— Цзи Бай, ты уже подумал, с кем хочешь сидеть за одной партой? Может, сядем вместе? Клянусь, во время уроков я буду вести себя тихо и ни капельки тебе не помешаю, только разрешай иногда списать домашку…
Сюй Хао повернулся с передней парты к Цзи Байю и заискивающе улыбнулся.
Цзи Бай словно витал в облаках, отрешённо уставившись на выход из класса, с совершенно затуманенным взором.
— Цзи Бай! Цзи Бай!
— О чём задумался, такой серьёзный? — Сюй Хао помахал рукой перед лицом Цзибая и с любопытством проследил за его взглядом. — Ждёшь учителя?
Услышав голос Сюй Хао, Цзи Бай постепенно пришёл в себя. Он потёр занемевшее лицо, возвращая фокус глазам, виновато улыбнулся Сюй Хао и покачал головой:
— Ничего.
Просто сегодня шёл третий день с тех пор, как он переродился и вернулся в свои семнадцать лет. Его до сих пор время от времени охватывало странное оцепенение, ведь он никак не мог поверить, реальна ли окружающая его действительность или это лишь призрачный, пустой сон.
В этом году он учился в предпоследнем классе старшей школы, и если память ему не изменяла, именно сегодня в их класс должен был перевестись Хэ Чэнь.
Хэ Чэнь.
Стоило этому имени всплыть в голове, как Цзи Бай невольно затаил дыхание, а в груди зародилось невыразимо сложное, щемящее чувство.
По правде говоря, в прошлой жизни их пути практически не пересекались. Вскоре после того, как Хэ Чэнь перевёлся в их школу, Цзи Бай попал в автокатастрофу и стал растительным овощем, прикованным к больничной койке на целых десять лет.
Непонятно, какая именно ошибка закралась в мироздание за эти десять лет, но душа Цзибая обратилась в бродячую кошку, которую в дождливую ночь подобрал возвращавшийся домой Хэ Чэнь.
Так в обличье кота он провёл рядом с Хэ Чэнем ровно десять лет.
Все эти десять лет он наблюдал, как Хэ Чэнь из угрюмого, замкнутого юноши превращается во влиятельного главу семьи Хэ в городе А, с которым никто не смел связываться; видел, какими безжалостными методами он уничтожал одного врага за другим, и видел, как он…
Перед глазами всплыли картины из прошлой жизни, когда он, будучи котом, находился подле Хэ Чэня. Мочки ушей Цзибая слегка покраснели от охватившего его сложного коктейля чувств.
В прошлой жизни он собственными глазами видел, как погружённый в мрачную одержимость Хэ Чэнь проявлял к нему — уже безмолвному растению на больничной койке — нежнейшую, пронзительную заботу.
Именно так: в прошлой жизни Цзи Бай пролежал в коме десять лет после аварии, и все эти десять лет Хэ Чэнь ухаживал за ним.
Он перевёл Цзибая в собственный реабилитационный центр, ежедневно обтирал его тело, делал массаж, разговаривал с ним так, будто тот был совершенно здоров, и даже целовал…
За те десять лет в образе кота он повидал всю жестокость, хладнокровие, вспыльчивость и маниакальную одержимость Хэ Чэня — но только не по отношению к нему самому, неподвижно лежавшему на постели. Цзи Бай всё ещё помнил, что из-за долгой комы его кожа тогда стала мертвенно-бледной, тело иссохшим и до ужаса уродливым. Однако Хэ Чэнь, казалось, вовсе этого не замечал: его движения были невероятно бережными, а взгляд — бесконечно мягким, и каждый раз, касаясь губами Цзибая, он словно целовал величайшее сокровище во всей своей жизни.
В прошлой жизни все вокруг твердили, что Хэ Чэнь сошёл с ума.
Да и как иначе? Быть настолько помешанным на человеке, который неподвижно лежит на кровати словно труп — разве это не безумие?
Воспоминания о прошлой жизни стояли у Цзибая перед глазами. Он точно знал, что никогда раньше не встречал Хэ Чэня. Если они не были знакомы прежде, с какой стати Хэ Чэню так хорошо относиться к совершенно чужому человеку?
Цзи Бай глубоко вздохнул, покачал головой, выгоняя из головы сумбурные мысли, закусил губу и снова устремил взгляд на дверь класса.
Зачем же Хэ Чэнь относился к нему с такой теплотой?.. Прожив новую жизнь, он непременно во всём разберётся.
— Боже мой, посмотрите, посмотрите! Это новый ученик перевелся? Какой красавчик!
— И правда красивый… но выглядит как-то неприступно.
— Ой, глядите, на его одежде кровь, как жутко…
— …
— …
Цзи Бай ещё не до конца пришёл в себя, как в классе вдруг поднялся шум, и всёобщее внимание привлёк вошедший парень.
Прямой нос, тонкие губы, глубокие черты лица.
На его белой рубашке алело несколько пятств крови, в руке он небрежно держал куртку, а на бледных пальцах тоже виднелись следы багрянца. Он стоял у входа, против света, длинные ресницы отбрасывали тень на веки, скрывая выражение глаз, а его взгляд — едва заметно и холодно — скользнул по всем присутствующим в классе.
Для подростка он был до нереального хорош собой.
Но неизвестно почему все, на кого падал его взгляд, невольно втягивали головы в плечи: казалось, будто на них уставился какой-то дикий зверь, отчего по спине пробегал ледяной холодок.
— Цзи Бай, ты только посмотри! — разглядев лицо Хэ Чэня, Сюй Хао вмиг переменился в лице и, поспешно повернувшись, заговорил шёпотом: — Я же забыл с утра тебе рассказать, сегодня в нашей школе произошло грандиозное ЧП!
— Ты же знаешь Фэн Ханя, главного школьного хулигана из старших классов? Сегодня утром кому-то умудрились сломать ему ногу!
— Я сам видел, когда шёл утром в школу, боже мой, зрелище просто до жути пугающее!
— А знаешь, кто сломал Фэн Ханю ногу? Вот этот новенький!
Сюй Хао тараторил без остановки, непрерывно качая головой: — Ты не видел, что там творилось: он прямо схватил стальную трубу и стал лупить ею Фэн Ханя! С такой жестокостью, что даже бандиты из триад не посмели бы так. Фэн Хань сразу на колени рухнул, если бы не подоспел учитель…
Цзи Бай наконец окончательно вернулся в реальность.
Однако он ничего не ответил Сюй Хао, лишь крепче закусил губу, сжав пальцы в кулаки, а затем поднял голову и посмотрел на парня, стоявшего у входа в класс.
В тот момент, когда он поднял глаза, их взгляды случайно пересеклись.
Взгляд в взгляд.
Цзи Бай невольно задрожал всем телом.
В прошлой жизни, когда он находился рядом с Хэ Чэнем в образе кота, взгляд того был ещё более мрачным и зловещим, чем сейчас. Чернильно-чёрные зрачки, словно затянутые туманом, не выдавали ни единой эмоции — от одного этого взгляда веяло могильным холодом и абсолютной безнадёжностью.
А теперь ему семнадцать…
Цзи Бай легко выдохнул, сердце его колотилось как безумное. Он постарался сделать вид, что ничего особенного не произошло, и отвёл глаза, чувствуя, как уголки глаз защипало от выступивших слёз.
Десять лет преданности. Пусть он и оставался рядом лишь бессловесным котом, но изо дня в день воочию наблюдал, как этот одержимый безумец проявлял столько нежности к нему — уродливому существу, похожему на растение.
Даже каменное сердце от такого растаяло бы.
Все вокруг твердили, что Хэ Чэнь — сумасшедший, все его боялись, и никто не смел к нему приблизиться.
Но для Цзибая этот человек за те десять лет прошлой жизни стал единственным источником тепла и спасения.
Прошло всего несколько дней с момента его перерождения, и всё это время он чувствовал себя так, будто ступал по облакам: тревожно и боязно, не зная, в какой момент оступится и сорвётся в грязь.
Но в эту секунду, глядя на стоящего невдалеке юношу с окровавленной рубашкой, мрачным и холодным взглядом, его сердце наконец обрело твёрдую почву под ногами.
— Так, тихо все, хватит шуметь! — классный руководитель Ван Цзяньго кашлянул, бросил короткий взгляд на Хэ Чэня и тут же поспешно отвёл его, постучав указкой по столу. — Это наш новый ученик, который перевёлся к нам в этом семестре — Хэ Чэнь.
— Кто-нибудь хочет сесть с новым учеником за одну парту?
Как только эти слова слетели с его губ, во всём классе воцарилась абсолютная тишина.
Честно говоря, судя исключительно по внешности, многие девочки втайне мечтали оказаться за одной партой с красавцем-новеньким, но стоило им вспомнить о пятнах крови на его одежде и ауре отчуждения…
Новый ученик был невероятно хорош собой, но взгляд у него действительно внушал жуткий страх!
Отсутствие желающих было вполне ожидаемым для Ван Цзяньго. В конце концов, даже он, учитель, находил этого новенького пугающим и неприступным. Сначала он хотел просто назначить ему любое свободное место, но, вспомнив о предупреждениях насчёт бэкграунда Хэ Чэня, переданных ему при переводе…
Поразмыслив пару секунд, он выдавил из себя неловкую усмешку, посмотрел на Хэ Чэня и заискивающе произнёс: — Хэ Чэнь, может, ты сам выберешь, где хочешь сидеть?
Хэ Чэнь услышал это и слегка приподнял веки.
Его взгляд, казалось бы случайно, скользнул по Цзи Байю, сидевшему у окна, и тут же вновь отвернулся. Лицо его оставалось непроницаемым, а в тёмных глазах бушевали скрытые омуты. Спустя мгновение он указал на пустующую парту в самом конце класса.
Он уже собирался заговорить.
Как в следующую секунду увидел, что Цзи Бай поднимается со своего места.
— Учитель, я хочу сидеть с ним.
Услышав это, Хэ Чэнь резко сузил глаза, зрачки его чуть дрогнули. Он медленно перевёл взгляд на стоявшего посреди класса Цзибая, и его глаза внезапно покраснели.
В этом взгляде читалась жажда, смешанная с колоссальным усилием воли.
Столкнувшись с его глазами, Цзи Бай почувствовал странное напряжение в груди, сердце забилось чаще. Закусив губу и сжав немеющие под партой пальцы, он заговорил снова: — У… у меня рядом есть свободное место, новый ученик может сесть со мной.
Услышав это, Ван Цзяньго с облегчением выдохнул, кивнул и посмотрел на Хэ Чэня: — Хэ Чэнь, как насчет этого?
Хэ Чэнь опустил глаза, скрывая эмоции, и ничего не ответил учителю. Помолчав секунду-другую, он зашагал в сторону Цзибая.
— Цзи Бай, ты совсем рехнулся?! — провожая глазами шагающего к ним Хэ Чэня, Сюй Хао испуганно повернулся к соседу. — Ты не видел кровь на его одежде? Ты что, пропустил мимо ушей всё, что я только что говорил? Этот Хэ Чэнь безумно опасен, с какого перепугу ты решил с ним соседствовать?!
Его тирада оборвалась на полуслове. Увидев, как Хэ Чэнь небрежно бросил куртку на парту, Сюй Хао мгновенно сменил цвет лица с бледного на серо-зелёный, кашлянул, сделал вид, будто ничего не происходит, и стремительно отвернулся, до смерти боясь, что этот громила услышит его слова.
Господи боже, в первый же день перевестись в школу и сломать ногу школьному хулигану, а потом преспокойно сидеть здесь…
Безумец он или нет, но Сюй Хао точно не собирался нарываться на неприятности.
А Цзи Бай улыбнулся.
Наблюдая, как Хэ Чэнь спускается от учительской кафедры и садится рядом с ним, он слегка приподнял уголки губ и незаметно шмыгнул носом.
От Хэ Чэня всегда исходил потрясающий аромат — смесь кедра и мяты с лёгким оттенком прохладной меланхолии, которая странным образом успокаивала.
В прошлой жизни, превратившись в кота, он чувствовал себя в безопасности, стоило лишь уловить этот запах. А теперь, после перерождения, он наконец-то снова вернулся к этому человеку.
Мысленно подбодрив себя, Цзи Бай повернулся и набрался храбрости, чтобы посмотреть на Хэ Чэня, находившегося от него менее чем в двадцати сантиметрах.
— Привет, меня зовут Цзи Бай, я…
— Я знаю.
Не успел Цзи Бай договорить, как Хэ Чэнь прервал его.
Парень полулежал на стуле, три верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, открывая нездорово бледную кожу, а чуть ниже можно было разглядеть резкие, сильные линии талии. Его чернильно-чёрные глаза, в которых не читалось никаких эмоций, были прикованы к Цзибаю.
Цзи Бай опешил, чувствуя себя немного растерянно.
Хэ Чэнь же улыбнулся.
Сейчас белки его глаз были пронизаны красными прожилками, а от одежды всё еще пахло свежей кровью — стоило лишь подумать о том, как ужасно он выглядит со стороны, как он тут же испугался, что может напугать Цзибая. Поэтому Хэ Чэнь легко вздохнул, отвернулся, уставившись в какую-то точку на парте, и лишь спустя мгновение бесстрастно произнёс: — Ты Цзи Бай, я знаю.
Профиль у Хэ Чэня был невероятно красив: глубокие, утончённые черты лица. Если бы не эта неизбывная аура мрачности вокруг него… он наверняка нравился бы очень многим.
Глядя на это лицо, на которое в прошлой жизни он смотрел целых десять лет, Цзи Бай вновь невольно потерял дар речи. От этих мыслей его мочки ушей порозовели. Он кашлянул, пытаясь сделать беззаботный вид, и осторожно поинтересовался: — Откуда ты знаешь, как меня зовут?
Он хотел узнать причину. Хотел понять, почему Хэ Чэнь, не имевший с ним ничего общего в прошлой жизни, относился к нему с такой невероятной заботой.
Услышав этот вопрос, пальцы Хэ Чэня едва заметно замерли.
Несколько секунд спустя он, кажется, тихо усмехнулся и негромко ответил: — Первый ученик на параллели. Видел твою фотографию у входа в школу, когда оформлял документы о переводе.
Цзи Бай задохнулся от неожиданности.
И правда, чтобы подстегнуть учеников усердно готовиться к экзаменам, школа каждый семестр вывешивала рейтинги успеваемости, а фотографии трёх лучших учеников красовались на самом видном месте у ворот.
В этой жизни Цзи Бай уже успел забыть об этом, но после слов Хэ Чэня ему стало одновременно и неловко, и смешно.
То, что сказал Хэ Чэнь, было явной ложью.
Он знал его задолго до этого.
Но когда же они познакомились на самом деле?
Пока Цзи Бай пребывал в задумчивости, его взгляд невольно упал на Хэ Чэня, и в поле зрения внезапно попало пугающее багровое пятно.
Сердце помимо воли сжалось, и, не успев подумать, он выпалил: — Ты ранен, когда дрался с кем-то? Здесь столько крови! Пошли со мной в медпункт, давай я провожу тебя?
Хэ Чэнь молчал. Цзи Бай немного заволновался, поднял глаза — и прямо утонул в этих чернильно-чёрных омутах.
Он кашлянул, запоздало ощутив неловкость.
Сейчас была не прошлая жизнь, они с Хэ Чэнем виделись буквально впервые, не слишком ли явно он выказывает свои чувства?
Но заметив раненую руку Хэ Чэня, Цзи Бай тяжело вздохнул — тревога в его груди не унималась. Замешкавшись на полсекунды, он закусил губу и вновь нерешительно произнёс: — Твоя рука повреждена, разве тебе не больно? Может… всё-таки сходим в медпункт?
Хэ Чэнь по-прежнему молчал.
В этот момент, глядя на сидящего перед ним человека, он видел, как Цзи Бай слегка нервничает, его взгляд бегает, но карие глаза неотрывно смотрят на него, длинные ресницы трепещут, а мочки ушей покраснели.
Он был так близко.
Хэ Чэнь чувствовал дыхание Цзибая, ощущал его запах, видел каждый крошечный волосок на его лице.
Он глубоко вздохнул, и его взгляд опустился на покрасневшие мочки ушей Цзибая.
В глазах потемнело, горло кадыком дернулось, и он едва заметно скривил губы в улыбке, полной неясных эмоций.
Живой Цзи Бай.
Настолько живой, настолько прекрасный Цзи Бай.
Глаза Хэ Чэня слегка покраснели, он сжал кулаки, из последних сил сдерживая дикое желание притянуть его и поцеловать, и подавил все поднявшиеся внутри эмоции.
Он не мог поддаваться импульсам.
Он не должен напугать своего Цзибая.
Небеса подарили ему второй шанс, позволили вернуться в то время, когда Цзи Бай ещё не попал в автокатастрофу — что бы ни случилось, он будет дорожить им изо всех сил.
Поэтому, задавив бушующие в груди чувства, Хэ Чэнь посмотрел на Цзибая. Его кадык снова дернулся, он легонько провёл языком по губам и прямо заглянул в глаза Цзибаю:
— В медпункт? Пойдём, ты меня проводишь.
http://bllate.org/book/36351/4514727
Готово:
