Все звуки стали казаться нереальными, доносящимися откуда-то издалека.
Казалось, кто-то зовет Чи И по имени, но он уже ничего не слышал.
— ...Чи... ты там...
...
За дверью спальни стоял Бо Иньхэ и стучал в дверь.
— Малыш, ты всё еще принимаешь ванну? Твоя мама звонила, сказала, что прилетела и скоро будет здесь. Хочешь ее увидеть?
В спальне Чи И стояла гробовая тишина.
Бо Иньхэ нажал на ручку двери и обнаружил, что она заперта изнутри. Он постучал еще раз.
К нему поспешно подошел дворецкий Янь.
— Господин, кто-то из прислуги видел, как младший господин вынес из погреба бутылку вина. Он сказал, что это вы велели ему принести ее.
Дворецкий Янь сразу заподозрил неладное.
Когда это Бо Иньхэ посылал Чи И что-то приносить? Неужели мальчик решил выпить тайком?
Скоро ужин, если и пить, то хотя бы на сытый желудок.
«Бах!!»
Дворецкий Янь вздрогнул.
В спальне Чи И раздался грохот, словно внутри что-то взорвалось.
Лицо Бо Иньхэ изменилось в ту же секунду.
Он отступил на пару шагов и со всего размаху ударил ногой в дверь!
Замок с хрустом вылетел, и дверь с грохотом отлетела к стене.
Внутри спальни было абсолютно тихо, словно недавний грохот был лишь галлюцинацией.
Только из ванной доносилось ритмичное «кап... кап... кап...».
Вода просачивалась из-под двери ванной, пропитывая ковер и расплываясь по нему темным пятном, похожим на растекающуюся кровь.
Бо Иньхэ метнулся к двери и распахнул ее...
Увидев, что происходит внутри, дворецкий Янь побледнел как полотно, попятился в коридор и закричал изменившимся от паники голосом:
— Скорую! Быстрее! Зовите врача!
Просторная ванна была наполнена до самых краев.
Чи И лежал на самом дне, свернувшись в клубочек. Бледный, словно восковая фигура, он казался крошечным насекомым, навсегда застывшим в куске прозрачной, покачивающейся смолы.
Бо Иньхэ бросился к ванне и рывком вытащил Чи И из воды. Вены на его руках вздулись, а сами руки дрожали.
— ...Чи И! Чи И!
Голова юноши безвольно откинулась назад.
Мокрые черные волосы облепили бледные щеки, капли воды стекали с длинных ресниц.
Сердце Бо Иньхэ пропустило удар.
Не смея медлить ни секунды, он положил Чи И на кафельный пол, чтобы предотвратить удушье.
Вода в ванне была горячей, гораздо выше температуры тела.
Значит, он пробыл в воде недолго... Только бы не было поздно...
Внезапно, безо всякого предупреждения, Чи И зашелся судорожным кашлем, его лицо исказилось от боли.
— Кх... кх... угх...
Он мгновенно побагровел. Казалось, вода в дыхательных путях не дает ему сделать вдох. Он кашлял и давился так сильно, словно его выворачивало наизнанку, издавая мучительные, булькающие звуки, борясь за каждый глоток воздуха.
Бо Иньхэ придерживал его голову, помогая удерживать правильное положение.
— Выкашливай! Не шевелись, малыш. Малыш, ты меня слышишь?
Под его чутким руководством Чи И наконец изрыгнул огромное количество воды и без сил откинулся на руку Бо Иньхэ, выглядя совершенно жалко.
Его мокрая щека прижалась к ладони мужчины, брови были болезненно сведены.
— Я... я... кх... Дядюшка Бо...
Только в этот момент Бо Иньхэ, нахмурившись, с шумом выдохнул.
Его горло перехватило так, словно он сам только что захлебнулся, дыхание сперло, а руки дрожали от недостатка кислорода в крови. Невозможно было понять, кто из них дрожит сильнее.
— Не бойся, всё позади.
Он завернул Чи И в теплое, сухое полотенце. В это время внизу уже взвыла сирена скорой помощи.
Слава богу, успели.
— Я не болен.
Голос Чи И был хриплым, каждое слово давалось с болью.
По идее, ему вообще не следовало разговаривать, но он был слишком измотан, чтобы печатать, поэтому говорил очень медленно и тихо.
После всех обследований состояние Чи И стабилизировалось, но врачи предупредили о риске постреанимационного синдрома.
Больница прислала доктора Чжао, чтобы тот «просто поболтал» с пациентом.
Чи И прекрасно понимал: они подозревают у него проблемы с психикой.
— Я правда не болен. Спасибо за заботу, но мои психологические тесты это подтверждают. Я просто уснул в ванне, потому что был пьян, а не потому, что хотел покончить с собой.
Система неуверенно пробормотала:
«Носитель, депрессия — это очень распространенная проблема. Если вовремя начать лечение...»
«Я знаю. И я не отрицаю врачей. В прошлой жизни я сам пошел в больницу, но врач сказал, что я здоров, и велел меньше накручивать себя».
«Н-но ведь Бо Иньхэ в прошлой жизни следил за тем, чтобы вы принимали таблетки».
«Это было снотворное. А не антидепрессанты. Он просто переживал, что я плохо сплю, вот и давал мне таблетки».
Система не осмелилась спорить.
Сейчас Чи И находился в состоянии пугающего спокойствия. Система боялась, что одно неверное слово проломит этот тонкий лед, и Чи И снова пойдет ко дну.
Доктор Чжао, очевидно, разделял ее опасения.
У доктора был мягкий, располагающий к себе характер — из тех людей, к которым сразу проникаешься симпатией. Он не стал оспаривать утверждение Чи И о собственном здоровье и мягко перевел тему.
— Я слышал, вы бармен. Вам нравится выпивать?
Чи И спокойно посмотрел на него, затем отвел взгляд.
— У меня нет алкоголизма.
Доктор Чжао миролюбиво заметил:
— Любить выпить и быть алкоголиком — это разные вещи. Я тоже люблю пропустить стаканчик на выходных. А иногда, когда не могу уснуть, выпиваю немного перед сном.
В глазах Чи И мелькнуло удивление.
— Не похожи вы на человека, который пьет, чтобы уснуть.
Доктор Чжао с понимающей улыбкой подбодрил его продолжить:
— И почему же?
— Потому что... — Чи И задумался. — Вы выглядите очень рассудительным человеком, ведущим здоровый образ жизни.
Доктор терпеливо объяснил:
— Все люди наедине с собой ведут себя немного иначе, чем на публике. Это абсолютно нормально.
Чи И бессознательно теребил край одеяла.
— Не факт. Вот Бо Иньхэ не такой.
Он произнес это так тихо, почти шепотом, что, не будь в палате идеальной тишины, доктор бы его не услышал.
— Вы ему очень доверяете, — отметил Чжао. — Но кто знает? Может, у него тоже есть какие-то не самые полезные привычки, сродни выпивке перед сном.
Чи И покачал головой:
— Мы проводили вместе очень много времени, и я не замечал за ним никаких вредных привычек.
Доктор улыбнулся.
— Ну давайте попробуем поискать. Например, господин Бо часто засиживается допоздна?
— Бывает, но только если на работе аврал.
— И до скольки он обычно засиживается?
Чи И уже начал подозревать, что доктор Чжао — шпион конкурентов Бо Иньхэ, выпытывающий информацию... Но вряд ли привычка не спать по ночам тянула на коммерческую тайну.
— По-разному. Иногда до двух-трех ночи, а иногда и до самого утра.
Доктор Чжао поправил очки.
— Вы очень хорошо его знаете. Когда он ложится так поздно, он вас будит?
Чи И отрицательно покачал головой.
— Нет, он старается не шуметь.
Едва ответив, Чи И понял, что сболтнул лишнее.
И действительно, доктор Чжао спокойно уточнил:
— Значит, вы чутко спите?
— ...Ну, немного есть такое.
К счастью, доктор тут же вернулся к обсуждению Бо Иньхэ, не заостряя внимания на сне Чи И.
— Значит ли это, что для господина Бо рабочие дела важнее собственного здоровья, раз он готов так жертвовать сном? Стремление к карьерным высотам — это тоже своего рода зависимость. Когда она переходит границы разумного, она становится вредной привычкой, просто большинство людей не обращают на это внимания.
Он добродушно рассмеялся:
— Видите, у господина Бо тоже есть свои слабости.
Чи И нерешительно протянул:
— Разве это не придирки?..
Доктор с улыбкой кивнул.
— Вы правы, это именно придирки. На мой взгляд, то, что бармен любит выпить, а господин Бо любит работать допоздна — совершенно нормальные, естественные вещи.
Встретившись с мягким, понимающим взглядом доктора, Чи И наконец сдался.
— Ладно. Я действительно пью, но только когда не могу уснуть. Я не делаю это нарочно.
...
— Господин Бо.
Выйдя из палаты Чи И, доктор Чжао протянул Бо Иньхэ результаты психиатрического обследования.
Лицо доктора было серьезным.
— Ситуация с Чи И гораздо сложнее, чем я предполагал. У него очень сильное чувство стигматизации, он подсознательно отказывается признавать, что у него есть суицидальные наклонности.
— Судя по его реакциям во время разговора, я с высокой долей вероятности подозреваю, что он одновременно страдает от депрессии, алкогольной зависимости и комплексного ПТСР.
Когда Чи И пытался спрыгнуть из окна, доктор Чжао общался с личным врачом семьи Чи. Тогда оба специалиста сошлись во мнении, что это был единичный эмоциональный срыв.
Теперь же стало ясно, что они катастрофически недооценили масштаб проблемы.
...
Бо Иньхэ вернулся в палату и сел у кровати Чи И.
Он осторожно взял его худенькую правую руку. На внутренней стороне запястья виднелся уродливый, грубый шрам.
Только теперь Бо Иньхэ понял, почему Чи И тогда не позволил ему вытереть руки — он прятал этот шрам.
Ужасная рана зажила уже давно. Белоснежная кожа была изуродована, обнажая багрово-бурую ткань, бугристую и неровную, похожую на застывший в безмолвном крике перекошенный рот.
Взгляд Бо Иньхэ замер на шраме. Он медленно провел по нему большим пальцем, словно пытаясь прочесть историю этой раны, чтобы ощутить ту боль, которую тогда испытал Чи И.
После долгой паузы он снова мягко погладил шрам подушечкой пальца.
Достаточно было немного подумать, чтобы понять: всё, что сейчас происходит с Чи И, не поддается логике.
Чи И перенес операцию в детстве, поэтому семья тщательно следила за его здоровьем. Регулярные медосмотры, контроль личного врача — всё это было неотъемлемой частью его жизни.
Даже при самой сильной халатности и невнимательности его состояние просто не могло дойти до такой критической черты.
Бо Иньхэ опустил глаза и принялся миллиметр за миллиметром изучать лицо спящего Чи И.
Юноша спокойно лежал на подушке. Линии лба, носа и губ казались маленькими, заснеженными холмами на фоне пустынного пейзажа.
Он внимательно изучал его, и был абсолютно уверен: это тот самый Чи И, который вырос на его глазах. Его не подменили, в него не вселился злой дух.
Это был его Чи И. Бледный, измученный, но всё тот же.
Словно во сне этот ребенок ухватился за ускользающее детство и отправился в Нетландию, но местные обитатели не смогли уберечь его от беды, и он вернулся израненным и со шрамами. А потом маленькие эльфы принесли его обратно домой.
Спустя долгое время Бо Иньхэ достал из нагрудного кармана крошечный серебряный замочек долголетия.
Это был его подарок на один из дней рождения Чи И.
Детям не принято дарить слишком дорогие вещи, поэтому он заказал этот замочек и попросил уважаемого монаха освятить его, чтобы тот защищал ребенка от всех бед.
С тех пор Чи И никогда с ним не расставался, снимая только во время медицинских обследований.
...Хорошо бы, чтобы он действительно работал. Чтобы он запер внутри долгую и счастливую жизнь.
Подержав замочек в руке, чтобы он согрелся, Бо Иньхэ надел его на шею Чи И.
Раз уж вернулся домой, больше не уходи.
Почувствовав легкую тяжесть на шее, Чи И проснулся. Не открывая глаз, он, шурша одеялом, подвинулся ближе к Бо Иньхэ и зацепился пальцем за его рукав.
— Дядюшка Бо...
Бо Иньхэ очнулся от своих мыслей и тихо произнес:
— Малыш. Твоя мама прилетела, она хочет тебя видеть. Ты хочешь с ней встретиться?
http://bllate.org/book/36157/4607095
Angeladrozdova (читатель/заложение основ)
4 ноября 2026 в 11:01
0
