Во время лечения и восстановления съёмочную группу временами навещали разные люди.
Су Хан выразил ему свои извинения, но он с мягким характером попросил Су Хана не принимать это близко к сердцу.
Всё случившееся было злым умыслом недоброжелателей и никак не было связано с Су Ханом.
Хотя внешне Инь Су выглядел хрупким и утончённым, его способность к самоисцелению оказалась потрясающей: всего за неделю раны покрылись корочкой, и он уже мог свободно двигаться.
В ногах постепенно возвращалась чувствительность, однако он по-прежнему невозмутимо сидел в инвалидном кресле.
Спустя полмесяца съёмки фильма «Задний двор богатого особняка» официально подошли к концу, и съёмочная группа по традиции устроила банкет в честь завершения работы.
Восстановивший силы Инь Су, разумеется, тоже был среди приглашённых.
Он смотрел на жидкость в бокале, от которой исходил лёгкий, пьянящий аромат, но не спешил делать глоток.
Какой-то скрытный взгляд скользнул сквозь толпу и остановился на нём, полный недоброжелательного пыла и оценивающего осмотра.
Он с любопытством посмотрел на жидкость в стакане и сделал небольшой глоток — оказалось, что это слаще, чем он думал. Поцокав языком, он осушил половину бокала.
— Ты ведь Инь Су, да? Не ожидал, что ты будешь так хорош в своей первой же роли. Не мог бы ты меня поучить? Я наблюдал за тобой уже столько времени...
Несколько возбуждённый голос звучал в ушах назойливо и громко.
Он приоткрыл затуманенные глаза и не сразу смог разглядеть лицо стоящего перед ним человека, но от этого шума ему стало неприятно.
— Ты кто такой...
Его голос сохранял привычную холодность, но из-за лёгкого опьянения звучал немного невнятно.Ты меня не помнишь? Я же из той же съемочной группы, что и ты. Впрочем, да, куда уж мне до тебя — с первого же раза получить такую заметную роль! Нам, массовке, разве ж можно рассчитывать на твое внимание...
Тон собеседника постепенно менялся. У Инь Су ужасно кружилась голова, слушать дальше больше не было сил. Толкнув кресло-коляску, он направился в туалет.
Тошноту удалось подавить усилием воли, но в теле все равно ощущалась слабость.
Он лениво откинулся в кресле, а его темные зрачки слегка рассеянно блуждали.
Это вино совсем не похоже на то, что он пил в ином мире.
Дверь туалета отворилась, и к нему приблизились чьи-то шаги.
Наклонив голову, он попытался уехать, но обнаружил, что дверь туалета заперта изнутри.Чуть подняв глаза, он увидел перед собой пузатого мужчину средних лет.
И снова этот взгляд — словно покрытый слизью, источающий смрад разложения.
Желудок судорожно сжало, но хорошее воспитание удержало его от того, чтобы вырвать прямо здесь.
— Чего только не стоило мне добиться встречи с тобой! Что ты нашел в этом Чжао Цяне? Пустой мажор, который ни черта не смыслит в жизни. Вот пойдешь за мной — и получишь всё, чего ни пожелаешь.
Услышав имя Чжао Цяня, он лениво приподнял веки и так, вразвалочку откинувшись в инвалидном кресле, уставился на стоявшего перед ним располневшего мужчину.Генеральный директор Сунь облизнул пересохшие губы. В таком виде Инь Су был лишен мирской суеты, присущей другим, и, хотя он сидел, глядя на него снизу вверх, от него необъяснимым образом исходило ощущение высокомерия, словно он никого и ничего не ставил ни во что.
Его губы, влажные и алые от вина, заставляли кровь генерального директора Суня бежать быстрее, а внизу живота возникло тягостное напряжение. Он почти нетерпеливо бросился вперед, мечтая разом заключить это худощавое тело в объятия.
Однако, едва совершив рывок, генеральный директор Сунь застыл на полпути: чья-то рука, обхватившая его за горло, властно пресекла движение.
— Не смотри на меня так. Это нехорошо.
Глаза Инь Су всё еще были подернуты туманом, он вздохнул и слегка покачал головой. Услышав это, генеральный директор Сунь решил, что Инь Су просто кокетничает, пытаясь оказать последнее сопротивление. Он попытался перехватить тонкую бледную руку, сжимавшую его шею, но, стоило ему шевельнуться, как его зрачки невольно расширились, а лицо из бледного вмиг стало багрово-синим.
Инь Су сидел, слегка покачиваясь, подперев голову ладонью, и что-то бормотал, продолжая качать головой:
— Нехорошо, правда, нехорошо.
Теперь генеральный директор Сунь смотрел на безмятежный, затуманенный взгляд Инь Су, словно на самого дьявола. Его грузное тело рухнуло на колени, на шее вздулись вены, и из горла вырвался хрип умирающего.
Снаружи послышались беспорядочные шаги и обрывки встревоженного спора:
— Куда он мог деться, если рана еще не зажила? Всё из-за тебя, плохо присматривал!
— Послушайте, молодой директор Чжао, он взрослый человек, зачем следить за ним каждую секунду?
— Разве он такой же, как остальные? В таких местах полно всякого сброда, кто знает, не обидел ли его кто-нибудь.
— ...
Голоса приближались. Инь Су опустил взгляд — перед ним лежал генеральный директор Сунь, едва дышащий. Инь Су серьезно покачал головой и затащил мужчину в кабинку туалета.
— Убийство — это преступление, это нехорошо.
Как раз в этот момент дверь туалета распахнулась от удара. Едва Чжао Цянь вошел внутрь, как увидел раскрасневшееся лицо Инь Су и его глаза, затуманенные алкогольной дымкой.
— Ты пил?
Приблизившись, он уловил слабый запах вина, исходящий от Инь Су. Инь Су поднял голову и, протянув руку, ухватился за волосы Чжао Цяня. Его тихий голос, пропитанный хмелем, был подобен легкому дуновению ветра:
— Я пьян...
Сказав это, Инь Су не отпустил его, напротив, ему показалось, что эти мягкие короткие волосы невероятно приятно сжимать. Он дернул их пару раз, вспоминая о той бесперьевой птице, которую когда-то держал в клетке в ином мире.
Чжао Цянь наклонился ниже, всматриваясь в обычно холодные и отстраненные черные глаза, которые сейчас стали влажными и затуманенными. На бледном лице Инь Су играл пьяный румянец, а тщательно уложенные длинные волосы растрепались, и несколько прядей закрывали его изящные брови и глаза.Раздался звук глоткка, кадык Чжао Цяня слегка дрогнул, а в груди запылал пожар.
Инь Су прищурил полузакрытые глаза, протянул руку и прижал ладонь к груди Чжао Цяня.
— Как быстро бьется...
Чжао Цяню показалось, что даже кончики его пальцев покалывает от обжигающего жара.
Он наклонился, подхватил Инь Су на руки и кивнул У Миньюаню, который все это время отставал и не заходил внутрь.
— Откати инвалидное кресло обратно.
Уплочено же, нельзя добро переводить.
У Миньюань слегка растерялся, а когда вошел внутрь, то заметил в туалетной кабинке пару торчащих ног.
Подумав, что кто-то просто напился, он не стал ломать голову и покатил коляску на выход.
Инь Су сидел на руках у Чжао Цяня, его ледяное тело окутывало приятное тепло. Он самостоятельно устроился поудобнее, прикрыв глаза — судя по всему, он соображал уже с трудом.
Вот так, вольготно прижимая его к себе, Чжао Цянь вышел из банкетного зала. Проходя через холл, Инь Су бросил взгляд в дальний угол.
На того самого мужчину, который сам завел с ним разговор.
Надеюсь, удастся увидеться в следующий раз, ведь к мести он относился со всей серьезностью.
Вернувшись в поместье Цзыцзин, Инь Су уже успел сладко подремать несколько раз. Чжао Цянь уложил его на кровать и принялся нарезать круги — одновременно встревоженный и горящий желанием рискнуть.
Может, все-таки раздеть его? От него разит алкоголем, а чистюля Инь Су наверняка такое не любит.
Но с другой стороны, это ведь смахивает на пользование чужой беспомощностью.
Погодите-ка, разве он не щедрый покровитель? Он не только может раздеть своего маленького любимчика, но и уложить в постель!
Сказано — сделано. Раскрасневшись до кончиков ушей и с горящими глазами, Чжао Цянь принялся расстегивать пуговицы на одежде Инь Су.
Сначала показалась обычно наглухо запахнутая шея, ниже — изящные ключицы и едва вздымающаяся грудь. Бледная, но упругая кожа дюйм за дюймом открывалась в руках Чжао Цяня.
Глаза Чжао Цяня буквально вплавились в открывшуюся картину. Добравшись до последней пуговицы, он перевел взгляд на брюки Инь Су.
Хм, спать голышом полезно для здоровья, пожалуй, стоит снять всё.
Прикрываясь благовидным предлогом, Чжао Цянь положил руку на ширинку, но едва он успел ее коснуться, как кто-то схватил его за волосы и дернул вверх.
— Что ты делаешь?..
От испуга Чжао Цянь вздрогнул, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
Темный, пронизывающий взгляд уставился прямо на него. Чжао Цянь никак не мог понять, трезв Инь Су или нет.
Из последних сил скрывая панику человека, застигнутого за грязным делом, он с каменным лицом произнес:
— Я помогаю тебе обтереться.
Инь Су моргнул, его густые респы дрогнули, и во взгляде вновь проступило чистое простодушие.
— Спасибо, ты и правда хороший человек.
Чжао Цянь молча сполз с кровати и действительно принес таз с водой.
Вот только молодой директор Чжао сроду ни за кем не ухаживал. Стоило ему взглянуть на обнаженный торс Инь Су, как глаза начали разбегаться, а по мере обтирания полотенце и вовсе не понятно куда заблудилось.
Инь Су же просто лежал, немигающе глядя на него парой угольно-черных, сияющих глаз.
Лицо Чжао Цяня окаменело. Вспомнив всю свою выдержку времен заучивания семейных заветов, он мысленно принялся повторять «Сутру сердца Праджня-парамиты».
Утереть его оказалось целым испытанием — сам Чжао Цянь успел вспотеть с головы до ног.
Заметив явно сдерживающий дыхание силуэт, Инь Су моргнул и едва заметно, мягко улыбнулся.
Сохраняя невозмутимый вид и заметив, что Инь Су все еще провожает его взглядом, Чжао Цянь решил идти до конца в роли благородного мужа. С серьезным видом он произнес:
— Отдыхай, я пойду.
Распрямив плечи, он было направился к двери, но заметил, что Инь Су смотрит на него с застывшим выражением фарфоровой куклы — куда бы он ни двигался, этот взгляд следовало за ним по пятам.
Было очевидно, что сейчас сознание Инь Су туманено.
Только что ступившая за порог нога тут же вернулась назад, а Чжао Цянь принял прежнее невозмутимое выражение лица.
— В прогнозе погоды говорили, что сегодня будут грозы, так что я лучше останусь переночевать с тобой.
Прогноз погоды: вообще-то, мы такого не говорили.
Забравшись на кровать, он заметил, что Инь Су просто лежит с открытыми глазами и молчит. Чжао Цянь облегченно выдохнул, сбросил верхнюю одежду и тихонько лег рядом с Инь Су.
Голова Инь Су повернулась вслед за ним, продолжая сверлить его взглядом.
Чжао Цяню стало немного досадно.
Подумать только, он ведь тут главный босс, так почему же попытка забраться в постель к собственному любимчику вызывает у него такой трепет?
Поддавшись этому чувству обиды, он повернулся к Инь Су лицом, но стоило ему пошевелиться, как Инь Су закрыл ему глаза ладонью.
— Тсс, спи.
Выдохнутый горячий воздух пах опьяняющим вином, а мягкий, низкий и хриплый голос звучал невероятно приятно.
Стоило такому послушному молодому директору Чжао оказаться от него на столь близком расстоянии, как его рот сам собой растянулся в счастливой улыбке.
Он украдкой пододвинулся ближе, так что их плечи соприкоснулись.
Инь Су отвел руку, закрывавшую глаза Чжао Цяню, и опустил ее ему на грудь.
Бурлящая жизненная сила билась под его ладонью.
Чжао Цянь дважды моргнул под закрытыми веками, беспокойно ерзая. Убедившись, что Инь Су никак на это не реагирует, он наконец протянул руку, накрыл прохладную тыльную сторону ладони Инь Су и прижал его ладонь к собственной груди.
Охмеление принесло Инь Су расслабление, и изнуряющая дремота почти полностью накрыла его с головой.
Он чуть повел ногой под одеялом, закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.
Ничего не подозревающий Чжао Цянь был переполнен возбуждением до каждой клеточки тела. Мысленно провернув пару масштабных дел, он удовлетворенно облизал губы, крепко сжал лежащую у него на груди руку Инь Су и с блаженной улыбкой провалился в сон.
http://bllate.org/book/36354/4515102
Готово:
