…Исер Ланкастер, генерал-полковник, сегодня во главе Легиона Утренней Звезды триумфально вернулся домой. Согласно фронтовым сводкам, месяц назад генерал-полковник Исер Ланкастер собственными руками уничтожил Мать Звездных Зверей, официально положив конец длившемуся пять лет нашествию звездных зверей в Звездной системе Лафлан и совершив величайший подвиг во благо империи.
На экране бесчисленные звездолеты проносились по небосводу, словно метеорный дождь. Красноволосый зеленоглазый военный инсектоид — молодой, красивый, с прямой, как сосна, осанкой — излучал пронзительную холодность и жесткость, закаленные на полях сражений. Он легко выпрыгнул из звездолета, распустив огромные золотые крылья, и повел за собой вереницу воинов-инсектоидов в синеву небес. Казалось, мощные, оглушительные волны ликования способны прорваться сквозь экран и затопить всё вокруг.
Его Величество лично примет генерал-полковника Ланкастера и вручит ему высшую военную награду империи. Отныне генерал-полковник Ланкастер станет самым молодым генерал-полковником за всю историю. Эта приковывающая всеобщее внимание восходящая звезда…
Страстный голос ведущего оборвался, и экран погрузился во тьму.
Тонкая, жилистая рука отложила пульт дистанционного управления; в лучах утреннего солнца кожа казалась почти прозрачной.
Серис повернулся к окну: высокие панорамные стекла дробили свет, бросая резкие тени на его мягкие, утонченные черты лица.
На нем был дорогой шелковый халат, а длинные, густые темные волосы небрежно сплелись в косу и упали на плечо, добавляя этому похожему на резную белую фигурку трутню зрелой, ленивой грации.
Исер вернулся.
Холодный голос донесся из кухни — Алекс Ланкастер приблизился, держа в руке стакан с питательным раствором. Стакан глухо звякнул о поверхность обеденного стола.
Прием в его честь состоится вечером, ты тоже должен присутствовать.
Тон Алекса звучал так, будто он зачитывал раз и навсегда утвержденный график, не терпящий никаких возражений.
Серис слегка кивнул:
— Угу.
Днем он сначала заедет домой. Семь лет не переступал порог этого дома, отец-самец им крайне недоволен.
Алекс на мгновение замолчал, словно подбирая слова:
— Исер… странный тип. Увидишь его — держись подальше. Если он скажет что-нибудь странное, не обращай внимания.
Серис поднял взгляд. Его янтарные глаза, освещенные солнцем и напоминающие сладчайший сироп, безмятежно отражали фигуру Алекса.
Раз уж сам Алекс назвал кого-то странным, этот генерал-полковник Исер — нет, теперь уже генерал-полковник — определенно не был заурядным инсектоидом.
В семье Ланкастер всегда было темно и мутно.
— Я понял, — отозвался он.
Алекс, похоже, остался доволен его покорностью и перевел тему:
— Как Элиан? Домашний учитель говорил, что вчера он снова сорвал занятия по менструальной стабилизации.При упоминании ребенка в изначально безразличных глазах Сериса промелькнула легкая рябь, а голос стал мягче: Он еще мал, нестабильность ментальной энергии случается часто. Давай немного сбавим темп занятий, излишнее давление ни к чему хорошему не приведет.
Ты вечно его балуешь, — Ариэль слегка нахмурил брови, в его тоне проскользнуло недовольство. — Детский возраст инсектоидов — ключевой период для формирования характера, излишнее баловство сделает его лишь слабым.
Серис не стал возражать: спорить об этом было бессмысленно. Он лишь хотел, чтобы Элиан рос в безопасности и радости, в то время как Алекс желал видеть в нем бойца, соответствующего стандартам наследника семьи Ланкастер.
Опустив ресницы, он мягко сменил тему: Ранее я упоминал тебе о своей работе…
Я уже говорил тебе, Серис, — перебил его Алекс, в голосе которого послышалось легкое раздражение. — Какой смысл оставаться в подобном никудышном мелком отделе? Отстранили так отстранили, ты вполне можешь спокойно сидеть дома, неужели я не в состоянии прокормить собственного муж-трутня?
Пальцы Сериса слегка сжались.
Он прекрасно понимал, что имеет в виду Алекс. Запертой в клетке канарейке не требуется собственное небо.
Однако та работа в архиве Имперской ассоциации защиты трутней — спокойная и даже отчасти скучная работа, к которой Алекс относился с таким пренебрежением, — служила для него единственным выходом, позволяющим на короткое время вырваться и перевести дыхание в этой роскошной тюрьме.
Теперь же и этот выход оказался перекрыт.
Прокормить его? Как красиво сказано.
На самом деле он просто желал заточить его в клетке под названием брак.
Серис Хид и Алекс Ланкастер никогда не были влюбленной парой — лишь союзниками по политическому расчету, получавшими каждый свою выгоду.
Серису требовалось примкнуть к благородному и могущественному роду Ланкастер, чтобы обеспечить своей семье достаточные дивиденды; Алекс же после того происшествия нуждался в браке для укрепления своего публичного имиджа и политических перспектив, и мягкий, преданный Серис, вне всякого сомнения, являлся для него наилучшим выбором.
Их семейная жизнь текла тихо и безмятежно, будучи напрочь лишенной какой-либо страсти.
Помимо Алекса, у Сериса не было других партнеров. Такая моногамная семейная модель в высшем обществе империи, где трутни обычно владели бесчисленными наложниками и рабами-самками, считалась глотком свежего воздуха и добавляла немало очков к политическому имиджу Алекса.
Свадьбу Исера тоже пора выносить на повестку дня, — снова заговорил Алекс, словно рассуждая сам с собой. — Тот самый самец из Семьи Ортон уже потерял терпение. Прошло семь лет, он упорно отказывается возвращаться, брачный контракт слишком затянулся, и неудивительно, что этот самец не удержался и завел других воинов. Впрочем, три наложника, пять рабынь-самок и два ребенка — это действительно беспорядок.
Сегодня вечером нам нужно серьезно поговорить с Исером, чтобы он подготовился морально.
Как будущему главному мужу-инсектоиду у руля Семьи Ортон, ему важнее всего быть великодушным и добродетельным. Нельзя позволять собственному своенравию разрушать межсемейный союз.
Серис молча слушал, не вмешиваясь в разговор. Браки в подобных влиятельных кланах всегда были связаны с выгодой, а чувства являлись самой дешевой приправой.
Эту истину он уяснил уже давно.
Серис подумал про себя, что оставалось лишь пожелать этому генерал-полковнику Исеру удачи.
Короткий обмен репликами подошел к концу, и Алекс поправил воротник своего безупречного мундира: Я вернусь пораньше, жди меня, вместе поедем на банкет.
Хорошо.
Звук каблуков, отстукивающих по полу, был мерным и холодным, пока совсем не затих за дверью.
В огромной гостиной остался лишь один Серис. Он прислонился к дивану и закрыл глаза, отчего длинные ресницы отбросили тени на веки.
Пожалуй, стоит вздремнуть еще немного, — подумал он. — Все равно делать больше нечего.
Когда он проснулся, уже стоял полдень, и солнце светило вовсю.
Переодевшись в удобную домашнюю одежду, Серис вышел во двор. Здесь располагался маленький изящный сад, все цветы и травы в котором он холил собственными руками; разнообразные редкие декоративные растения зеленящимися зарослями источали тонкий аромат.
Он взял крошечные серебряные садовые ножницы и принялся аккуратно подрезать куст роз под названием Лунная красавица. Сок этого растения обладал слабыми успокаивающими феромонами, способными принести мир его смятенным мыслям.
Отец-самец…
Тихий, полный болезненной слабости голосок раздался за спиной.
Обернувшись, Серис увидел трехлетнего маленького воина Элиана, стоявшего у цветочной клумбы. Его нежное личико покрывал неестественный румянец, а большие сапфирово-синие глаза испуганно и влажно смотрели на него.
Элиан, почему ты встал? Тебе уже лучше? — Серис отложил ножницы, быстро подошел, присел на корточки и бережно прижал маленького воина к груди, ощущая, как его тельце слегка пышет жаром.
Соскучился по отцу-самцу. — Элиан уткнулся личиком в шею Сериса, жадно впитывая успокаивающий аромат, исходивший от отца-самца.
Серис мягко поглаживал его по спине, и голос его звучал с предельным трепетом: Где болит, скажи отцу-самцу.
Головокружение… не хочу на занятия… — обиженно пробормотал малыш.
Хорошо, сегодня мы не будем заниматься, отец-самец побудет с тобой. — Серис поцеловал его в лоб и, подхватив на руки, направился к садовым качелям.
http://bllate.org/book/36372/4517459
Готово:
