Чэнь Ванфэй: — ...
Чэнь Тяньлэ, разумеется, не мог позволить незнакомцу обнимать себя. Заставить Чэнь Ванфэя одолжить своё плечо какому-то парню он тоже не слишком хотел, но тот выглядел до того жалко, что Чэнь Ванфэй всё же решил его утешить:
— Знаешь, почему ты расстался? Да потому что тебе не хватает мужской стержни. Одеваешься вот так — какая девушка захочет с тобой встречаться?
Цзян Южун бросил на Чэнь Ванфэя взгляд:
— А я и не встречаюсь с девушками.
Чэнь Ванфэй снова испытал шок и выпалил:
— Да блин, ты что, гей?
Чэнь Ванфэй окинул его новым взглядом, невольно подумав: а не одевается ли Лу Иньчжи за закрытыми дверями точно так же? В конце концов, Лу Иньчжи ведь тоже гей. Чэнь Ванфэй раньше никак не пересекался с сообществом геев и ничего о них не знал, но он просто не мог представить Лу Иньчжи в женском платьице — от одной этой мысли становилось жутко.
Заметив, что Чэнь Ванфэй немного отдвинулся в сторону, Цзян Южун подумал о том, что порой люди от полного оцепенения забывают о душевной боли:
— Не бойся, геи тоже не падают с ума по каждому встречному мужику.
И вообще, этим натуралам обязательно так сильно упиваться собственным великолепием?
Чэнь Ванфэй, конечно, понимал эту истину: девушки, выбирая пару, тоже не бросаются на любого парня. Но он-то ведь не какой-то там обычный парень, его очарование было просто огромным!
— Ты же только что хотел опереться на моё плечо.
Цзян Южун: — ...
Цзян Южун уставился на чересчур смазливое лицо Чэнь Ванфэя:
— Тебе точно не о чем беспокоиться. С твоей внешностью ты вообще никому не нравишься.
По крайней мере, среди их братии — нулей — он популярен не был.
Чэнь Ванфэй уже собирался ответить, как Чэнь Тяньлэ опередил его:
— А кто такие геи?
Цзян Южун только тут вспомнил, что рядом находится ребёнок, и говорить всякую чушь расхотелось. Чэнь Ванфэй же не видел в этом ничего страшного и пояснил сыну:
— Это когда двое мужчин встречаются.
Чэнь Тяньлэ: — О, папа, а ты и старш... Мр-м-м!
Чэнь Ванфэй зажал рот Чэнь Тяньлэ ладонью. Этот сорванец снова умудрился чуть не сболтнуть про старшего папочку.
Цзян Южун, впрочем, думал совсем о другом:
— Ты смотри ребёнку дыхание не перекрывай.
Чэнь Ванфэй отпустил Чэнь Тяньлэ:
— Взрослые разговаривают, детям не положено вмешиваться.
Чэнь Тяньлэ ничуть не обиделся и послушно кивнул.
Цзян Южун окинул взглядом эту парочку отец-сын:
— Сколько тебе лет в этом году?
Чэнь Ванфэй снова насторожился:
— Я не люблю мужиков.
Цзян Южун глубоко вздохнул — ещё никогда ему не доводилось встречать настолько самовлюблённых людей:
— Я просто подумал, что ты выглядишь лет на восемнадцать-девятнадцать.
Чэнь Ванфэй: — Я не выгляжу, мне и есть столько.
Цзян Южун: — Тогда он...
Чэнь Ванфэй: — Ты слишком много спрашиваешь, мы же просто незнакомцы.
Цзян Южун окончательно потерял желание с ним разговаривать, перевёл взгляд на Чэнь Тяньлэ, который всё это время настороженно прислушивался к их разговору, и снова протянул ему еще не вскрытую плитку шоколада.
Чэнь Тяньлэ покачал головой.
Чэнь Ванфэй с одобрением посмотрел на малыша у себя на руках:
— Если хочешь сладкого, зайдём в супермаркет, я тебе куплю.
Чэнь Тяньлэ тут же приподнялся и чмокнул Чэнь Ванфэя в подбородок.
Цзян Южун больше ничего не сказал, достал телефон, открыл диалог, закрепленный в самом верху WeChat, и попытался отправить сообщение. Отправка не удалась: красный восклицательный знак возвестил о том, что собеседник занёс его в чёрный список.
Чэнь Ванфэй бросил на экран боковой взгляд. Он вовсе не собирался подглядывать, просто так вышло случайно. Заметив, как глаза Цзян Южуна снова мгновенно покраснели, он не удержался и решил утешить парня:
— Если тебе совсем невмоготу, можешь заняться стримами, чтобы отвлечься. Сейчас многие переодеваются в женскую одежду и стримят, так ещё и заработать можно. Денег накопишь — глядишь, и пару себе найдёшь.
Цзян Южун уныло произнёс:
— Меня не интересуют деньги.
Чэнь Ванфэй: — ...Безнадёжен.
Выйдя из метро, Чэнь Ванфэй, прижимая к себе Чэнь Тяньлэ, зашагал вперед и вскоре понял, что им с Цзян Южуном по пути. Он никак не ожидал, что они окажутся ещё и выпускниками одного учебного заведения.
Отношения с соседями по комнате у Цзян Южуна не клеились, да и друзей у него почти не было. И хотя поведение Чэнь Ванфэя в подземке было довольно странным, его последняя фраза явно звучала как утешение, да и плохим человеком он на вид не казался.
— Давай добавим друг друга в друзья.
Чэнь Ванфэй: — С чего бы? Я ведь реально не по парням.
Цзян Южун едва удержался, чтобы не закатить глаза:
— Ты дожил до такого возраста и тебя ещё ни разу не били?
Чэнь Ванфэй: — У нас правовое государство. Я законов не нарушаю, к людям не пристаю, с какой стати меня бить?
Цзян Южун: — Добавь в контакты, больше друзей — шире дорога.
Услышав это, Чэнь Ванфэй скользнул взглядом по безупречному макияжу собеседника. Если бы Цзян Южун молчал и прикрыл кадык, догадаться, что перед ним парень, было бы практически невозможно — техника макияжа просто высочайшего класса. Это наблюдение снова заставило Чэнь Ванфэя вспомнить про идею со стримами.
Добавляя Цзян Южуна в контакты, Чэнь Ванфэй всё же счёл нужным подчеркнуть:
— У меня вообще-то есть любимая девушка.
Цзян Южун поленился ему отвечать. Добавив его в друзья, он молча удалился, не оглядываясь. Чэнь Ванфэй собирался зайти с Чэнь Тяньлэ в супермаркет, так что спешить в университет они не стали.
— Папа, почему я вижу старшего папу?
Чэнь Ванфэй рефлекторно поднял голову и действительно заметил неподалёку Лу Иньчжи. Чэнь Тяньлэ, неожиданно столкнувшись со старшим папой, уже не помнил про вчерашние обиды и вовсю радостно замахал Лу Иньчжи рукой.
Чэнь Ванфэй изначально планировал избежать встречи с Лу Иньчжи.
Но теперь всё пропало: Лу Иньчжи направлялся прямо к ним.
Чэнь Ванфэй: — ...
Глава 8
При виде Лу Иньчжи в голове Чэнь Ванфэя невольно всплыл образ того, как этот человек наносит макияж и облачается в женское платье.
Какая жуткая картина!
В этот момент Чэнь Ванфэй страстно желал развернуться и дать дёру, однако Лу Иньчжи уже подошёл вплотную. От всей его фигуры по-прежнему веяло невозмутимым спокойствием.
— Старш...
Чэнь Ванфэй стремительно зажал рот Чэнь Тяньлэ рукой, силой запихнув готовое сорваться с языка обращение обратно. Опередив Лу Иньчжи, он напустил на себя ещё более ледяной и высокомерный вид и бросил первым:
— Что-то нужно?
Лу Иньчжи: — Мгм.
Чэнь Ванфэй сперва подумал, что тот подошел из-за приветствия ребёнка, но оказалось, что у него и впрямь какое-то дело. Внутри тут же зародилась подозрительность: какое еще дело? Неужели он влюбился с первого взгляда и теперь намерен преследовать его по пятам?
О боже, какой страшный геище!
На самом деле Лу Иньчжи подошёл просто потому, что Чэнь Тяньлэ так живо махал ему рукой — он подумал, что у малыша что-то случилось. Он никак не ожидал, что Чэнь Ванфэй заговорит первым, поэтому лишь коротко отозвался.
— Это ты вчера велел кому-то позвать меня?
Чэнь Ванфэй держался с ещё большим апломбом, чем его собеседник. Тон его был ровным, но в то же время исполненным железобетонной правоты:
— Я звал, и что с того?
Лу Иньчжи: — ...
Чэнь Ванфэй прищурился:
— Нельзя звать?
Лу Иньчжи впервые в жизни сталкивался с настолько неадекватным и упрямым человеком, из-за чего на секунду потерял дар речи.
Чэнь Ванфэй: — Еще вопросы есть?
Выдержав паузу после сокрушительной серии выпадов Чэнь Ванфэя, Лу Иньчжи наконец произнёс:
— Позвать-то можно было, но ты позвал и не сказал зачем. Наверное, это мне следует спросить, есть ли у тебя дело ко мне?
Пожалуй, это была самая длинная фраза, которую Лу Иньчжи когда-либо произносил. Обычно он говорил очень мало, создавая впечатление человека, которому абсолютно всё равно на происходящее вокруг, — даже провокации не могли вызвать в нём ни малейшей ряби.
Чэнь Ванфэй невозмутимо ответил:
— Ой, да никаких особых дел. Обязательно нужны дела, чтобы позвать человека?
На этот раз молчание Лу Иньчжи затянулось надолго.
Чэнь Тяньлэ почувствовал, что ситуация накаляется, заворочался и издал тихое мр-м-м, после чего Чэнь Ванфэй наконец ослабил хватку.
Едва освободив рот, Чэнь Тяньлэ тут же затараторил:
— Папы, поговорите нормально, не ссорьтесь!
Чэнь Ванфэй тут же продемонстрировал сыну великодушный вид:
— Мы не ссоримся.
Чэнь Тяньлэ захлопал глазами, уставившись на Лу Иньчжи.
Лу Иньчжи встретился взглядом с этим наивным и милым личиком. Из-за определенных обстоятельств он вообще-то терпеть не мог детей, но сейчас почему-то испытал к этому ребёнку какое-то странное, не поддающееся описанию чувство.
— Я не собирался ссориться, это твой папа ведёт себя неразумно.
Фразу он произнёс ровным тоном, словно констатировал факт, совершенно лишённый личных эмоций.
Чёрт, да он ещё и переходит на личности? Наигранное хладнокровие Чэнь Ванфэя рухнуло за одну секунду:
— Повтори-ка, что ты сказал?
Лу Иньчжи проигнорировал его и, продолжая смотреть на Чэнь Тяньлэ, спокойно произнёс:
— Передай своему папе то, что я только что сказал.
— Папа, старш... — Чэнь Тяньлэ не умел таить камней за пазухой и, искренне полагая, будто папа просто расслышал не всё, торопливо пересказал: — ...Старший папа сказал, что не хотел ссориться, это ты ведёшь себя неразумно.
К счастью, мальчик помнил, что старший папа пока не узнал его, и в спешке всё же прикусил язык, не договорив заветное слово до конца.
Чэнь Ванфэй откровенно лишился дара речи:
— Ты вообще на чьей стороне? Он попросил — ты и повторяешь?
Чэнь Тяньлэ тут же принялся оправдываться:
— Малыш просто подумал, что папа не расслышал!
Конечно, Чэнь Ванфэй не мог всерьёз сердиться на сына — тому всего три года, что с него взять!
Он бросил на Лу Иньчжи свирепый взгляд, чувствуя, что тот раздражает его ещё сильнее. В голове промелькнула мысль: не пытается ли Лу Иньчжи таким дешёвым способом привлечь к себе его внимание?
Едва подумав об этом, Чэнь Ванфэй поспешно подхватил Чэнь Тяньлэ на руки и зашагал прочь, желая поскорее избавиться от навязчивой компании.
Обычно это старший папа доводил папу до белого каления, и подобное случалось крайне редко. Чэнь Тяньлэ тоже не смел больше произнести ни звука: вжав голову в плечи, он крепко обнял Чэнь Ванфэя за шею, словно испуганный перепел, и украдкой бросил взгляд назад на старшего папу. Заметив, что тот следует за ними, малыш решил, будто старший папа догоняет их, чтобы помириться с папой. Однако он не успел даже вздохнуть с облегчением, как папа резко замер на месте, крутанулся на каблуках и бросил:
— Ты чего за мной увязался?
Лу Иньчжи: — ?
— Эта дорога разрешена только для твоего личного пользования?
Чэнь Ванфэй: — Ха!
Если бы Лу Иньчжи и после этого не понял, что этот смазливый парень пылает к нему открытой враждебностью... хотя он понятия не имел почему, ведь до сегодняшнего дня был абсолютно уверен, что они незнакомы. Впрочем, расспрашивать он не собирался: его совершенно не волновало и не интересовало, с чего вдруг у этого человека к нему такое отношение.
Чэнь Ванфэй заметил, что Лу Иньчжи вошёл в супермаркет раньше него.
— ...
Чэнь Тяньлэ повернул голову и озабоченно произнёс:
— Папа, можешь злиться на старшего папу сколько хочешь, но только не злись на малыша.
Чэнь Ванфэй уныло уставился на него.
Чэнь Тяньлэ захлопал большими глазами, выдав максимально честно:
— Малыш ведь совсем не злил папу.
Чэнь Ванфэй, держа его одной рукой, свободной ущипнул сына за пухлую щёчку и изобразил страшную физиономию:
— Больше при мне о нём ни слова.
http://bllate.org/book/36500/4535441
Готово:
