Пэнчэнское погода именно такова. Из-за плотно стоящих друг к другу высотных зданий эффект городского теплового острова в этом городе всегда проявляется особенно ярко. Жара не рассеивается, и даже когда ливень только что тщательно промыл каждый уголок города, ему всё равно не под силу разогнать эту сырость и духоту.
Этот дождь хлынул внезапно, так что церемонию мероприятия даже пришлось задержать на двадцать минут и объявить вынужденный перерыв из-за усиливающегося ливня.
Работники с камерами отступили под временно установленный навес и в спешке натягивали на себя и оборудование выданные дождевики.
— Цзян Нань! Цзян Нань? — добросердечный оператор помог раздать дождевики сразу нескольким людям и назвал каждого по имени. Не дождавшись ответа от Цзян Наня, он повторил ещё несколько раз.
Услышав это, парень в бейсболке повернул голову, переводя взгляд с ливня на толпящихся людей. Он стоял на самом краю навеса, такой же чистый и прозрачный, словно сошедший сменяющейся пелены дождя позади него.
Услышав, как кто-то зовет его по имени, он звонко отозвался:
— Я здесь!
* * *
— Брат Цэнь, этот дождь начался так внезапно, полагаю, нам еще какое-то время придется постоять в пробке. — Сидевший на переднем пассажирском сиденье молодой помощник сначала смотрел вперед на скопление красных стоп-сигналов, а затем перевел взгляд на зеркало заднего вида. — А-Бинь уже попросил на площадке заранее зонты, мы сможем забрать их, как только приедем.
— Угу.
Цэнь Гуйнянь поднял взгляд на затянутую дождем улицу за окном. Секунду назад он крутил на указательном пальце кольцо из розового золота, а в следующее мгновение эта же рука в кольце коснулась оконного стекла, словно пытаясь через стекло дотронуться до прилипших снаружи капель.
Словно сам с собой, он произнес:
— Всего лишь ливень, он скоро закончится.
Как он и сказал, этот дождь пришел и ушел быстро. В конце концов Цэнь Гуйняню так и не пригодился зонт, заранее подготовленный организаторами мероприятия.
Место проведения располагалось в относительно удаленном районе на окраине города, чуть в стороне от «высокотемпературного очага» центра, но из-за толп людей, сбившихся плечом к плечу и собравшихся здесь в одно и то же время, атмосфера стала не менее «жаркой».
Проще говоря, от этого ощущения «парилке в печи для алхимии», когда человек просто стоит на месте, невозможно сдержать текущий ручьями пот.
Цзян Нань знал об этом не понаслышке.
Не прошло и десяти минут после окончания дождя, как его спина под дождевиком уже покрылась крупными каплями пота. Подняв голову и увидев, как рассеиваются тучи, он решил просто сбросить капюшон дождевика, и лишь тогда внутрь пробилось хоть немного прохлады.
Если говорить о самом оживленном месте в Пэнчэне на сегодняшний день, то им, без сомнения, была площадка «Звездной ночи», собравшая звезд нескольких поколений и заставившая большую часть индустрии развлечений явиться в парадных нарядах.
Только благодаря связям работодателя Цзян Нань вообще получил возможность воочию стать свидетелем этого потрясшего весь город звездного торжества.
Стометровая красная ковровая дорожка, впитав в себя массу дождевой воды, приобрела темно-красный оттенок, утратив прежнюю яркость. К счастью, на площадке никогда не было недостатка в лучах софитов и создаваемой ими атмосфере.
Нежданный и внезапный ливень не смог ни охладить энтузиазм фанатов, ни уменьшить воодушевление артистов, блистающих в своих лучших нарядах.
Цзян Нань уже сбился со счета, сколько сверкающих звездных нарядов промелькнуло перед его глазами. На первый взгляд однотипные костюмы актеров-мужчин при ближайшем рассмотрении оказывались совершенно разными, и в каждом таилась своя изюминка. Украшения всех мастей и форм сислели в свете прожекторов, и это великолепие слепило глаза и кружило голову.
Все выкладывались по полной.
Он закрыл глаза и потер уставшие веки. Стоило ему снова открыть их, как кто-то легонько коснулся его плеча: стоявший рядом человек протянул ему чистую бумажную салфетку и указал на его лицо.
Этим знакомым мужчиной оказался тот самый добросердечный человек, который только что вручил ему дождевик.
— Сотрите пот, посмотрите, он у вас уже ручьями течет, — собеседник снова протянул руку помощи, вытаскивая из кармана салфетки и с улыбкой говоря: — Если он потом капнет на объектив, будет трудно что-то исправить.
— Спасибо… брат Ли.
Принимая салфетку, Цзян Нань бросил взгляд на его бейдж и искренне поблагодарил его.
Брат Ли с улыбкой отмахнулся, уверяя, что не стоит благодарить, и завел разговор:
— Из какого ты СМИ? Что-то ты, парень, выглядишь незнакомо.
Цзян Нань ответил:
— Я — фотограф на заказ.
Полгода назад Цзян Нань перевел последний платеж в счет погашения долга, и с тех пор у него не осталось никаких финансовых обязательств. В тот же вечер он подал заявление об увольнении своему начальнику. Это был самый легкий день за последние четыре с лишним года. Положив трубку после разговора с боссом, он медленно побрел домой. Ощущение избавления от груза — словно с плеч свалилась гора — окутывало его, и даже от шагов возникало легкое, невесомое и почти нереальное чувство.
Тогда, только что окончив университет, он устроился в ту маркетинговую компанию и, подобно тысячам таких же молодых ребят, окунулся с головой в офисную рутину. Каждый день он горбатился за восьмидесятисантиметровым рабочим столом перед светящимся монитором, засиживаясь за работой до часу-двух ночи.
Цзян Нань до сих пор помнил короткое видео, попавшееся ему на глаза в студенческие годы: выпускнику факультета фотографии идеально подходит работа в маркетинговом паблике — человек может сам снимать, сам писать и сам фотографировать. Всякий раз, вспоминая тот ролик, Цзян Нань горько усмехался, но эта усмешка неизменно обрывалась на полуслове, оставляя на лице застывшую гримасу с криво изогнутыми губами.
Все выпавшие на его долю тяготы и не перечислить. Просто Цзян Нань не любил возвращаться мыслями к тому периоду. Всякий раз, когда он вспоминал об этом, ему казалось, будто его просто слепо влекло вперед некое подобие зловещей руки судьбы — сплошная боль от ковыряния в собственных ранах и лицемерное нытье о трудностях бытия. Прошлое поросло быльем, не стоит бередить его лишний раз.
Как бы то ни было, бросить работу, казавшуюся всем вокруг столь стабильной и надежной — это был самый смелый поступок, на который Цзян Нань оказался способен после того, как жизнь его изрядно поколотила.
http://bllate.org/book/36143/4483627
Готово:
