Чжан Цзян тоже выпил немного алкоголя, и его тяжелый взгляд упал на расстегнутые пуговицы, вызывая у него смутное беспокойство.
В голове у него шумело, он протянул руку и ухватился за вторую пуговицу у ворота.
Внезапное движение испугало Шэнь Цычжоу. Он посмотрел на смуглую кожу Чжан Цзяна, тронутую легким румянцем. Те его глаза, обычно черные и безмятежные, сейчас были слегка прищурены и покраснели от алкоголя.
— Чего это ты вечно придираешься к моим пуговицам?
Чжан Цзян застегнул эту пуговицу, и на душе у него наконец-то отлегло.
Соседний столик уже дошел до кондиции, разговаривали все во всю глоть, горланили, затеяли какие-то застольные игры, перекрикивая друг друга. Вроде бы играли, но все темы крутились вокруг некоего босса Чена: его превозносили до небес, окружая всеобщим вниманием, казалось, еще чуть-чуть — и вознесут на самые облака.
Шэнь Цычжоу жутко надоел этот шум, он обернулся и бросил взгляд на соседний столик, а в итоге заметил там знакомое лицо. Рядом со знакомым сидел молодой парень, в которого уже влили немало спиртного. Выглядя крайне скверно, он наполовину прислонился к бородачу.
И надо же было такому случиться — какая встреча.
Что за босс Чен, да он же просто наглый и задиристый кусок дерьма.
Бородач почувствовал на себе взгляд, поднял голову и столкнулся с Шэнь Цычжоу глазами. В следующую секунду улыбка на его лице застыла: вот уж неудачный выдался год, опять нарвался на эту ходячую напасть.
Вспомнив, что управляющий Нового Бэймана рассказывал ему о происхождении Шэнь Цычжоу, он никак не ожидал встретить его в такой придорожной забегаловке. Просто невероятная черная полоса на всю жизнь. Можно было бы сделать вид, что ничего не заметил, но он боялся разозлить этого молодого господина. Сам Хань Синь терпел унижение, проходя под чужими ногами, а его ситуация была еще не столь плачевной. Превозмогли неудовольствие, он взял бокал и на глазах у изумленной публики подошел к Шэнь Цычжоу, чтобы выпить с ним за знакомство.
— Директор Шэнь, снова встретились, — льстиво улыбнувшись, произнес бородач.
Шэнь Цычжоу рассеянно скользнул по нему взглядом — он откровенно презирал бородача. Не вставая с места, он символически чокнулся с ним бокалом и негромким голосом сказал:
— Малыш Чен, убавьте-ка звук за своим столом.
Заметив, что Шэнь Цычжоу не только не поднялся, но даже не притронулся к выпивке, да еще и назвал его малышом Ченом, бородач чувствовал, что теряет лицо, но поделать ничего не мог. Ему оставалось лишь выдавить:
— Хорошо.
Шэнь Цычжоу чуть повернул голову и случайно заметил того самого паренька, чей вид из-за перепитого алкоголя был просто ужасен.
Парень, прижимая руку к желудку, вместе со всеми за тем столом посмотрел на Шэнь Цычжоу. То ли ему показалось, но грозная персона, перед которой даже босс Чен ломался и гнул спину, сейчас смотрела прямо на него.
А Шэнь Цычжоу с улыбкой подмигнул ему. У паренька затрепетало сердце: значит, тот действительно смотрел на него.
Шэнь Цычжоу снова перевел взгляд на стоявшего перед ним бородача, поднял бокал к губам, встал и с улыбкой сказал:
— Давайте сегодня обойдемся без придирок к этому пареньку.
С этими словами он осушил бокал до дна, полностью сохранив тому лицо.
Видя, как легко и непринужденно тот выпил, бородач наконец обрел каплю самоуважения и бросил на Шэнь Цычжоу многозначительный взгляд:
— Директор Шэнь так милосерден и любит ухаживать за цветами, как же я мог отказать ему. Если директор Шэнь так любит...
Шэнь Цычжоу подумал о том, что Чжан Цзян все еще здесь, и заходить слишком далеко в разговорах не стоило. К тому же никаких особых видов на этого парня у него не было — ему просто претило смотреть, как компания спаивает человека, которому уже откровенно плохо. Он тут же прервал бородача:
— Хватит звать меня директором Шэнь, зови просто Сяо Шэнь. У меня сегодня еще есть дела, так что не буду звать тебя присоединиться к трапезе.
Бородач условно кивнул:
— Тогда в другой раз я устрою застолье и приглашу директора Шэня поужинать.
Когда бородач вернулся на место, Шэнь Цычжоу продолжил есть. Он и сам не ожидал такого поворота — с чего бы этому бородачу вдруг подлизываться к нему и портить настроение перед ухаживанием за Чжан Цзяном?
— Директор Шэнь?
Голос Чжан Цзяна звучал хрипло, судя по всему, он успел прилично выпить.
Только теперь Шэнь Цычжоу заметил, что Чжан Цзян неизвестно когда откупорил бутылку крепкого алкоголя. Судя по убывшему объему, там было не меньше лиан, и, скорее всего, он выпил это как раз тогда, когда бородач разговаривал с ним.
— Какой еще директор Шэнь, — Шэнь Цычжоу посмотрел на пьяно покрасневшие глаза Чжан Цзяна. Он-то думал, что слова о посредственной выносливости были лишь скромностью, но оказалось, тот действительно почти не умеет пить. Всего три бутылки пива плюс лиан крепкого — и Чжан Цзян уже казался сильно пьяным, а его смуглое лицо полностью раскраснелось.
Легкое опьянение заводит, но от сильного опьянения всякое желание и вовсе пропадет. Шэнь Цычжоу вовсе не улыбалось возиться с в стельку пьяным Чжан Цзяном, и он протянул руку, забирая у него рюмку, к которой тот уже тянулся:
— Хватит пить.
Чжан Цзян нахмурился, глядя на его длинные и белые пальцы, и вспомнил слова того бородача про любовь к цветам и нежную заботу.
Какая же жеманность. Стоит выпить капельку — и уже тянет сопли разводить.
Просто до тошноты жеманно.
Настоящий мужик что, и выпить не может? Он не удержался и бросил взгляд через плечо Шэнь Цычжоу на соседний стол. Парень все еще пялился на спину Шэнь Цычжоу: тонкокожий, с алыми губами да белыми зубами, барышня барышней, среди бела дня жмется к старому хрычу, словно хребта в нем нет. И Шэнь Цычжоу тоже хорош, собакин сын: говорит, что нравится ему, а ужинает с ним и при этом пялится на мальчишку из соседнего столика. Мерзавец, гуляка.
Бесит, бесит, до жути бесит. И этот щелкопер посмел с ним еще и встретиться взглядами!
И как только такой жеманный хлыщ мог приглянуться Шэнь Цычжоу? Да как этот жеманник вообще может укладывать Шэнь Цычжоу под себя? Его это просто выводило из себя. В голове у него сплошной кашей проносились всякие непотребные сцены, и он отчетливо понимал, какими пыточными выдались для него эти две недели.Всё виной этот чертов Шэнь Цычжоу! Если бы он не заикнулся, что тот ему нравится, не затащил бы к себе домой посмотреть на себя в столь откровенной пижаме и не стонал бы каждый раз перед ним, когда его хорошенько прижимали к постели, он бы в жизни не подумал, что мужчина может сойтись с мужчиной, что мужчины могут заниматься этим.
Сейчас его жизнь полностью выбилась из привычной колеи. Он словно стоял на краю обзора, куда его кто-то толкнул, и стоило оступиться — пути назад уже не будет, смерть без погребения.
У мужчин с мужчинами нет ни будущего, ни надежды, закон признает лишь брачные союзы между мужчинами и женщинами.
Хотя нет, за границей мужчины могут жениться друг на друге.
С какой стати Шэнь Цычжоу собрался регистрировать с ним брак, с таким нищим… Он же генеральный директор, а он кто такой вообще? Тоже мне, свадьба удумалась! Наверняка напился до чертиков, раз до такого докатился!
Тот массажный салон, даже если его с потрохами распродать, едва ли наберет сто тысяч юаней. В Цзянчэне на эти деньги в лучшем случае купишь спальню на окраине, да и то без туалета; а в Шэньчэне — разве что один туалет, да и то без спальни.
С чего бы ему вообще мечтать о том, как они с Шэнь Цычжоу будут делить на двоих тот туалет? И впрямь нализался до бесчувствия.
— Чего ты на меня так пялишься? — Шэнь Цычжоу заметил, что Чжан Цзян смотрит на него как-то странно.
Чжан Цзян ответил:
— Ты красивый.
От таких слов старое лицо Шэнь Цычжоу слегка порозовело. Он и сам знал, что хорош собой — еще с детских лет. Мужчины, женщины, старики и дети, желающих приударить за ним было пруд пруди, а уж отбоя от поклонников не было никогда. Но Чжан Цзян — совсем другое дело. Услышать подобное из его собачьей пасти и впрямь оказалось для него большой неожиданностью.
— А тебе нравится? — пользуясь случаем, закинул удочку Шэнь Цычжоу, обращаясь к захмелевшему Чжан Цзяну.
Чжан Цзян отвечать не стал. Он бросил взгляд на почти опустевший стол с остатками шашлыков:
— Закончили?
— Почти, — отозвался Шэнь Цычжоу.
Чжан Цзян поднялся, чуть качнувшись, оперся рукой о стол и взмахнул ею:
— Рассчитай.
Подошла женщина-официантка:
— Двести шестьдесят восемь юаней.
Чжан Цзян вытащил из кармана бумажник, выудил оттуда две стоюаневые купюры и еще несколько мелких бумажек.
В нынешнее время кто-то еще пользуется наличными! Шэнь Цычжоу аж глаза вытаращил от изумления — он уже и забыл, что пятидесятирублевки бывают такого цвета.
Расплатившись, Чжан Цзян подхватил оставшуюся половину ящика белого вина и направился к выходу.
— Братец~
Раздался чей-то сладкий, жеманный голосок.
Чжан Цзян обернулся и увидел, что этот приторно-сладкий парень уже подошел к Шэнь Цычжоу. Тот еще даже рот открыть не успел, как Чжан Цзян сгреб Шэнь Цычжоу за руку и выволок на улицу.
— Ты чего творишь! — Шэнь Цычжоу стряхнул его руку.
Стоило выйти из кондиционируемого помещения, как накатившая волна жары заставила покрыться испариной. Чжан Цзян и без того был на взводе, а теперь разозлился еще сильнее. Прихватив пиво, он зашагал обратно, а Шэнь Цычжоу поплелся следом, недоумевая, какая муха его кусала.
Снова этот стопятидесятисекундный красный свет светофора, снова сзади кто-то трезвонит в спину на электроскутере. Шэнь Цычжоу повернул голову, уже готовясь разразиться трехэтажной руганью.
— Ты серьезно насчет того, что я тебе нравлюсь?
Шэнь Цычжоу только приоткрыл рот, как брань застряла в горле. Какая уж тут ругань на электроскутеры, он тут же сменил тон:
— Сдурел? Если бы несерьезно, стал бы я пахать без продыха полмесяца сверхурочно, чтобы примчаться к тебе?
Чжан Цзян слегка удивился. Ему и в голову не приходило, что Шэнь Цычжоу пропал из-за работы, и уж тем более он не думал, что тот приехал сегодня к нему. Но он и впрямь был до смерти измотан, иначе с чего бы ему вырубиться прямо во время сеанса массажа?
Что вообще Шэнь Цычжоу в нем нашел?
Разве Шэнь Цычжоу не думал о пропасти между ними?
С какой стати он вообще влюбился в него?
…
Красный свет наконец сменился зеленым. Чжан Цзян тащил пиво, а в голове шумело.
— Мелкий Чжан, может, поговорим?
— О чем?
— О любви.
…
Наконец добрались до массажного салона. Чжан Цзян отпер дверь, включил кондиционер. Тут же накатили последствия выпитой водки, мир закружился. До чего же Шэнь Цычжоу хорош!
Заметив, что тот опьянел, Шэнь Цычжоу осторожно окликнул его:
— Мелкий Чжан?
Прищурившись от усталости, Чжан Цзян шатающейся походкой доковылял до жесткой деревянной кровати в подсобке и рухнул на нее.
Шэнь Цычжоу последовал за ним. В подсобке площадью чуть больше десяти квадратных метров стеллажи занимали добрую половину пространства, а оставшуюся часть — эта убогая лежанка. Два рослых мужика ростом под метр девяносто делали комнату невероятно тесной.
— Мелкий Чжан, ты упился что ли? — Шэнь Цычжоу присел на край кровати, разглядывая полузакрытые глаза Чжан Цзяна, его раскрасневшееся лицо и вздымающиеся под черной футболкой грудные мышцы, казавшиеся заколдованными.
Последние полмесяца он крутился в круговороте дел и работы, почти не имея свободного времени на всякие глупости. Но искра, которую вчера зажег тот парень-спортсмен на ледяной горке, вспыхнула с новой силой, стоило ему увидеть Чжан Цзяна. Он давно зарился на него, и вот теперь наконец подвернулся удобный случай привычно приступить к подготовительным работам перед готовкой.
Тут до него донесся глухой стон Чжан Цзяна — то ли от хмеля, то ли еще от чего. Шэнь Цычжоу поднял голову и внезапно встретился взглядом с парой пронзительных, темно-угольных, налитых кровью глаз, которые в упор сверлили его, словно хищный пес свою добычу.
— Ты что вытворяешь? — голос Чжан Цзяна звучал до хрипоты хрипло.
Пойманный с поличным, Шэнь Цычжоу решил включить наглую морду — раз уж всё равно начал, отступать некуда. Он подался вперед, ухватил Чжан Цзяна за подбородок и впился в его губы. Этот поцелуй не имел ничего общего с прежними невинными нежностями: опьяненный алкоголем, он легко разомкнул чужие зубы, а отточенная техника позволяла идеально контролировать каждый вздох, каждую паузу — то забирая воздух, то щедро делясь своим. Куда там было Чжан Цзяну тягаться с ним! Но и сдаваться без боя, позволяя диктовать правила, он не собирался. Его неуклюжие, отчаянные и яростные попытки перехватить инициативу, грубый и резкий ответ напоминали ржавое копье, пробивающее повидавший виды щит.
http://bllate.org/book/36471/4531394
Готово:
