— Простите, сестрица, вы в порядке? — юноша поднял документы, поднялся на ноги, отряхиваясь от пыли, и протянул ей руку. Девочка-ассистентка покачала головой и вставила выпавший листок обратно в папку.
— Всё в порядке, ты не знаешь, где сейчас Дун Хай?
— Это предназначается брату Дуну? Брат Дун вышел, я как раз собирался его найти, так что могу попутно захватить, — улыбка юноши выглядела очень лучезарной. — Меня зовут Сюй Тянь, я артист из числа подопечных брата Дуна.
Имя действительно совпадало с тем, что было в списке. Ассистентка проверила фото в поисковике и передала ему документы.
— Кстати, это передал генеральный директор Жун, не забудь упомянуть об этом.
……
Весь день Жун Ши пребывал в прекрасном расположении духа, сердце его трепетало, словно пойманный кролик, гулко и часто колотясь в груди.
Он то и дело поглядывал на телефон. В WeChat неожиданно всплыло сообщение, к счастью, не от Лу Сыхэна.
Дун Хай сухо и официально ответил: [Спасибо, документы получил.]
Жун Ши смахнул красный кружок уведомления и не стал отвечать. Наконец, после того как документы были пересмотрены дважды, а змейка на экране полностью заполнила дисплей, стрелка часов перевалила за шесть.
Лу Сыхэн не сообщал об изменениях в планах, и Жун Ши, спрятав лекарство в карман ветровки, с легким сердцем отправился домой.
Хотя он изо всех сил старался сдерживаться, шаги его все равно получались довольно быстрыми — словно путник, долго не бывавший на родине, наконец-то идет по знакомой тысячу раз дороге, вдыхая родной запах домашней еды, зная, что среди тысяч зажженных огней один ждет именно его.
Водитель уже давно ждал внизу. Стоило Жун Ши устроиться поудобнее, как машина тронулась с места, направляясь вовсе не туда, откуда они приехали. И все же Жун Ши, превозмогая неприятный запах в салоне, произнес:
— Сегодня я поеду домой.
— Хорошо, молодой господин.
Направление движения не изменилось. Жун Ши смотрел на пейзаж за окном: на перекрестке маленький мальчик валялся на земле и канючил, требуя купить розовый воздушный шар у дедушки-торговца. Родители: один уткнулся в телефон, другой смотрел в небо, но боковым зрение оба украдкой следили за ребенком.
Лишь когда загорелся зеленый свет, он услышал, как мальчик говорит:
— Мама, ну купи один, я же обещал принести его сестричке.
Жун Ши вдруг вспомнил, что в детстве второй брат вечно вытворял то же самое.
В отличие от старшего брата, который уже до десяти лет казался маленьким взрослым, второй брат был настоящим сорванцом: и по крышам лазал, и в воду за рыбой нырял, а плавать научился самостоятельно в пруду у ворот семейной виллы, так что тамошним карпам пришлось несладко.
При этом он души не чаял в младшем брате. Стоило Жун Ши захотеть чего-нибудь, как спустя максимум три дня второй брат словно по мановению волшебства извлекал это из ниоткуда и со смехом вручал ему со своей испачканной физиономией.
Когда-то второй брат с гордостью преподнес ему красивый шарик в форме щенка, привязав его к изголовью кровати — просто потому, что приятель, с которым они вместе носились во дворе, обмолвился, будто его сестренка вечно плачет и просит купить игрушку, а дома у них шаров навязали столько, что на них можно было бы долететь до Луны.
Когда его только вернули в семью, этот похожий на ветер второй брат как раз развлекался экстремальным спортом на другом конце света — кажется, занимался скайдайвингом или свободным скалолазанием, и пропасть со связи на полмесяца было для него обычным делом.
Но раз завтра вся семья собралась ехать в даосский монастырь, значит, второй брат наверняка уже вернулся.
Жун Ши нетерпеливо толкнул дверцу машины и неспешно ступил на ту самую знакомую и в то же время чуждую каменную дорожку. Сердце его билось часто и тревожно, но шаги были легкими и осторожными. Дворецкий отворил для него парадную дверь, проветривал дом уже какое-то время, но младший господин семьи Лу так и не вошел внутрь.
В этот момент с оглушительным ревом пронесся мотоцикл, задев его бок, и вихрем влетел во двор. Несмотря на отличное мастерство водителя, он все же смял цветы, которые Мать Лу посадила всего пару дней назад.
Услышав шум, Лу Сыхэн вышел из дома, слегка нахмурился и строго произнес:
— Лу Хунцзин, сколько раз я тебе говорил: не заезжай на своей рухляди во двор.
— Второй брат, мамины новые цветы совсем испортил! Посмотрим, как мама тебя сейчас отругает, — Лу Си выглянул наружу, озорно показал язык и, не дожидаясь ответа Лу Хунцзина, мгновенно скрылся внутри.
Жун Ши стоял на прежнем месте, наблюдая, как Лу Хунцзин стянул шлем, тряхнул головой, поправил прическу перед зеркалом заднего вида, а затем с двумя подарочными коробками в руках решительно направился в особняк.
Так, словно мимо только что пронеслось пустое место.
И в тот момент, когда Жун Ши уже подумал, что у него и правда внезапно активировалась какая-то функция невидимости, Лу Сыхэн все же перевел на него взгляд, а его голос вновь опустился до ледяных температур.
— Чего стоишь как вкопанный, заходи.
Жун Ши вздрогнул от неожиданности и сделал пару шагов вперед. Едва переступив порог, он увидел, как Лу Хунцзин с трудом застегивает ремешок намордника, в то время как Лу Си стоял неподалеку с виноватым и обеспокоенным выражением лица.
Запах альфы для сородичей того же уровня действовал подобно раскаленному солнцу посреди лета — от него на душе становилось тревожно и раздражительно, а кулаки сами собой сжимались. Брови Лу Сыхэна нахмурились еще сильнее, он взмахом руки велел дворецкому принести подавители.
Судя по лицам присутствующих, запах в комнате стоял не из приятных. Однако Жун Ши, будучи бетой, совершенно ничего не чувствовал и даже смог непринужденно подойти ближе, чтобы помочь Лу Хунцзину — чьи руки явно не привыкли слуследоваться телу — застегнуть намордник.
На лице Лу Хунцзина отчетливо читалось недовольство — то ли из-за внезапного происшествия, то ли из-за того, что Жун Ши полез к нему без предупреждения. Взяв альфа-подавитель, он, не моргнув глазом, стремительно вогнал иглу себе в вену.
— Не бойтесь, все в порядке, — стоило Лу Хунцзину повернуться к Лу Си, как все раздражение на его лице мгновенно растаяло, сменившись улыбкой сквозь намордник. — Я пойду к себе в комнату, на столе лежит подарок для тебя, папы и мамы.
Тут он, казалось, только сейчас заметил Жун Ши и с нагловатой ухмылкой бросил:
— Ты ведь Сяо Ши, верно? Извини, я вернулся в спешке, подарок на тебя не захватил.
— Агу, — кивнул Жун Ши.
Тратить слова на заведомо неискренние извинения он не собирался, обошел Лу Хунцзина, опустился на диван и принялся ковыряться в телефоне.
— Старший брат, у меня течка начнется уже через неделю, а сегодня утром я забыл сменить блокатор, и сам не понял, как он пробился… — Лу Си виновато опустил голову. Лу Сыхэн уже собирался его утешить, как вдруг из телефона Жун Ши раздалось два пронзительных кошачьих вопля.
— Я сегодня не вернусь, завтра вечером открою тебе банку с консервами и добавлю сушеной рыбки, — глядя в экран, серьезно произнес Жун Ши.
Черный кот по ту сторону экрана недовольно выпустил когти на это странное существо, которое даже во время разговора умудрялось отворачиваться. Кошачье мяуканье мгновенно разбудило бесшерстную кошку, которую держал Лу Си, и животные принялись орать хором — и в телефоне, и в реальной жизни.
На лбу Лу Сыхэна запульсировала жилка, неподвластная никакому контролю, а лицо Лу Си слегка окаменело. Под этот кошачий дуэт продолжать разыгрывать хоть какие-то новые сцены стало совершенно невозможно.
http://bllate.org/book/36227/4497831
Готово:
