово:
