Два года назад он сообщил Ци Цзю, что они расстаются, и тайком подал заявку на вступление в армию, надеясь таким образом разойтись с Ци Цзю и жить спокойно по отдельности. Он и представить не мог, что в Военном ведомстве его подставит один имеющий связи страж, с которым у них были натянутые отношения, — ему принудительно поручили задачу по сканированию и исследованию Зоны Загрязнения.
Исследовательские зоны представляли собой изолированные участки суши, отделенные от пригодных для жизни мест Зонами Загрязнения и океанами; они могли как подвергнуться заражению, так и остаться чистыми.
К несчастью, зона, доставшаяся Юй Яньсину, оказалась тяжело заражена. В тот момент он в одиночку пилотировал боевой истребитель и с невероятным трудом прорвался сквозь стаю мутировавших птиц в Зоне Загрязнения, но вместо спасения его ждал еще более опасный сектор.
Не успел он приземлиться, как на двухсотметровой высоте в прицел попала огромная, размером с дерево лесная обезьяна. Поняв, что дело плохи, он резко сжал штурвал и сменил курс, собираясь лечь на обратный путь, однако попал внезапный шторм и был вынужден совершить аварийную посадку на изолированном острове.
Он прятался в истребителе, пережидая бурю, но не ожидал, что буря еще не закончится, а Ци Цзю уже прибудет.
При встрече оба они выглядели безумцами.
Забыв обо всякой бдительности, он прижал Ци Цзю к земле и вцепился в него зубами — его снедала ярость на Ци Цзю за то, что тот явился сюда. В такую-то бурю, да еще когда вокруг рыщут свирепые иноземные звери — что делать, если он погибнет?
Глаза Ци Цзю были налиты кровью; не говоря ни слова, тот набросился в ответ и ввязался в драку, ожесточившуюся настолько, что тот вел себя даже свирепее него: одной рукой схватил его за запястья, а другой вцепился в горло, словно собирался загрызть насмерть.
В конце концов схватка переросла в столкновение истинной энергии, и они устроили побоище на славу.
Будучи стражем, он тогда почему-то так и не смог одолеть Ци Цзю.
Удар за ударом, боль стала невыносимой, и он потребовал остановиться. Ци Цзю к тому моменту уже представлял собой сплошной синяк и кровоподтек; он остановился, но взгляд его остался ледяным — тот накрепко опутал его духовными нитями, по-прежнему отказываясь говорить и отпускать.
Пробыв связанным целый день — Ци Цзю ничего не ел, не пил и не разрешал ему шевелиться, — ему пришлось усмирить свой нрав и приняться того ублажать. Стоило ему произнести первое ласковое слово и назвать того сокровищем, как Ци Цзю расплакался и спросил, не передумали ли они расставаться. Он ответил, что нет. Тот спросил, не собирается ли он снова сбежать, и он пообещал, что больше не сбежит.
Они помирились и решили пожениться сразу после возвращения. Переждав бурю, они двинулись в обратный путь, но на этот раз не смогли миновать стаю обезумевших птиц, рухнули прямо в Зону Загрязнения и угодили в сезонный летний наплыв иноземных зверей.
Плотной стеной, заслоняя собой все небо, двигались иноземные звери, мутировавшие до такой степени, что первоначальный облик уже невозможно было распознать.
Иноземные звери сражались и друг с другом: пятиметровое чудовище с львиным телом и орлиной головой сошлось в схватке с гигантским крылатым серым слоном с непостижимо длинной шеей, одним ударом выбивая в земле глубокие воронки.
Истребитель был разбит налетевшими птицами, и у них с Ци Цзю оставалось всего несколько ионных пушек, так что им приходилось одновременно отправлять сигналы бедствия в Белую Башню и Военное ведомство и искать укрытие.
Ци Цзю явился за ним без разрешения Белой Башни. Белая Башня и так разыскивала Ци Цзю, а получив сигнал бедствия, немедленно выслала сотни беспилотников, но ни один из них не добрался до него целым.
Поскольку безопасность спасателей тоже нельзя было сбрасывать со счетов и отправлять людей на их поиски в Зону Загрязнения во время разгула иноземных зверей никто бы не стал, Белая Башня и Военное ведомство могли лишь приказать им ждать.
Ожидание давалось тяжело. Они забрали из истребителя все припасы, воды и еды было вдоволь, но подходящего и достаточно безопасного укрытия найти не удавалось.
Иноземные звери сновали повсюду; по правде говоря, в глазах чудищ они с Ци Цзю казались слишком мелкими и не рассматривались как добыча, однако в пылу схваток те могли запросто растоптать их насмерть одним движением лапы.
За два дня до стихания нашествия иноземных зверей, защищая его, Ци Цзю исчерпал всю свою духовную силу, его духовная сфера иссохла, и, решив, что умирает, он вцепился в него, точно осьминог, и потребовал не сметь забывать о нем.
Сквозь слезы он пообещал. И стоило ему дать слово, как Ци Цзю улыбнулся и сказал, что разрешает ему найти другого проводника, но возразить тот уже не успел — Ци Цзю закрыл глаза.
Прижимая к себе потерявшего сознание Ци Цзю, он чувствовал, как еще бьется его пульс, и безостановочно говорил с ним, надеясь хоть на малейший отклик.
Ответа не было. Но наконец подоспело Военное ведомство.
За те два дня, что прошли от потери Ци Цзю сознания до прибытия спасателей, Юй Яньсин бессчетное количество раз срывался, виня себя в собственной никчемности.
— Юй Яньсин, что с тобой? — Ци Цзю обнял Юй Яньсина. Тот уткнулся лицом в стол, и Ци Цзю видел лишь то, как слезы каплями падают на пол.
Забыв о том, что в конференц-зале находятся и другие люди, Ци Цзю схватил со стола пачку салфеток, опустился на корточки, заглянул под столешницу и заглянул Юй Яньсину в глаза: — Что случилось?
Встретившись взглядом с привычными светло-голубыми глазами Ци Цзю, Юй Яньсин почувствовал, как сердце на миг перестало биться — перед глазами встало видение: эти самые глаза отчаянно борются, но все равно закрываются. Он не мог смириться с мыслью о смерти Ци Цзю.
— Ци Цзю, пообещай мне, что бы ни случилось, ты не пойдешь в Зону Загрязнения, — тихо произнес Юй Яньсин, зная, что именно в таком тоне ему проще всего добиться от Ци Цзю согласия.
Ци Цзю нахмурился. Он всегда стоял на своем, и если бы Юй Яньсин собрался в Зону Загрязнения, он бы непременно пошел следом.
Но вид плачущего Юй Яньсина разжалобил его до глубины души.
Вытерев лицо Юй Яньсина салфеткой, Ци Цзю мягко уговорил его: — Всё это еще вилами по воде писано. Может статься, Военное ведомство даже не примет помощь Белой Башни, и нам вообще не придется туда ехать. Не плачь.
Не успело стихнуть его эхо, как дверь конференц-зала распахнулась, и Главное управление, застыв на пороге, бросил: — Юй Яньсин, выйди со мной.
Догадавшись, что речь идет о деле Цзо Юя, Юй Яньсин коснулся щеки Ци Цзю: — Я с хожу ненадолго, подожди меня здесь.
— Если ты идешь, то и я иду. — Лицо Ци Цзю слегка изменилось, он вылез из-под стола и последовал за ним к выходу.
— Ци Цзю, тебе не нужно идти. — Главное управление увлек Юй Яньсина к своему кабинету, бросив на Ци Цзю сердитый взгляд, но тот упорно увязался следом.
Оказавшись в коридоре, Главное управление окончательно потерял терпение и рявкнул на Ци Цзю: — Ты по-русски не понимаешь?
Ци Цзю прищурился, и тон его тоже не предвещал ничего хорошего: — Почему Юй Яньсина вызывают одного?
— Ци… — Юй Яньсин уже собирался вмешаться, как дверь кабинета отворилась изнутри.
Оттуда вышел высокий страж с пятью звездами на погонах формы, за которым следовал проводник с миловидным лицом.
— Отец, ты почему здесь? — Ци Цзю уставился на высокого стража. Корпус А11, где они находились, был рабочим зданием Департамента общественной безопасности, а Отец Ци занимал пост заместителя министра административного департамента и появляться здесь был вовсе не должен.
— Что такое? В Белой Башне есть места, куда мне вход заказан? С возрастом ты совсем растерял манеры, Сяо Цзю, — прищурившись, улыбнулся Отец Ци, а затем перевел взгляд на Главное управление: — Человека, которого вы просили, я привел. Это Янь Юй.
Он повернулся и указал на проводника за своей спиной.
Янь Юй слегка улыбнулся: — Здравствуйте, начальник управления.
— Здравствуй. — Главное управление кивнул.
— Кого велели — привели, я пойду. — Отец Ци схватил Ци Цзю за плечо: — Эту занозу я тоже забираю с собой — его мать послезавтра ложится на операцию, а этот мальчишка вечно дома не ночует.
Главное управление снова кивнул, однако Ци Цзю уходить не желал, ведь его терзал вопрос, зачем Главное управление вызвал Юй Яньсина: — Отец, у меня серьезное дело.
— Какое у тебя может быть серьезное дело? Дело лаборатории уже передано в Военное ведомство, Белая Башня выступает лишь в роли помощника. Тебя в списках помощников нет, так что нечего лезть не в свое дело. — Отец Ци силой потащил Ци Цзю за собой.
Не веря своим ушам, Ци Цзю оттолкнул Отца Ци и со спины обнял Юй Яньсина: — Если Юй Яньсин отправляется в Военное ведомство, то и я должен с ним, я должен защищать его от Духовного заражения.
Главное управление потер веки, выдавая всем своим видом глубокую усталость, вытянул вперед Янь Юя и представил его: — Янь Юй — проводник уровня 2S, он отлично разбирается в Духовном заражении. Белая Башня уже утвердила отправку Янь Юя и Юй Яньсина в Военное ведомство.
Главное управление и Янь Юй стояли в дверях: у первого лицо было изнуренным, а на губах второго играла вежливая улыбка.
Отец Ци уже сделал несколько шагов по коридору и теперь с полуулыбкой наблюдавл за тем, как Юй Яньсин и Ци Цзю пререкаются в дверях.
— Начальник, я с самого начала вел это дело и отлично знаком с Юй Яньсином, почему меня не берут? — наседал на Главное управление Ци Цзю.
Достав свой квантофон и вызывая охрану, Главное управление сурово предупредил: — Белая Башня уже передала в Военное ведомство список вспомогательного персонала, и менять его я не в полномочиях. Ци Цзю, ты вообще знаешь смысл четырех слов подчиняться приказу? Если продолжишь мешать, я прикажу выставить тебя вон, и не обессудь, если не стану сохранять твое лицо.
Отец Ци подошел ближе, ухватил Ци Цзю за плечо и понизил голос, добавив угрожающих ноток: — До чего же ты упрямый мальчишка, дома тебя мать ждет.
Взгляд Ци Цзю помрачнел, он крепко обнимал Юй Яньсина и наотрез отказывался разжимать руки.
Он с таким трудом сблизился с Юй Яньсином, что ни за что не позволил бы тому бросить его и отправиться в Зону Загрязнения в одиночку; вздумай Юй Яньсин увлечься кем-то другим или, что еще хуже, погибни он в Зоне Загрязнения, разве не пришлось бы ему самому сожалеть об этом до конца дней?
— Ци Цзю, мать тебя совсем избаловала? Ты уже и моих слов не слышишь? — Отец Ци тщетно пытался оттащить сына добрых полминуты, улыбка окончательно сошла с его лица, уголки рта опустились, придавая ему свирепый вид.
— У меня есть собственный выбор, — Ци Цзю нисколько не боялся Отца Ци; с самого детства он редко шел наперекор лишь отцу, из-за чего несколько раз чуть не был бит до смерти.
Отец Ци усмехнулся: — Выбор? И когда это мы с матерью не разгребали твои выборы?
— Это вы называете разгребанием последствий или кандалами? — холодно парировал Ци Цзю.
— Да как ты смеешь со мной разговаривать!
Слово за слово, оба отличались горячим нравом, и в итоге они разругались прямо на месте.
В коридоре то и дело сноновли люди, и многие, желавшие поприветствовать Главного управления и Отца Ци, заметив витавшее в воздухе напряжение, молча сворачивали в сторону.
Слушая перепалку Ци Цзю и Отца Ци, Юй Яньсин чувствовал, как в груди все переворачивается от царившего там хаอса. Он потер лицо и сказал Ци Цзю: — Давай отойдем и поговорим вдвоем, хорошо?
— Хорошо. — Догадавшись, что Юй Яньсин намерен уговорить его, а он сам — уговорить Юй Яньсина, Ци Цзю взял его за руку и повел в тихий угол.
Отец Ци свирепым взглядом проводил их спины, после чего повернулся к Главное управление и виновато улыбнулся: — Доставляет же вам хлопот этот мальчишка.
Главное управление натянул дежурную улыбку: — Департамент преувеличивает. Пусть Ци Цзю и не любит подчиняться, но личные способности у него неплохие, так что о хлопотах речи не идет.
Отец Ци рассмеялся: — Способности Ци Цзю в создании проблем поистине впечатляют, начальнику не нужно щадить мое самолюбие, в один из дней мы с его матерью обязательно придем выразить вам свою благодарность.
Главное управление лишь улыбнулся в ответ, больше ничего не говоря — официальная вежливость Отца Ци уже успела ему порядком надоесть.
Когда сегодня его вызвали на внутреннее совещание Департамента общественной безопасности, в утвержденном на тот момент списке помощников значились Ци Цзю и Юй Яньсин, однако стоило министру ответить на телефонный звонок, как тот отдал приказ заменить Ци Цзю на Янь Юя.
Было несложно догадаться, чьих это рук дело. Желание родителей оградить единственного сына от поездки в Зону Загрязнения вполне естественно, но Главное управление не испытывал желания вникать в это родительское горе — он хотел лишь завершить задание.
Замена людей в последний момент требовала притирки со всех сторон, что изрядно усложняло задачу.
Тяжело вздохнув, Главное управление посмотрел в сторону угла, где беседовали Юй Яньсин и Ци Цзю, надеясь лишь на то, что Юй Яньсин сумеет успокоить Ци Цзю и они не станут терять драгоценное время.
Увы, реальность шла вразрез с его надеждами: Юй Яньсин и Ци Цзю продолжали ссориться.
http://bllate.org/book/36252/4502095
Готово:
