Ты всё ещё здесь? А я думала, ты ушёл! — Юй Чуцзинь возбужденно подбежала к нему, приноровившись делать мелкие шажки, и ещё никогда не находила Большую змею столь дружелюбной.
Она встретила гостя со всей душой, однако Большая змея, напротив, испуганно отпряла.
Юй Чуцзинь замерла: — ?
Опустив взгляд на зажатый в руке камень, она сообразила, в чём дело, и поспешно швырнула его в сторону.
— Я больше не буду пугать тебя камнями, не бойся. Только что я была неправа, мне не следовало пугать тебя, — страшась того, что та снова сбежит, Юй Чуцзинь принялась наперебой извиняться, демонстрируя редкую способность вовремя проявить гибкость.
А ведь ещё недавно она изо всех сил желала, чтобы эта тварь поскорее убиралась и не маячила у неё перед глазами, а теперь тряслась от страха при мысли, что та может уйти.
Пусть Гигантский питон и выглядел устрашающе, нельзя было не признать: с вчерашнего дня и до сегодняшнего, за двое суток, эта Большая змея подарила ей немало чувства безопасности и очень сильно выручила.
Заметив, что камень отбросили в сторону, Большая змея мгновенно расплылась в улыбке. Хотя у этой огромной змеиной головы вроде бы и бровей-то не было, Юй Чуцзинь почему-то отчётливо видела, что та улыбается.
— Ты улыбнулась, а раз улыбнулась, значит, больше не сердишься. А раз не сердишься, то уходить тебе нельзя. Нельзя меня бросать, понимаешь? Мы же друзья, а между друзьями должно быть благородство. Ты обязана быть благородной змеёй.
Юй Чуцзинь принялась промывать ей мозги, пытаясь заморочить голову, хотя та всё равно ничего не понимала.
Большая змея взмахнула хвостом, и прямо к ногам Юй Чуцзинь шлёпнулся кролик.
Белый кролик лежал неподвижно, его шея была испачкана кровью — судя по всему, он уже испустил дух.
Юй Чуцзинь слегка опешила: выходит, Большая змея только что бегала на охоту? Неужели она разрушила убежище и теперь приносит кролика в качестве искупления вины?
Большая змея легонько подтолкнула кролика хвостом в её сторону.
Юй Чуцзинь указала на себя: — Это мне?
Большая змея захлопала глазами, словно очень надеясь, что та наконец поест, и продолжала настойчиво понукать её взглядом.
Юй Чуцзинь почесала нос: она бы и сама не прочь перекусить, да только у неё не было огня, приготовить мясо на костре не получится, а сырым его не станешь есть.
Два дня на одних кокосах — во рту уже почти пресно стало, мяса безумно хотелось, но не до такой же степени, чтобы жрать его сырьём.
Видя, что Юй Чуцзинь не спешит действовать, Большая змея склонила большую голову набок, выражая крайнее недоумение, будто безмолвно спрашивая: разве ты не голодна? почему не ешь?
— Я не ем сырое, вот завтра придумаю, как добыть огонь, тогда и поем, — Юй Чуцзинь присела на корточки и ткнула пальцем в мёртвого кролика. — Только вот в такую жару — доживёт ли кролик до завтра и не испортится ли?
Глядя на двуногого, что уселся на корточки перед кроликом и погрузился в задумчивость, Большая змея озадаченно наклонила голову влево, а затем вправо.
В следующий миг Большая змея подхватила кролика хвостом, широко разинула пасть и проглотила его целиком.
Юй Чуцзинь остолбенела: — Разве это не мне предназначалось? Разве не в качестве искупления вины? Чего это ты сама его сожрала?
Хотя бы половину мне оставила!
Ладно, раз съела так съела, всё равно сейчас огня нет, хоть протухнуть не успеет и то польза.
— Ну раз съела этот, так съела, но когда я разведу огонь, принеси мне ещё одного. Тебе ведь должно быть легко охотиться? — принялась договариваться с ней Юй Чуцзинь.
Чтобы выжить здесь, в первую очередь, конечно же, требовалось решить вопрос с едой, и Юй Чуцзинь ни за что не упустила бы столь лёгкий способ добычи пропитания через подноношения от Большой змеи — это было в разы проще, чем пытаться рыбачить самой.
Пока Юй Чуцзинь вела с ней мирные и вежливые переговоры, Большая змея вдруг сделала резкое движение.
И выплюнула кролика обратно.
Юй Чуцзинь растерянно моргнула...
Большая змея наклонила голову и, заметив, что Юй Чуцзинь по-прежнему бездействует, снова подцепила кролика хвостом, проглотила, а пару секунд спустя опять изрыгнула наружу.
Это действие повторялось снова и снова: проглотила, выплюнула, выплюнула, проглотила.
Юй Чуцзинь продолжала пребывать в растерянности, заодно молча отступив на пару шагов назад. Чего это она творит, эта змея? То жрёт, то блевит, то снова жрёт.
Совсем змея рехнулась, что ли?
Большая змея снова подтолкнула к ногам Юй Чуцзинь кролика, сплошь покрытого слюной.
Сообразив с завидным опозданием, Юй Чуцзинь развеселилась и одновременно расстроилась: — Ты что, думаешь, я не умею есть крольчиху, и решила меня научить?
Большая змея чуть приподняла подбородок, призывая её немедленно приступить к трапезе, и изобразила жующие движения, словно говоря: вот так жуй, а как разжуешь — глотай.
Юй Чуцзинь улыбнулась: и вправду ведь учит её есть!
Но та всё равно упорно отказывалась притрагиваться к кролику, и Большая змея вконец извелась, принявшись нарезать круги вокруг девушки.
После столь долгого противостояния, убедившись, что Юй Чуцзинь есть не собирается, змея принялась ворошить и переворачивать тушку хвостом, разглядывая её и так и эдак.
Она понуро опустила голову, изображая глубокую скорбь и озадаченность: ну почему же ты не хочешь это есть?
Это зрелище живо напомнило Юй Чуцзинь её собственного Дахуана. Как-то раз, когда она заболела, Дахуан притащил её любимое лакомство прямо к постели, а Юй Чуцзинь, разумеется, не могла к нему притронуться.
Дахуан тогда тоже ничего не понимал и всё скреб лапой, пытаясь заставить хозяйку поесть, а получив отказ в очередной раз, утащил угощение обратно с крайне озабоченным видом.
Тогдашнее выражение морды Дахуана и нынешнее выражение змеиной морды были до боли похожи.
И надо же такому случиться — эта змея оказалась настоящей собакой в змеиной шкуре.
Юй Чуцзинь даже захотелось погладить её по змеиной голове — точно так же, как она гладила своего Дахуана, но при виде исполинских габаритов животного её пыл сразу же угас.
Дахуана погладить можно, а вот к Большой змее она и близко не рискнёт подойти.
Разница температур между днем и ночью на побережье была огромной: едва успело стемнеть, как воздух резко похолодал на несколько градусов.
Юй Чуцзинь посильнее запахнула куртку-штормовку и полезла в убежище спать.
Уже собираясь нырнуть внутрь, она кое о чём вспомнила, обернулась на Большую змею, всё ещё прибывающую в унынии из-за нетронутого кролика, и предупредила: — Эй, змея, больше не смей разрушать моё убежище, поняла?
Услышав голос, Большая змея повернула голову и уставилась на человека, слегка склонив её набок, пытаясь сообразить, что же означают слова Юй Чуцзинь.
Однако поломав голову добрую минуту и очевидно ничего не поняв, она отвернулась и продолжила унывать над кроликом.
Юй Чуцзинь невольно хмыкнула: подума подумаешь, не стали есть её подарок, и сразу такая трагедия вселенского масштаба? Уж до чего жалкий и обиженный у неё вид, посторонний подумал бы, будто с ней приключилось бог весть что.
Ладно, хватит с неё. Напоследок строго наказав не крушить её шалаш, Юй Чуцзинь забралась внутрь, вытянулась во весь рост, облегченно выдохнула и закрыла глаза, настраиваясь на сон.
Снаружи донеслись шорохи.
Опираясь на локоть, Юй Чуцзинь приподнялась и выглянула наружу. И ладно бы не заглядывала, но то, что она увидела, заставило её сердце уйти в пятки.
Два зловещих зелёных глаза светились во тьме, уставившись прямо на неё.
Сердце Юй Чуцзинь испуганно ёкнуло.
Обладательницей зелёных глаз оказалась та самая Большая змея: она с любопытством заглядывала внутрь, пытаясь протиснуть туда свою массивную голову.
Юй Чуцзинь испуганно завопила: — Стоп, стоп, стоп! Если ты снова разнесешь мой шалаш, я с тобой всерьез поругаюсь, веришь нет?
Говоря это, она пригрозила питомцу крошечным кулачком.
Угроза не возымела ни малейшего эффекта, но Большая змея всё же замерла, издала парочку шипящих звуков и, обиженно скривив пасть, послушно отползла назад.
Убедившись, что Большая змея удалилась, Юй Чуцзинь перевела дух.
Полежав немного, она всё же заволновалась, вылезла наружу и увидела, что Большая змея устроилась на соседнем дереве и не собирается уходить далеко — лишь после этого она окончательно успокоилась.
Слишком близко Большая змея подходить не должна была, но и отпускать её далеко не стоило: в конце концов, с ней под боком чувствуешь себя куда безопаснее.
Заметив появление Юй Чуцзинь, змея ярко вспыхнула глазами в темноте и радостно соскользнула с дерева.
Юй Чуцзинь взмахнула рукой: — Марш обратно на дерево!
Большая змея недовольно зашипела, то и дело оглядываясь на ходу, и крайне неохотно поползла назад.
Юй Чуцзинь кивнула: отлично, послушная девочка.
Стоило ей открыть глаза на следующее утро, как Юй Чуцзинь тут же взяла обратно свои вчерашние мысли о её послушании. А всё потому, что...
http://bllate.org/book/36510/4536559
Готово:
