Спуститься с горы было уже достаточно утомительно, а если бы его заставили забраться обратно, он бы и впрямь умер на полпути.
Тот юноша больше ничего не говорил, у Юнь Хэна тоже не оставалось сил на разговоры, и оба погрузились в тишину. Она прервалась лишь тогда, когда Юнь Хэн заметил пару светящихся глаз и от испуга издал короткий тихий вопль.
Система сбоку издала насмешливый звук:
— Даже обычная сова смогла напугать тебя до такого состояния.
В то же время юноша за спиной Юнь Хэна тоже фыркнул: хотя он не произнес ни слова, презрения в этом звуке было хоть отбавляй.
Юнь Хэн: «……»
— Как тебя зовут? — спросил Юнь Хэн.
Юноша молчал.
— Как ты получил ранения? — спросил Юнь Хэн.
Юноша молчал.
Юнь Хэн тоже молчал.
— Если будешь так себя вести, тебе придется туго, — не выдержав, заговорил Юнь Хэн. — Например, я в порыве гнева могу просто бросить тебя здесь.
Юнь Хэн издал недовольное мычание:
— Видишь этот лес? В нем вполне могут водиться волки, тигры и ядовитые ядовитые змеи. Если я оставлю тебя здесь, от такого, как ты, к завтрашнему дню даже костей не найдут. Боишься?
На этот раз юноша наконец подал голос, но вовсе не для того, чтобы проявить мягкость — в его тоне по-прежнему сквозило полное равнодушие:
— Тогда брось меня здесь.
Шаги Юнь Хэна не замедлились. Он перевел взгляд, стряхнув упавшие на ресницы дождевые капли, и тихо усмехнулся:
— Ну нет, пожалуй, не буду.
Дождь наконец почти стиг, и глухая темная ночь близилась к концу. Всю дорогу Юнь Хэна то пугали выскочившие из укрытий крысы, то наводил ужас хвост змеи, свернувшейся кольцом на ветке, а то и вовсе какие-то светящиеся глаза неизвестных зверей.
Он вздрагивал от каждого шороха, и в конце концов Юнь Хэн от страха принялся про себя зачитывать число пи.
Наконец, когда сквозь облака пробился первый луч солнца, Юнь Хэн обнаружил небольшую хижину.
Пусть она была немного ветхой, для Юнь Хэна это просто роскошный особняк.
Дрожащими ногами Юнь Хэн толкнул деревянную дверь хижины. Судя по всему, здесь уже очень давно никто не жил, и всё было покрыто толстым слоем пыли.
— Меня зовут Син Цзян.
Юнь Хэн, еще погруженный в радость от нахождения убежища, внезапно услышал голос за спиной:
— А?
— Я собирался вступить в Секту Сотни Душ, но проиграл, — произнес юноша.
Юнь Хэн протянул короткое «о».
Он опустил юношу на порог у входа, сам опустился рядом, чувствуя, как дрожат ноги, и, махнув рукой на всё, плавно растянулся на спине:
— Сил моих больше нет.
Целую ночь тащить на себе ношу — он еще никогда в жизни не подвергал себя таким физическим нагрузкам.
— Тогда почему ты не бросил меня? — спросил юноша по имени Син Цзян.
Юнь Хэн усмехнулся:
— А как ты думаешь?
Син Цзян повернул голову и посмотрел на Юнь Хэна. Солнечный свет падал сквозь щели в крыше, мягко озаряя лицо молодого человека. Только сейчас, проведя с ним целый на спине целый ночной переход, он впервые смог толком разглядеть того, кто носил его всю ночь.
Син Цзян никогда не видел ничего по-настоящему прекрасного. Самым чудесным в его воспоминаниях было то, как много лет назад он нашел в ручье белую, гладкую, словно нефрит, речную гальку.
При солнечном свете она источала мягкое сияние.
Он очень дорожил ею, но, к сожалению, во время одной из драк ее кто-то отобрал.
В этот самый миг ему вдруг показалось, что этот юноша в точности похож на ту самую гальку из его воспоминаний.
Син Цзян опустил взгляд, принимая холодный и отстраненный вид:
— Чего ты хочешь получить от меня?
Юнь Хэн через силу приподнялся и прислонился спиной к косяку:
— Меня зовут Юнь Хэн.
Услышав это имя, Син Цзян слегка приподнял веки, а спустя мгновение отозвался:
— Хм.
Похоже, он знал это имя.
Юнь Хэн остался доволен.
Прежний владелец тела был-таки некогда первейшим геднием и пользовался определенной известностью, так что обманом заполучить ученика, пожалуй, не составит труда.
— Ты кажешься мне неплохим парнем, я хочу сделать тебя своим учеником, — слегка кашлянув, с абсолютно серьезным видом произнес Юнь Хэн.
Син Цзян посмотрел на него:
— Почему?
— Слышал такое выражение? — Юнь Хэн озарил его лучезарной улыбкой и протянул руку, чтобы похлопать Син Цзяна по плечу. — Один день учитель — отец на всю жизнь.
— Я хочу найти того, кто будет обеспечивать мне старость.
—……
Юнь Хэн ждал ответа от Син Цзяна, но прождал добрую половину дня, а от собеседника не донесся ни единый звук.
Система хмыкнула неподалеку:
— Он вырубился.
—……
Глава 3
И впрямь вырубился.
Юнь Хэн подступился к Син Цзяну поближе, пригляделся: голова юноши безвольно свесилась набок, а губы были совершенно бескровными.
Юнь Хэн протянул руку к носу Син Цзяна, проверил дыхание и с облегчением выдохнул:
— Живой еще.
Пока что оставив Син Цзяна в покое, Юнь Хэн оглядел полуразрушенную хижину.
Кровать, стол и горы всякого разного хлама.
Юнь Хэн оттащил в сторону весь этот мусор, с горем пополам расчистил ложе, а затем перетащил Син Цзяна на кровать.
Ловко и споро распустив одежды Син Цзяна, он при виде открывшихся ран невольно затянул сквозь зубы:
— Тьфу ты...
Хотя всю дорогу он тащил его на себе и знал, что тот ранен, но поскольку Син Цзян сохранял сознание, Юнь Хэн думал, что ничего страшного не произошло. Однако теперь, стоило взглянуть повнимательнее...
Тело юноши не отличалось особой мощью, даже напротив, казалось худоватым, и сплошь было покрыто ранами. Самой страшной была сквозная рана на плече, а на бедре зияла еще одна — такая глубокая, что виднелась кость, не говоря уже о множестве мелких и крупных порезов. Оставалось только гадать, не переломаны ли у него кости.
Из-за шедшего дождя Юнь Хэн тогда даже не осознавал, что Син Цзян истекает кровью.
То, что он продержался до сего момента, можно было назвать настоящим чудом.
Юнь Хэн посмотрел на Систему и протянул руку.
Система: «?»
— Чего тебе?
— Одолжи денег.
Система остолбенела, ее крупные круглые глаза расширились от изумления:
— Ты просишь у меня денег?
— Без денег как найти лекаря? Как его лечить? Ты ведь не хочешь, чтобы он вот так взял и помер? Это же мой первый ученик, — заявил Юнь Хэн.
Тут же Юнь Хэн снова нахмурился:
— И вообще, ваша Система совсем не человечна, даже никаких стартовых накоплений не предусмотрено.
Система бесстрастно изрекла:
— Если ты успешно примешь ученика, тебе выдадут подарочный набор.
Юнь Хэн указал на лежащего на кровати Син Цзяна:
— Ау, разве это не мой ученик?
Система сдержала порыв закатить глаза:
— Вы еще не мастер и ученик, он не соглашался становиться твоим учеником.
Юнь Хэн презрительно цыкнул, сообразив, что на Систему надежды нет, и решил передохнуть немного перед тем, как самому отправиться на поиски выхода.
Кое-какие целебные травы он различал, но всё же не был лекарем и понятия не имел, нет ли у Син Цзяна внутренних повреждений.
Он не считал себя большим любителем совать нос в чужие дела, но всё же не мог спокойно смотреть, как на его глазах умирает человек.
Юнь Хэн подумал, что в этой жизни ему, видимо, суждено вечно крутиться и хлопотать: едва ступив на землю этого мира в первый же день, он уже пустился в бесконечные скитания.
Впрочем, удача ему улыбнулась: пройдя около полукилометра, он увидел торговый посёлок.
И лишь заметив снующих туда-сюда людей и уличных торговцев, Юнь Хэн на мгновение ощутил жгучую реальность происходящего: это действительно другой мир.
Он — это Юнь Хэн, но в то же время и не Юнь Хэн.
Юнь Хэн тяжело вздохнул. Система, наблюдая за его выражением лица, подала голос:
— Проникся?
— Да уж, проникся до глубины души, — отозвался Юнь Хэн. — Никогда еще мой карман не был настолько пуст.
Он любил копить всякие полезные вещицы — возможно, из-за того, что в прошлой жизни ему не хватало чувства безопасности, и он всегда старался собрать про запас все самое важное на случай, если однажды окажется в безвыходном положении.
Юнь Хэн отыскал лекаря. В лавке почти никого не было, и он направился внутрь:
— Я...
Мальчик-слуга, растиравший снадобье, завидев Юнь Хэна, сначала остолбенел, а затем расплылся в улыбке:
— Молодой господин, вас что-то беспокоит?
Хотя одежды юноши были потрепанными, черты его лица поражали своей красотой, и с первого взгляда было ясно, что он не простой человек.
Юнь Хэн подбирал слова:
— Видите ли, один мой друг получил ранение, я бы хотел попросить лекаря нанести визит на дом.
— Вот оно как, мой учитель как раз свободен, — откликнулся мальчик и уже повернулся, чтобы окликнуть старика в глубине комнаты, как Юнь Хэн торопливо добавил:
— Только вот у меня сейчас совершенно нет денег. Просьба, пожалуй, прозвучит дерзко, но нельзя ли в долг? Я верну всё, как только мои дела пойдут на лад, — с заметным чувством вины произнес Юнь Хэн.
Скажи такое кто-то другой, слуга бы тут же выгнал его взашей, но стоявший перед ним юноша был бледен, слегка опустил глаза, а его ресницы трепетали, источая хрупкость и беззащитность.
Мальчик мгновенно смягчился:
— Разумеется, долг врача — спасать жизни, мой учитель...
Слуга не успел договорить, как у входа послышался топот шагов, и раздался голос, в котором удивление смешивалось с откровенным отвращением:
— Разве это не Лорд Юнь Хэн?
Юнь Хэн обернулся: группа из пяти учеников в белых одеждах с голубыми поясами пристально смотрела на него.
Это были ученики Секты Сотни Душ.
В голове Юнь Хэна пронеслось: Ого.
Система: «Ого».
Старший из учеников холодно усмехнулся:
— У Лорда Юнь Хэна еще хватает наглости показываться людям на глаза! Ты опозорил секту, заигрывал с соучениками, раз за разом нарушал правила и поднял руку на собственного старшего брата — и после всего этого у тебя хватает стыда стоять здесь?
Другой ученик гневно поддержал его:
— А Сювэнь до сих пор плачет! Он говорит, что это ты принудил его, и он едва не покончил с собой! До чего же ты противен!
Юнь Хэн помолчал немного, а затем неожиданно спросил:
— И что, он помер?
— Чего... — Тот ученик не поверил своим ушам, а затем рассвирепел еще сильнее. — Да как ты смеешь такое говорить?!
Задавая этот вопрос, Юнь Хэн действительно не вкладывал в него дурного смысла — он просто хотел узнать, жив ли тот самый ученик, которого Цинь Чэн притащил к нему в постель. Он-то думал, что Цинь Чэн заместил бы следы преступления.
Старший ученик одарил его леденящим взглядом, полным омерзения:
— Если у такого человека, как ты, осталась хоть капля самоуважения, тебе стоило бы давно покончить с собой, чтобы смыть позор перед учителем и сектой.
Юнь Хэн вообще-то пришел сюда не для того, чтобы препираться, — ему был нужен лекарь.
Однако, когда Юнь Хэн повернулся к мальчику-слуге, который только что был столь любезен, то заметил, что взгляд того изменился. Поймав взгляд Юнь Хэна, мальчик отвел глаза:
— Простите, молодой господин, учитель только что сказал, что у него больной, которого срочно нужно навестить, так что времени у него, пожалуй, не найдется.
Вполне ожидаемо.
Юнь Хэн кивнул, не собираясь затевать скандал, и молча вышел из лечебницы.
http://bllate.org/book/36349/4514578
Готово:
