Вэнь Жуань замер, казалось, сильно удивившись:
— П-правда?
— Посмотри на этого глупого ребенка, подумаешь, какая-то усадьба, — с мягкой улыбкой произнесла Госпожа Чжоу. — Только забота заботой, в делах нашей Первой ветви мы можем поступать так, как считаем нужным, и посторонним вмешиваться не дозволено, но вот порядки в Поместье герцога нарушать нельзя. Ты только вернулся домой и сразу устроил пожар. Пусть ты и проявил осмотрительность, сделав это в порыве чувств и не натворив больших бед, но с огнем шутки плохи: береженого бог бережет. Ты нарушил правила, и матушка Сунь из Второй ветви не посмеет это скрывать — обязательно доложит наверх. Твоя третья тетушка и вторая двоюродная бабушка уважают меня и, пожалуй, наказывать тебя не станут, но мы сами не можем пренебрегать приличиями, иначе над нами станут смеяться чужие люди.
Вэнь Жуань спросил:
— Что означает воля матушки?..
— Раз уж ты только что вернулся и еще не выказывал сыновней почтительности родителям, ступай сегодня в родовой храм, преклони колени перед поминальными табличками. Герцог и старая госпожа, узнав об этом, смогут даже похвалить твою сыновнюю душу, — на лице Госпожи Чжоу запечатлелась крайняя озабоченность, выдававшая заботу о младшем. — Я сейчас же распоряжусь, чтобы управляющий всё подготовил, а как закончишь коленопреклонение, завтра рано утром и оформишь все бумаги на передачу усадьбы.
— Вот и славно, не нужно благодарностей, все мы одна семья, впереди еще долгая жизнь. Иди, позволь своему отцу с матерью хорошенько на тебя посмотреть.
— Слушаюсь, благодарю матушку.
Госпожа Чжоу вынесла наказание быстро, усадьбу отдала без заминки, и Вэнь Жуань ответил столь же решительно — отдав поклоны, он удалился.
— Матушка и правда отдала ее ему?
Как только Вэнь Жуань ушел, из-за ширмы вышла Вэнь Ру. До этого она всё время находилась там: когда Вэнь Жуань только прибыл, она как раз случайно пролила чай на одежду и ушла переодеваться во внутренние покои, а когда закончила и вышла, гость уже был на месте. Появляться внезапно было неловко, поэтому она осталась внутри.
Вэнь Юй взял чайник и долил ей чаю:
— Младший брат вернулся, так что матушке в любом случае пришлось бы раскошелиться на что-нибудь. Отдашь вещь подешевле — и он не станет цепляться за то, что подороже.
Другие люди наверняка рассыпались бы в похвалах добросердечию Госпожи Чжоу и ее заботе о младших.
Только Вэнь Жуань оказался столь мелочным, что позволил откупиться одной усадьбой и еще радовался со счастливым видом. Будь на его месте он сам...
Вэнь Юй опустил взгляд.
Вэнь Ру скривилась:
— Он мне не нравится. Что за имя такое — Жуань? Мягкий! Сразу видно, что жизни не нюхал. Когда матушка заговорила о его родителях, он даже не всплакнул. Черствое сердце.
— Что ты понимаешь.
Госпожа Чжоу опустила ресницы и сделала глоток чая.
Не заплакал, зато среагировал быстро. Зацепился за тему с пирожками, вывернул разговор в русло тоски по оставленным родительским вещам, да еще и пристроился к ее словам, использовав проявленную ею заботу как повод выпросить имущество...
Пусть вещица не бог весть какая ценная и не слишком дорогая, но суметь выбить ее — уже талант, он куда умнее Вэнь Юя в его годы.
Впрочем, раз он попросил лишь землю, кругозором он не блещет. Пока понаблюдаем за ним — если он будет вести себя послушно...
Госпожа Чжоу опустила чашку на стол:
— В конце месяца семья Пань устраивает праздничный банкет, ты выбрала себе платье?
Лицо Вэнь Ру мгновенно перекосилось:
— Я же говорила, что не люблю этого уродца! У них такая дурная репутация, еще потащат меня за собой на дно! Обязательно устраивать такой шум на весь город, как кузина Э, чтобы о нас за спиной судачили и тыкали пальцами, и чтобы нам всем было стыдно показаться на людях?
— Замолчи! — во взгляде Госпожи Чжоу мелькнула холодная жестокость. — Разве это те слова, что тебе подобает говорить!
— Я... я ведь ничего такого не сказала! — у Вэнь Ру покраснели глаза, она закрыла лицо руками и выбежала прочь.
Госпожа Чжоу потерла переносицу и перевела взгляд на Вэнь Юй:
— Ей нравится мыло с ароматом гардении, говорят, его очень трудно достать. Раньше я ей отказывала, так что поищи в эти дни, не будет ли какого-нибудь способа его раздобыть. Денег не пожалею, сколько бы ни попросили.
Вэнь Юй почтительно стоял, сложив руки перед грудью:
— Слушаюсь, сын непременно всё устроит.
Госпожа Чжоу сделала еще несколько глoтков чая, успокоилась, бросила на Вэнь Юя холодный взгляд:
— Ты позволил какому-то пришлому деревенщине прижать себя. Я разочарована.
Вэнь Юй ответил:
— В этот раз я и впрямь проявил легкомыслие и не справился с делом, заставив матушку волноваться.
— Я вовсе не виню тебя. Двор сгорел и был уничтожен — и что с того? Построим заново. Поместье герцога в любом случае не потеряет лицо из-за такой мелочи. Но теперь в Первой ветви целых два наследника мужского пола.
Госпожа Чжоу пристально посмотрела на приемного сына:
— Если ты и дальше будешь топтаться на месте, боюсь, я не смогу тебя защитить.
Вэнь Юй всё понимал: Госпожа Чжоу делала ему прозрачный намек. Раньше в Первой ветви он был единственным приемным сыном и единственным мужчиной-наследником, но теперь появился законный младший молодой господин. И дело не только в том, что он перестал быть единственным мужчиной в роду, — он уступал новому родственнику по своему происхождению от законной жены...
Он и Вэнь Жуань изначально были соперниками. Так было в прошлой жизни, не изменится это и в нынешней.
Но он уже не тот, что прежде.
— Сын глуп и знает лишь одно — как выказывать сыновнюю почтительность матушке, во всем остальном я ничего не смыслю. Теперь, когда я вырос, разве матушке нужно защищать меня? Напротив, это я должен оберегать и поддерживать матушку, — лицо Вэнь Юя выражало глубочайшее почтение, а голос звучал смиренно и учтиво. — Что до сестрицы, матушке тоже не стоит слишком сильно ее торопить. То, что у хорошей девушки от женихов отбою нет — дело хорошее, ее брак непременно сложится удачно, за кого бы она ни вышла, партия будет достойной.
Госпожа Чжоу вздохнула:
— Верно, за кого ни выйди — всё хорошо, вот только она загляделась на того, кто к ней равнодушен.
Вэнь Юй произнес:
— Матушка может не тревожиться, в эти дни я вывезу сестрицу развеяться, глядишь, она и отбросит дурные мысли.
— На тебя я всегда могу положиться, — во взгляде Госпожи Чжоу сквозил глубокий подтекст. — Я только что оделила Вэнь Жуаня, но твой пай не станет меньше. Кто в этом доме истинный хозяин... ты должен понимать.
— Да.
Вэнь Юй поклонился и вышел. Оказавшись в тихом месте, он тяжело вздохнул.
Прожив жизнь заново, он знал, что случится в будущем. И этот раз был похож на прошлый, и в то же время отличался... Он изменил способ давления на Вэнь Жуаня, реакция противника тоже оказалась иной — неужели и всё остальное пойдет по-другому?
Впрочем, неважно. Главное, что он знает то, чего не знают другие, и всегда сможет застать врага врасплох...
Как прямо сейчас.
Он завернул за лунные ворота и, конечно же, увидел ждавшую его Вэнь Ру — всё точно так же, как в прошлой жизни.
В прошлый раз он повел себя не лучшим образом, и Вэнь Ру затаила на него обиду, помня его оплошность еще долго. Разумеется, наступать на те же грабли он не собирался.
Он подошел ближе и с улыбкой произнес:
— Слышал, юный маркиз Фан на днях вернулся в столицу. Сестрица ведь знает, он больше всего любит выпивать в таверне Шуньфухуа. Послезавтра я как раз собираюсь на ту улицу, и в здешней лавке в тот день как раз выставят на продажу два куска мыла с ароматом гардении. Не хочет ли сестрица составить мне компанию?
Вэнь Ру обрадовалась необычайно:
— Откуда ты знаешь?! Я пойду!
На самом деле юный маркиз Фан вовсе там не появится. Зато за тот самый кусок мыла с гарденией развернется ожесточенная давка. И если в этот момент там окажется Вэнь Жуань — такой деревенский, чумазый и нелепый, — и испортит Вэнь Ру все планы...
Хм, подумаешь — пара минут на коленях, разве это наказание?
http://bllate.org/book/36466/4529917
Готово:
