— Пойдёшь — сам всё узнаешь.
……
— …Господин чанши.
Пэй Яньчжоу и стоявшая напротив него образцовая честная и благородная личность обменялись почтительными поклонами. Он всё ещё не понимал, почему Ао Син привёл его навестить левого помощника ведомства кавалерии Жуань Цзюньдао. При дворе все прекрасно знали, что этот чиновник третьего ранга состоит в подчинении у Второго принца. Пэй Яньчжоу вспомнил, как они с Ао Сином открыто подали просительные грамоты и через главные ворота вошли в резиденцию Жуаня…
Если завтра об этом станет известно при дворе, это, пожалуй, вызовет немалую бурю.
На Жуань Цзюньдао была лишь повседневная одежда. Судя по всему, до их прихода он занимался каллиграфией, и на обшлагах его рукавов ещё виднелись свежие чернильные пятна.
— Одиннадцатый высочество, ваш покорный слуга ждёт вас уже давно. — Жуань Цзюньдао провёл обоих в главный зал, отослал слуг и под потрясённым взглядом Пэй Яньчжоу опустился на колени перед Ао Сином.
На людях Жуань Цзюньдао слыл человеком прямолинейным и честным, на заседаниях никогда не высказывал собственного мнения — молчаливый и улыбчивый благородный муж. Хотя у него и было несколько знакомых, никто и никогда не видел, чтобы он куда-то выходил. За исключением выхода к утренним докладам, большую часть времени он проводил взаперти дома.
С каких это пор Жуань Цзюньдао и Ао Син связаны друг с другом?
Ао Син не стал уклоняться от поклона и не попытался его поднять, а лишь достал из рукава конверт. В этом конверте не было ничего особенного, но вот имя отправителя, выведенное на нём, нанесло по сердцу Пэй Яньчжоу ещё один тяжёлый удар.
Подпись: Великий главнокомандующий по усмирению Севера, Чу Кэ.
Он вдруг вспомнил, как в день возвращения принца в столицу Дэн Чанцзюнь упоминал, что его дядя поддерживал связь со шпионами из Бэйюаня. Лишь сегодня Пэй Яньчжоу осознал, что тонкая нить змея в траве была заброшена в Город Юйцзин уже давным-давно.
Только до сих пор никто этого не заметил.
Если бы он не решил довериться Ао Сину, то, пожалуй, подумал бы, что тот привёл его сюда с какими-то злоумышлениями.
В душе он почувствовал облегчение. Глядя, как Ао Син передаёт конверт в руки Жуань Цзюньдао, Пэй Яньчжоу по-прежнему непоколебимо стоял у него за спиной.
Раз решение принято, отступать уже поздно.
Пэй Яньчжоу даже находил это сладким: с каждым новым лицом, которое Ао Син открывал перед ним, негласное чувство собственности по отношению к нему становилось лишь на каплю сильнее.
— Как здоровье наставника? — Жуань Цзюньдао спрятал конверт за пазуху, совершенно не обращая внимания на присутствие Пэй Яньчжоу, словно заранее был уверен, что тот окажется рядом с Ао Сином. — Присаживайтесь оба вон там.
Ао Син бросил взгляд на Пэй Яньчжоу, и в его глазах таилась едва заметная улыбка:
— Молодой генерал Пэй, присаживайтесь.
— Я лучше постою, — с досадой произнёс Пэй Яньчжоу. Ему чудилось, будто он видит, как за спиной у Ао Сина радостно виляет хвост. Вспомнив, что Ао Сину всего шестнадцать, Пэй Яньчжоу поймал себя на мысле, что перед ним словно маленький волчонок, пришедший похвастаться своими достижениями, а выражение его лица так и говорило: «А вот и не ожидал, да?»
— Перед моим уходом дедушка подхватил лёгкую простуду, но он наверняка быстро поправится. — Ао Син повернулся к Жуань Цзюньдао. — Хоть зима в Бэйюане ничем не отличается от прежних, в этом году выдались на редкость сильные морозы. Как поживает господин Жуань?
— Не стоит беспокойства Вашего высочества. — Жуань Цзюньдао поднялся, чтобы налить ему чашку горячего чая, и бросил быстрый взгляд на того, кто стоял позади. Пэй Яньчжоу поспешно замахал руками:
— Благодарю за доброту, господин, но я пить не буду.
Обменявшись ещё несколькими дежурными фразами, перед самым уходом Жуань Цзюньдао велел слугам сменить чайник. Заметив недоумённый взгляд Пэй Яньчжоу, он пояснил:
— Если засидеться за чаем слишком долго, посторонним может показаться, будто нам не о чем говорить, да и бдительность любопытных лишний раз привлекать ни к чему.
Пэй Яньчжоу кивнул. Увидев, что Ао Син собирается уходить, он окликнул его и насильно накинул ему на плечи плащ с кроличьей опушкой.
— В таком виде я похож на сладкий рисовый шарик с начинкой, — Ао Син остался не слишком доволен своим новым обликом. — Весь круглый.
— Ни на что ты не похож, главное — чтобы снова не простудился. — Пэй Яньчжоу завязал тесёмки у него на груди, а затем повернулся попрощаться с Жуань Цзюньдао.
Когда они вышли за главные ворота резиденции Жуаня, на улице шёл густой снег. Как Ао Син и говорил ранее, холодной выдалась не только зима в Бэйюанях — ледяные ветры бушевали даже в Городе Юйцзин.
Жуань Цзюньдао проводил обоих до выхода и уже собирался вернуться внутрь, но, не удержавшись, оглянулся и как раз вовремя заметил, как Пэй Яньчжоу решительно и властно взвалил Ао Сина на спину коня.
— …В Городе Юйцзин грядут перемены, — пробормотал себе под нос Жуань Цзюньдао. К нему со всех ног подбежал слуга:
— Господин, господин! Второй принц велел вам срочно во дворце!
……
— Ты вытащил меня из дома только ради того, чтобы притащить сюда? — Пэй Яньчжоу с неверием указал на явно недавно открывшийся дом терпимости за своей спиной. — Чэн Цзыпин, ты осознаёшь, как сильно тебя отлупят, если об этом узнает твой отец?
Чэн Цзыпин ошеломлённо уставился на стоявшего рядом Одиннадцатого принца:
— Я ведь и сам не думал, что он кого-то приведёт… — Если бы они были только своей компанией, маркиз Гуанжэнь, пожалуй, сделал бы вид, что ничего не заметил — имена этой шайки бунтарей гремели на весь Город Юйцзин, вот если бы он узнал, что его никудышный сын отправился в книжную лавку, тогда бы точно удивился.
Но всё это работало лишь при условии, что не появится никаких непредвиденных лиц.
Если отец узнает, что он притащил Ао Сина в бордель, тот, пожалуй, дней тридцать не сможет встать с постели.
— А я думал, ты просто позвал нас выпить! — Пэй Яньчжоу потянул его назад. Дэн Чанцзюнь и Гу Чжэнь переглянулись, и как раз когда они замялись, не зная, стоит ли вмешиваться, прямо между Пэй Яньчжоу и Чэн Цзыпином упал шёлковый мяч. Пэй Яньчжоу мгновенно отпрыгнул в сторону.
Несколько девушек, источавших густой цветочный аромат, с лукавыми улыбками подбежали и утащили Чэн Цзыпина с собой. Гу Чжэнь тут же бросился наперерез:
— Что это вы задумали?
— Нынче главная красавица бросает шар, чтобы выбрать себе пару! Молодой господин такой счастливчик, разделит с ней эту весеннюю ночь! — хохоча и подначивая друг друга, щебетали девицы. Одна из них даже умудрилась ущипнуть Гу Чжэня за щеку, так что тот перепуганно отскочил назад:
— Девушка, имейте совесть!
— С виду грозен, а внутри пуст, — едко подколол со стороны Дэн Чанцзюнь. Гу Чжэнь издал недовольное цыканье и невозмутимо спрятался за спину невысокого Дэна.
Чэн Цзыпин прижимал к груди цветочный шар, не зная, плакать ему или смеяться: он-то не прочь был посмотреть на первую красавицу, но вовсе не планировал расставаться со своей «чистотой»:
— Яньчжоу, спаси меня!
Со второго этажа заведения выглянула головка — это была та самая главная красавица вечера. С улыбкой, в которой читалось лукавство, она чарующе и кокетливо посмотрела на Чэн Цзыпина, являя собой поистине несравненную красоту.
Молодой наследный князь замер от этого взгляда, и в следующую секунду его уже затащили внутрь.
Увидев цветочницу, Ао Син на мгновение замер. Хоть он и попытался скрыть это, Пэй Яньчжоу всё заметил — неужели Ао Син знаком с этой девицей?
— Да брось ты его, пойдём лучше на фестиваль фонарей! — предложил Дэн Чанцзюнь, ничуть не заботясь о судьбе товарища.
Гу Чжэнь ещё не до конца отошёл от того, что какая-то смазливая девица ущипнула его за щеку, но при этих словах лишь молча кивнул. Ао Син только покачал головой:
— Ваши дурные славы гремят на весь Город Юйцзин, а вы при этом ни разу в жизни не были в весёлом доме?
Остальные сделали вид, будто ничего не слышали, и потащили его в сторону ярмарки фонарей — если такие слухи разойдутся, им просто некуда будет деться от стыда.
Уже смеркалось, на улицах зажглись праздничные фонари. Ао Син наполовину спрятал лицо за пушистым белым мехом, его сияющие глаза с любопытством разглядывали окружающие огни, когда он вдруг бросил стоявшему рядом Пэй Яньчжоу:
— Ты ведь хотел о чём-то спросить?
Пэй Яньчжоу пару раз кашлянул, силясь придать голосу как можно более непринуждённый тон:
— Ты знаком с той красавицей?
Выражение лица Ао Сина сделалось совершенно непередаваемым:
— У вас в Городе Юйцзин все цветочницы… не разбирают пола, что ли?
Красные конверты уже разосланы~
Небольшая заплатка: 9/24, 25 беру отгул~ Со вторника возобновляем график~
Глава 14. Маленького волчонка соблазняют!
Заметив, что Пэй Яньчжоу остановился, те двое впереди тоже протиснулись сквозь толпу обратно к нему:
— Чего встал? Главный король фонарей впереди, кто знает, может, сегодня вечером сам император пожалует взглянуть.
— Не переживайте, от появления императора фонари бегать не начнут, — Пэй Яньчжоу потёр лицо, пытаясь привести мысли в порядок. — Что ты только что сказал про эту цветочницу?
— Эта цветочница — мой двоюродный брат. — Лицо Ао Сина приняло странное выражение. Он оглянулся на по-прежнему ярко сияющее в зимней ночи здание, собираясь что-то сказать, но замялся. Нахмурившись, он в конце концов произнёс: — По идее, сейчас он должен сидеть в Бэйюане…
— Конец тебе, Цзыпин! — Гу Чжэнь первый вспомнил о товарище, протиснулся между остальными и бросился к весёлому дому. — Он же в беду попадет!
Пэй Яньчжоу тоже потащил за собой Ао Сина и Дэна Чанцзюня, но толпа на ярмарке становилась всё плотнее — большинство людей двигалось в сторону короля фонарей, и пробираться против течения оказалось крайне тяжело. К тому моменту, как они наконец вырвались из толпы, Чэн Цзыпин уже сидел под деревом, вытащенный туда Гу Чжэнем.
— Он в порядке? — Ао Син посмотрел на отупелое лицо Чэн Цзыпина и мысленно сопоставил его с редкими, но яркими воспоминаниями об этом кузене: андрогинное лицо, невероятное искусство изменения костей и крайне переменчивое настроение…
Гу Чжэнь покачал головой и бросил парня под деревом:
— Опоздай я хоть на миг, этот дурень бы уже лишился непорочности.
Оказывается, когда он ворвался в заведение и отыскал Чэн Цзыпина, та самая цветочница как раз успела напоить его допьяна, и они уже почти перешли к делу. Судя по невменяемому виду Чэн Цзыпина, в эту ночь он вряд ли протрезвеет.
— Ик…! — словно подтверждая его слова, Чэн Цзыпин глупо захихикал и громко икнул.
— Твой кузен… почему он… — Дэн Чанцзюнь с трудом перевёл взгляд на Ао Сина. — Чего он вообще добивается?
Ао Син покачал головой:
— Понятия не имею. Последний раз до меня доходили слухи, когда он переоделся иноземной танцовщицей, затесался в труппу и танцевал перед правителем Южного Царства — а потом едва не оскопил его, когда тот предложил выпить вместе чашу вина.
Дэн Чанцзюнь: «……»
— Позже я узнал, что он был посланцем от Бэйюаня — проще говоря, шпионом, — бесстрастно докончил вторую половину фразы Ао Син, ни капли не заботясь о том, как окружающие отреагируют на эти слова.
Даже Гу Чжэнь, будучи человеком со стороны, понимал, что подобные вещи не предназначены для их ушей, а у Дэна Чанцзюня от страха перехватило горло, и он невольно начал терзаться догадками, с какой стати Ао Син выкладывает всё так подробно. И лишь Пэй Яньчжоу сохранял полную невозмутимость:
— Ты хочешь сказать, что твой кузен собирается использовать Цзыпина?
— С чего бы мне знать? — раздражённо отвернулся Ао Син. — Последний раз, когда я его видел, он выставил Цзяоюэ за дверь, завалился в мою постель и спросил, не нужно ли мне согреть ложе. Он же ненормальный!
Дэн Чанцзюнь слабым голосом проговорил:
— Ваше высочество, вам совсем не обязательно рассказывать нам такое… Боюсь, как бы нас после услышанного не прикончили втихаря.
Жутко боялся за свою жизнь.
— Короче говоря, кто-нибудь собирается отвозить этого дурня домой? — Пэй Яньчжоу указал на юного наследника, который уже обхватил руками ствол дерева и вовсю храпел. Гу Чжэнь тяжело вздохнул:
— Ладно, я отвезу. А вы идите спокойно смотреть фонари.
http://bllate.org/book/36238/4499697
Готово:
