Ум? — Ли Чэ заметил, что Юй Вэньцзя разговаривает с тем новоприбывшим гостем, и с некоторым любопытством вытянул шею. — Вэньцзя, вы знакомы?
Юй Вэньцзя ответил легкиммэм и представил его Чи Цзину:
— Это мой старший соученик, Ли Чэ.
Чи Цзин слегка улыбнулся и кивнул в знак приветствия:
— Рад знакомству.
— Взаимно, взаимно.
Стоило Юй Вэньцзя перекинуться парами фраз с Чи Цзином, как окружающие сразу поняли, что они знакомы. Круги общения среди коллег обычно пересекались, и то, что Юй Вэньцзя знает кого-то из друзей Лу Сыюаня, казалось вполне естественным. Поэтому все решили, что Чи Цзин — тоже врач. А заметив сдержанное отношение Лу Сыюаня к его появлению, они предположили, что тот может оказаться каким-то крупным светилом из больницы высшей категории.
— Приятель, ты тоже врач? Коллега? — поинтересовался кто-то, сидевший довольно близко к Чи Цзину.
— Какой тебе приятель, он на вид гораздо моложе тебя, — усмехнувшись, оборвал его кто-то.
— Хватит тут окольными путями меня подкалывать, — ответил тот, а затем снова перевел взгляд на Чи Цзина, ожидая ответа.
Чи Цзин покачал головой:
— Нет.
— Не коллега… А кем же ты работаешь?
— Я работаю в Министерстве иностранных дел.
— В министерстве… — тот человек чуть не прикусил язык. — В-в-дипломат?
Чи Цзин кивнул.
Собеседник сильно удивился и окинул Чи Цзина новым взглядом: с такой внешностью, манерой речи и осанкой — неудивительно.
Половина сидевших за ближайшими столами услышала их диалог, и взгляды тут же устремились на Чи Цзина.
Для обычных людей дипломат — профессия, от которой веет недосягаемостью. Все сочли это крайне интересным, и теперь смотрели на Чи Цзина совсем не так, как в самом начале.
При упоминании дипломатов у большинства людей в памяти всплывали блестящие, уверенно говорящие ораторы с экранов телевизоров. Внешность и манеры Чи Цзина не оставляли сомнений — в нем чувствовалась невероятная убедительность.
Кто-то даже принялся внимательно разглядывать его лицо, пытаясь вспомнить, не видел ли его в новостях.
— Как круто… — восхищенно выдохнул молодой врач-стажер, глядя на Чи Цзина с долей благоговения.
Чи Цзин лишь мягко улыбнулся и ничего не ответил.
В профессии, несущей на себе груз ответственности и миссии, каждое сказанное слово обладает огромным весом, а каждый шаг сравним с хождением по тонкому льду — какая уж тут крутизна. Всякий пьет воду по-своему, и горечь с радостью знает лишь сам. Это профессия с ослепительным фасадом и тяжелой, суровой сутью.
— А тебе тоже приходится выступать на пресс-конференциях от лица государства? Ну, как в телевизоре? — поинтересовался стажер. Он искренне любопытствовал, а из-за простодушного характера выражался без всяких утайок.
Вопрос был крайне дилетантским, но Чи Цзину не впервой задавали подобное. Он пояснил:
— Дипломаты выполняют разные функции. То, о чем ты говоришь, — это обязанность специальных дипломатических представителей, моя сфера деятельности этого не касается.
К тому же эти спикеры обычно постоянные лица, и далеко не каждый может выступать от имени государства перед средствами массовой информации.
— Вот как… — собеседник кивнул, потер нос и простодушно усмехнулся. — Я слишком просто на это смотрю.
Расспрашивать чужих людей о подробностях их работы — вещь довольно бестактная. Хотя все сочли статус дипломата у Чи Цзина крайне редким и необычным, допрос устраивать не стали, и центр беседы перестал вращаться исключительно вокруг него.
За этим столом сидели преимущественно врачи, так что темы для разговоров находились без труда. Без всяких усилий со стороны Лу Сыюаня, загнавшего всех в рамки оживленной беседы, люди вовсю обсуждали больницы, пациентов, операции, научные исследования — профессиональные разговоры велись на самые разные темы.
Чи Цзин был давним знакомым Лу Сыюаня, однако с их последней встречи прошло уже года четыре-пять, и людей из окружения Лу Сыюаня он почти не знал. Он тихонько сидел за столом, попивая чай. Находились особо общительные собеседники, которые сами заводили с ним разговор, и он неизменно вежливо отвечал, однако неизменно держался на некотором расстоянии, будто отгороженный от всех невидимой стеной, напоминая постороннего наблюдателя.
— Будешь это? — Юй Вэньцзя протянул Чи Цзину бутылку кокосового сока, взятую со столика поблизости.
Чи Цзин взглянул на него и кивнул:
— Пойдет.
Собравшиеся за столом взрослые мужчины кто пил алкоголь, кто чай — никто не притрагивался к подобным приторным сладостям. Но Юй Вэньцзя знал, что Чи Цзин любит такое: он даже молоко предпочитал сладкое.
Сидевший рядом Ли Чэ заметил это и спросил:
— Не хочешь выпить немного?
Чи Цзин с улыбкой покачал головой:
— Выпью позже, во время тостов.
Ли Чэ усмехнулся:
— Ну ладно. А я уж думал, ты совсем не пьешь, раз можешь себе позволить.
— Позвать официанта принести свежевыжатый сок? Арбузный? — окликнул их Лу Сыюань, бросив взгляд в сторону Чи Цзина.
— Не нужно, я выпью это.
Несколько человек с бокалами в руках дружно направились к виновнику торжества, чтобы произнести тост, и в отдельном кабинете стало шумно.
Юй Вэньцзя от природы был немногословен, а сейчас и вовсе казался тише Чи Цзина. Молча наполнив стакан Чи Цзина кокосовым соком, он взял палочки и принялся так же молча есть. Чи Цзин повернулся к нему, и их взгляды тут же встретились.
Юй Вэньцзя бросил быстрый взгляд в сторону Лу Сыюаня и неожиданно спросил:
— Вы с Лу Сыюалем близко знакомы?
Вокруг шумели, перебивая друг друга, и было немного громковато. Не расслышав слов Юй Вэньцзя, Чи Цзин чуть подался к нему и слегка наклонил голову, приблизив ухо:
— Что?
Ли Чэ бросил взгляд на них двоих и только теперь понял, что Юй Вэньцзя, пожалуй, действительно очень близок с этим человеком.
Было очевидно: когда Чи Цзин разговаривал с Юй Вэньцзя, наносная отчужденность в его манере полностью исчезала.
— Вы с Лу Сыюалем близко знакомы? — повторил Юй Вэньцзя прямо у него на ухе.
Теплое дыхание коснулось кожи, в ухе защекотало. Чи Цзин чуть отпрянул назад и ответил голосом, слышным только им двоим:
— Не то чтобы очень близко. Просто старый друг.
Чи Цзин не стал вдаваться в подробности, ведь, судя по всему, их с Лу Сыюанем отношения и вправду трудно было назвать близкими.
Юй Вэньцзя только протянул:
— А-а.
После ужина компания переместилась в развлекательную зону на верхнем этаже. Здесь имелся богатый выбор развлечений: можно было выпить, спеть в караоке, сыграть в бильярд или посмотреть кино.
Юй Вэньцзя вышел в туалет, а когда вернулся, увидел, что Лу Сыюань и Чи Цзин сидят на диване и о чем-то беседуют.
— Из-за того, что я был занят приемом гостей, мне так и не представилось возможности нормально с тобой поговорить, — произнес Лу Сыюань, обращаясь к Чи Цзину. — Прости за упущение.
http://bllate.org/book/36402/4521275
Готово:
