Я ходил зондировать почву к отцу, и он решил, что это я подписал разрешение, потому что Карина сослалась на его устное распоряжение, — Цзинь Цяо в упор посмотрел на Осидо. — Но я ведь с самого начала не давал Королевской больнице никакого разрешения.
Ты хочешь сказать, что Карина изо всех сил добивалась устного распоряжения моего отца ей в помощь, потому что и вправду нуждалась в этом заступничестве, или лишь для того, чтобы скрыть тот факт, что вы давным-давно вступили в сговор и сдружились с верхушкой Королевской больницы?
Осидо, услышав это, тут же принялся всё отрицать:
— Ваше Высочество, вы возводите на нас слишком тяжкий наговор. Имея на руках устное распоряжение Вашего Величества, сотрудники Королевской больницы могли в спешке упустить из виду какие-то формальности, лишь бы не задерживать выполнение поручения государя. Королевская больница создана специально для обслуживания императорской семьи, а Карина смогла поселиться здесь во время болезни лишь благодаря милости Вашего Величества. Как она посмела бы затевать какие-то сговоры и махинации? Тут наверняка какое-то недоразумение.
— Выходит, это я во всём не разобрался, — деланно изумился Цзинь Цяо. — Тогда, боюсь спросить, фальсификация результатов теста на совместимость Карины с моим отцом — это тоже недоразумение?
Сердце Осидо упало, а мясистые складки на его лице сами собой затрепетали от нервного подёргивания:
— Ваше Высочество, я не понимаю, о чём вы говорите.
— Ничего страшного, тогда я объясню яснее, — Цзинь Цяо не сводил глаз с лица Осидо, наслаждаясь тем, как постепенно меняется его выражение. — Более двадцати лет назад Королевская больница по тайному указанию тогда еще наследного принца, а ныне Императора Эрло, втайне отбирала среди аристократии подходящих по возрасту омег с высоким уровнем совместимости с ним. И в финальном списке на первом месте оказалась ваша дочь, мисс Карина Сейл.
Осидо хотел прикинуться дурачком, но стоило ему заговорить, как голос его напрягся:
— Вот как? Столько лет прошло, я уже и не припомню толком. К тому же, вы сами сказали, что это было сделано по приказу тогдашнего императора Королевской больницей. То, что у Карины оказалась высокая совместимость с Его Величеством — чистая воля небес.
— Воля небес? — Цзинь Цяо скривил губы в усмешке. — Ну надо же, какая несгибаемая уверенность.
Цзинь Цяо как бы невзначай бросил взгляд на приоткрытую дверь в конце левого коридора:
— Под предлогом того, что Карина сломала ногу, вы побежали жаловаться моему отцу, да так красноречиво расписывали свою отеческую любовь. Скажите, когда вы принимали решение о замене желез омеги для Карины, вспоминала ли ваша душа хоть раз о тех пылких родительских чувствах? Дайте-ка подумать, Карине тогда, кажется, еще и восемнадцати не было.
Услышав слова замена желез, Осидо окончательно утратил прежнее самообладание:
— Ка-какая замена желез, откуда вообще могли взяться подобные россказни, неслыханное дело! Высокая совместимость Карины с Его Величеством заложена от природы, умоляю вас, не клевещите на нас!
— Это я на вас клевещу? — Цзинь Цяо помрачнел, в его острых серебристых глазах плескался ледяной холод. — Вы говорите, что запамятовали события тех лет? Хорошо, тогда позвольте мне помочь вам освежить память. В те дни, опираясь на информационную сеть вашего клана Сейл, вы заранее узнали о том, что кронпринц Эрло тайно проводит тесты на совместимость. Вы прекрасно понимали: этот шаг кронпринца лишь на первый взгляд выглядит как скрытый поиск будущей супруги, на самом же деле он стремится выбрать себе в поддержку влиятельный знатный клан, чтобы противостоять старшему принцу, который в ту пору обладал реальной властью и точно так же метил на престол. Вы отчетливо осознавали, что это блестящий шанс выбиться в люди, ведь ваша младшая дочь Карина подходила под все критерии: красивый омега ранга A из благородного семейства, которая вот-вот должна была стать совершеннолетней. Стоило ей добиться совместимости с кронпринцем и взлететь до роли его невесты, как ваше положение внутри клана Сейл изменилось бы кардинально.
— Но вот только собранные вами сведения не сулили ничего хорошего, — вздохнул Цзинь Цяо. — Совместимость Карины с кронпринцем Эрло оказалась крайне низкой. При такой совместимости вероятность рождения высокопоставленных потомков классов A и O была ничтожно мала, и Эрло ни за что не выбрал бы Карину. Но больше всего вас повергло в шок другое: имя дочери ваших тогдашних политических противников, семейства Финиэн, красовалось в самом начале того списка.
Ради интересов собственного клана и ради того, чтобы заполучить статус будущего главы клана Сейл, вы решились на отчаянный шаг и состряпали чудовищный заговор, — Цзинь Цяо смотрел на бледнеющее лицо Осидо и жестоко усмехнулся. — Сначала вы пустили в ход угрозы и подкуп, опутав по рукам и ногам верхушку Королевской больницы, и вмешались в дело еще до того, как подлинный список совместимости лег на стол кронпринца, поставив имя собственной дочери на самую первую строчку. При этом вы прекрасно понимали, что список — лишь первый шаг, а гармония, порождаемая высокой совместимостью, проявляется во всём, и стоило бы Эрло лично встретиться с Кариной, как вся правда тотчас всплыла бы наружу. Тогда под предлогом отправки Карины на благотворительность в отдаленный звездный сектор вы заставили ее на время исчезнуть из высшего общества столичной планеты. На деле же вы втайне организовали для Карины операцию по замене желез, превратив ее в омегу, чья совместимость с тогдашним кронпринцем Эрло действительно казалась запредельно высокой.
— Узнав всю эту историю от начала до конца, я даже проникся некоторым уважением к Карине, — покачал головой Цзинь Цяо. — Операция по замене желез и по сей день сопряжена с колоссальным риском, но ради славы и выгоды она и вправду поставила на кон собственную жизнь. Неудивительно, что после этого ей и впрямь удалось втиснуться в постель моего отца. Жаль только, что судьба насмешлива: в жены кронпринца она так и не пробилась, оставшись лишь тайной и презренной любовницей моего отца, так что о тех событиях оставалось лишь молчать, словно их никогда и не было. Впрочем, это уже дела минувших дней. К тому же все эти годы отец открыто и тайно то и дело шел вам на уступки: когда вы вошли в Сенат, и когда Карина, пользуясь мягкостью характера моей матери, намеренно унижала ее — неужели вы тогда не потирали руки от радости, считая свой давний ход беспроигрышным?
Спина Осидо покрылась холодным потом, ноги подкашивались, грозя рухнуть на пол. Стиснув зубы, он выдавил:
— Ваше Высочество, у вас… у вас нет никаких доказательств…
— Осидо, мы с тобой работаем вместе далеко не первый день, ты должен знать меня, — чеканя каждое слово, произнес Цзинь Цяо. — Раз уж я осмелился предъявить тебе претензии здесь, значит, у меня на руках имеются самые исчерпывающие доказательства.
Осидо снедала жгучая смесь страха и ненависти, он с такой силой впился пальцами в собственные колени, что они онемели:
— Ваше Высочество, вы приложили столько сил, выискивая все эти старые грехи, и всё ради какого-то Бай Юя…
— Похоже, ты по-прежнему меня недопонимаешь, — Цзинь Цяо окончательно сбросил маску вежливости, в его голосе явственно проступал гнев. — Я ведь занялся этим расследованием вовсе не тогда, когда ты потребовал, чтобы Бай Юй пришел с извинениями. Ты и вправду думал, будто я ни ухом ни рылом не ведаю о тех грязных приемчиках, к которым вы прибегали в прошлые годы? Ну а почему я решил приоткрыть завесу тайны именно сейчас — так это, Осидо, исключительно потому, что ты сам напросился на неприятности.
Твоя собственная дочурка притащилась черт знает зачем в мои личные покои да еще посмела понукать Бай Юя, чтобы тот выполнял ее поручения. Разве я не должен был вышвырнуть ее вон? Ну сломала ногу — и что с того? Сама напросилась, поделом ей, — холодно ухмыльнулся Цзинь Цяо. — Прекрасно сознавая свою неправоту и не смея явиться ко мне напрямую, ты побежал к моему отцу жаловаться и перекручивать всё так и этак лишь потому, что рассчитывал: мол, отцу своему я перечить не посмею. Даже если не удастся заставить меня извиниться, ты надеялся припереть меня к стенке, вынудив склонить голову и притащить сюда Бай Юя вымаливать прощение у твоей доченьки — отличный же у тебя был расчет. Когда отец передал тебе мое согласие, ты, небось, возомнил себя победителем? Осидо, да кто вообще дал тебе право пытаться давить на меня? Тебя в последние годы так занесло от всеобщего лизоблюдства, что ты берегов не видишь? Я — кронпринц Империи, неужели, чтобы пнуть зарвавшуюся любовницу, явившуюся качать права, мне еще нужно перед тобой отчитываться? Ты часом не вообразил, будто Карина вот-вот станет императрицей, а когда у них с моим отцом родится ребенок, меня удастся сжить со свету по какому-нибудь надуманному обвинению, и ты тогда станешь дедушкой будущего императора?
Осидо оглох от потока брани, обрушенного Цзинь Цяо, в ушах стоял сплошной гул. Он заискивающе забормотал:
— Нет… вы… я вовсе не это имел в виду, клянусь вам, у меня и в мыслях не было столь дерзких поползновений!
— В моих глазах все твои действия выглядят как самая наглая угроза и вызов, — в упор глядя на Осидо, произнес Цзинь Цяо. — Раз уж ты осмелился угрожать мне, не пеняй на меня, если места для тебя здесь больше не найдется.
Осидо чувствовал, что серебристые глаза Цзинь Цяо — словно сверкающие наточенные клинки, способные искромсать его вдоль и поперек дюйм за дюймом. Он резко вздрогнул, заставляя себя мыслить хладнокровно:
— Ваше Высочество, дела минувших дней… всё это было лишь моей сиюминутной глупостью! Но ведь, как вы сами изволили заметить, трон в итоге достался вашей матушке, а у Его Величества по сей день нет других сыновей, кроме вас. Вы — истинный наследник империи по воле небес, и мои давние мелкие интрижки ничуть не отразились на вашем положении.
Тот сотрудник Королевской больницы, которого я подкупил, пошел на риск и помог мне исключительно из жажды наживы, после мы больше никогда не виделись, и с нынешними событиями это происшествие никак не связано, — Осидо угодливо улыбнулся Цзинь Цяо. — Вы правы во всём, во всем виноват лишь мой помрачшенный рассудок, раз я вздумал нести чушь перед лицом Его Величества. Это я запутался в том, какое место занимаю, и доставил вам хлопоты, приношу свои извинения.
Окончив тираду, Осидо поднялся на ноги, согнулся в полупоклоне и подался вперед:
— Вы прозрели давнюю тайну еще бог знает когда, но ни разу не донесли на меня Его Величеству, а я даже не удосужился проявить благодарность. Теперь, когда я понял ваши добрые намерения, нельзя ли… не могли бы вы и впредь хранить молчание об этом? Вы — будущий владыка империи, и я клянусь, что весь клан Сейл с величайшей готовностью послужит вам во всем, в чем вы будете нуждаться. Я могу прямо сейчас…
— Отец! — Приоткрытая дверь в конце левого левого коридора распахнулась настежь, и оттуда, прихрамывая, выскочила Карина, от которой разило резким запахом больничного антисептика. — Он еще даже не император! Если наш клан Сейл и должен кому-то служить, так это Его Величеству, с какой стати нам стелиться перед ним…
— Замолчи немедленно! — Осидо затрясся от бешенства. Значение желез для представителей классов A и O было очевидно само по себе: незаконная купля-продажа и замена желез являлись тяжким преступлением, сурово караемым имперскими законами. Стоило Цзинь Цяо предать это огласке, и весь клан Сейл покатился бы к чертям собачьим, а они с Карирой, чего доброго, лишились бы голов. Чего еще оставалось делать в такой ситуации, кроме как сдаться Цзинь Цяо на милость победителя, чтобы хоть как-то удержать шаткое положение?
Одернутая отцом Карина обиженно всхлипнула, утирая слезы тылом ладони, и перевела взгляд на Цзинь Цяо:
— Ваше Высочество, раз уж вы досконально во всем разобрались, то наверняка знаете: когда Его Величество задумал выбрать невесту, он еще вовсе не был знаком с императрицей! Я узнала Его Величество раньше нее, я никогда не была третьей лишней в их браке. С какой стати вы упорно возлагаете на меня вину за все несчастья их союза? Раз уж вам известна вся правда, почему вы по-прежнему смотрите на меня с таким презрением и в каждом вашем слове сквозит нескрываемая враждебность?
В глазах Карины пылало упрямство и бунт:
— Да, незаконная замена желез не разрешена законом! Но почему я должна смириться? Почему при полном соответствии всем требованиям я лишилась права побороться за статус невесты лишь потому, что моя изначальная совместимость с Его Величеством оказалась недостаточно высокой? Что плохого в том, что я боролась за свое счастье?
http://bllate.org/book/36378/4518586
Готово:
