— Или как ты: долг службы велит, действовать естественно и правильно, так и должно быть. Тот, кто должен появиться перед лицом отправляющихся на смерть — это ты, какое у меня право с пустыми руками отнимать твое место? Ведь у меня в руках даже воды нет.
Ю Яо опустился на землю:
— Я не то чтобы не хочу вмешиваться, не то чтобы мне всё равно. Я ведь тоже хочу найти способ, тоже просто ищу выход. Ныне Северное Море оказалось в полной изоляции, и всё из-за меня. Будь у меня хоть капля совести, я больше не стал бы опрометчиво вами командовать. Я не могу достучаться до небес, да к тому же исчерпал свой срок, и понятия не имею, что думают наверху. А вдруг они накажут вас лишь за то, что увидят меня? Кто станет разбираться в этой справедливости?
Он бормотал, изливая свои тревоги, а восемьдесят лет смертной жизни притупили его разум и породили множество сомнений.
Цюань Чжунтянь же был совершенно ошеломлен. Он-то полагал, что этот человек — бродячий ученик Секты Семи Металлов, но никак не ожидал встретить былую гордость и тень Северного Моря.
Будь то гордость или тень, Северному Морю всё равно предстояло найти выход. Однако Цюань Чжунтянь в ту минуту никак не мог решить: придушить ли ему этого человека или снова поклониться ему. Наконец он всё обдумал и остался стопять неподвижен.
Наговорившись вдоволь, Ю Яо понял, что долгие речи бесполезны, и обессиленно осел на пол, прислонившись спиной к ножке стула. Помотав головой, он сказал Цюань Чжунтяню:
— Возвращайся.
Цюань Чжунтянь не стал задерживаться понапрасну, поднялся на ноги, отряхнул с одежды пыль, заново зажег для себя лампаду и легко улыбнулся:
— Быть спасителем мира, пожалуй, удобно, и дела тогда идут проще.
— Простые дела не для нас созданы, — Цюань Чжунтянь поправил одежду, повернулся к Ю Яо и добавил: — В час мао пойдет утренний попутный транспорт. Счастливого пути, старый бессмертный.
С этими словами он попрощался, повернулся, распахнул дверь и шагнул в ночную тьму.
Ю Яо поднял голову и проводил его взглядом.
***
Утренний колокол уже отзвенел, и птицы наперебой принялись распеваться. Жители поднялись спозаранку и принялись стучать и греметь, латая бреши в своей повседневной жизни — после пережитого бедствия город Сянлун проснулся раньше обычного.
Цюань Чжунтянь строчка за строчкой сверял присланные списки убытков, а чиновник сидел напротив, одновременно просматривая свитки и зевая.
Зачеркнув очередную строчку, Цюань Чжунтянь передал ведомость чиновнику:
— Это из Сицзяна.
Чиновник принял бумагу и потер глаза:
— Отдохнул бы ты. Всю ночь глаз не сомкнул.
Услышав это, Цюань Чжунтянь отложил кисть, сложил руки в приветственном жесте и поблагодарил чиновника:
— Благодарю за усердие, господин посол.
Чиновник отмахнулся:
— Полно, лучше сам передохни. — И велел подать чайник крепкого чая.
Когда чай был подан, чиновник налил по чашкам и себе, и собеседнику:
— В этот раз мы все целиком обязаны клану Цюань за уничтожение того зверя из Западного Края. Их заслуга — первая в списке.
Цюань Чжунтяню было не до чаепития:
— На этот раз Управление по делам заклинателей уж точно должно поверить. А что насчет переброски войск...
Чиновник поднял руку, прерывая его на полуслове:
— Вопрос с войсками не решается за день или два, тут положена определенная процедура согласования.
Цюань Чжунтянь умолк.
Словно желая утешить его, чиновник подвинул к нему наполненную чашку:
— Зато доставка продовольствия и помощь медицинских лавок уже согласованы, соседние города всё подготовили.
Цюань Чжунтянь снова сложил руки:
— Благодарю господина посла.
Чиновник довольно улыбнулся и уже хотел сказать что-то еще, как снаружи донесся шум и гам.
Радостный возглас прорезал гул голосов:
— Цюань Чжунтянь, выходи!
Цюань Чжунтянь не мог представить себе никого другого, кто обращался бы к нему столь бесцеремонно.
Он отложил кисть, толкнул дверь и вышел на улицу. Как раз в этот момент Ю Яо вихрем влетел внутрь: глаза опухшие и черные, одежда не сменена, а на некоторых ранах, оставшихся без внимания еще со вчерашнего дня, проступила кровь.
Но всё это не имело никакого значения.
Ю Яо стремительно приблизился и наотмашь схватил Цюань Чжунтяня за руку:
— У меня есть идея.
Цюань Чжунтянь, который как раз собирался представить Ю Яо чиновнику, махнул рукой на все условности, поспешно захлопнул дверь и потянул гостя вглубь помещения, чтобы найти уединенное место для разговора.
Отоидя недалеко и убедившись, что вокруг никого нет, Цюань Чжунтянь тут же спросил:
— Какая идея?
— Я думал всю ночь: способ справиться с Чигуанем кроется в Северном Море. В те времена, когда мы воевали с Западным Краем, у нас был бессмертный чиновник, который мастерски владел расстановкой формаций. До Восхождения на Небеса он, кажется, был каким-то крупным военачальником. Тогда мы использовали его формацию, чтобы пленить божественного зверя. Не знаю, сработает ли это против Чигуаня, но попробовать стоит.
Цюань Чжунтянь спросил:
— Где этот человек сейчас?
Ю Яо ответил:
— За год до моего изгнания он добровольно отказался от статуса бессмертного, разрушил свою культивацию и отправился на Восточное Озеро жить жизнью простого смертного. В награду за заслуги ему даровали сто лет жизни. Если не произошло ничего непредвиденного, сейчас он все еще должен быть на Восточном Озере. Мое знакомство с ним было самым обычным, но я знаю, что на Восточном Озере есть храм, где его почитают. Поскольку он охранял те места, вряд ли он ушел далеко от своего храма, даже вернувшись в мир смертных. Я хочу взять людей и разыскать его.
Цюань Чжунтянь ответил коротко и решительно:
— Хорошо. Ступай. Кого возьмешь с собой?
Ю Яо немного поколебался:
— Судя по масштабам нападения чудищ, мне нельзя брать много людей. Тот Великий Герой Янь, что был в прошлый раз — пусть отправится со мной.
Цюань Чжунтянь кивнул:
— Возьмите с собой и У Юн, чтобы в дороге была взаимная поддержка.
Ю Яо согласился и, охваченный нетерпением, уже собрался идти собирать вещи, как вдруг повернулся и спросил:
— Глава зала, сможешь удержать город Сянлун?
Цюань Чжунтянь выпрямился во весь рост:
— Смогу.
Ю Яо было повернулся, чтобы уйти, но заметил проходящего мимо Лин Сина. Не успел он раскрыть рта, как Цюань Чжунтянь окликнул парня.
Потянув Ю Яо за рукав, Цюань Чжунтянь предложил:
— Возьмете с собой Трех Злодеев?
Ю Яо посмотрел на Лин Сина, потом на Цюань Чжунтяня:
— Они меня не послушают.
Цюань Чжунтянь нахмурился, кивнул Лин Сину и легонько толкнул Ю Яо вперед:
— Звезда Скверны, не желаешь ли отправиться в дальнюю дорогу вслед за своим хозяином?
Лин Син остановился, свернул в дверной проем, скрестил руки на груди и с загадочным видом уставился на них обоих.
От этого толчка Ю Яо едва не врезался в Лин Сина. Цюань Чжунтянь даже сам удивился, как легко он подался вперед — судя по всему, от прежней силы и впрямь почти ничего не осталось.
Ю Яо почувствовал себя неловко и торопливо выпрямился.
Цюань Чжунтянь сделал шаг вперед:
— Не забывайте, ваши судьбы связаны. Если с ним что-то случится, тебе тоже не сбежать.
Лин Син перевел взгляд на Ю Яо и, отвечая вроде бы на вопрос Цюань Чжунтяня, в упор всмотрелся в глаза Ю Яо:
— По-твоему, меня это волнует?
Цюань Чжунтянь едва не задохнулся от гнева, крепко сжав зубы.
Ю Яо встретился взглядом с Лин Сином. На юношеском лице постепенно проступала жгучая ненависть, воскрешающая их недавнее молчание на краю обрыва. Голос Лин Сина звучал глубоко и ровно, совсем не по возрасту зрело, и от этого веяло непреклонным давлением. Эхом отдаваясь в ушах Ю Яо, слова были наполнены слишком сильными эмоциями — казалось, от них обжигающе повеяло самым сокровенным.
Едва Лин Син умолк, как собрался уходить, но Ю Яо окликнул его:
— Пойдем со мной, оставайся рядом.
Лин Син посмотрел на него.
— Тогда и узнаешь наверняка, я это или нет. А если я — у тебя появится шанс действовать. Желающих ненавидеть меня и так хватает, но ближний круги всегда получают всё первыми. Неужели ты смиришься, если моя жизнь обойдется от чужой руки? Зачем ты вообще живешь, если не ради мести?
Лин Син вздрогнул, пораженный тем, как точно тот угадал его потаенные мысли.
Он промолчал.
Ю Яо поднял руку, легко похлопал Лин Сина по плечу и с озаряющей лицо улыбкой произнес:
— Малец, даю тебе шанс: кто первый успел, того и тапки.
С этими словами он заложил руки за спину и легкой, непринужденной походкой зашагал прочь.
Цюань Чжунтянь с тревожным сердцем наблюдал за разворачивающейся сценой.
Лин Син долго стоял на месте — казалось, прошла целая вечность.
Затем он тоже сделал шаг вперед и последовал за ними.
# Глава первая: Путешествие на Восточное Озеро
Глава 10: Покидая пределы Фэн Хоу
В путь.
Стоило Ю Яо оказаться на развилке дорог, как у него тут же заболела голова.
Цюань Уюн вел себя словно испуганный кролик: он отроду не уезжал так далеко от дома, и стоило подуть ветру или качнуться траве, как он тут же обнажал меч и испуганно озирался. Чуть зазевавшись, он швырял во все стороны пачки талисманов, а при малейшем камнепаде бросался бежать сломя голову, прятался где-нибудь в укрытии и оттуда кричал старшему соученику, чтобы тот был осторожен. И так повторялось бесчисленное множество раз, без малейших признаков улучшения.
Янь Лайсин же только задирал голову и заливисто хохотал: он смеялся, когда падал Цюань Уюн, смеялся над шутками Ю Яо, и даже когда Лин Син от нечего делать пинал камни у обочины, тот тоже смеялся, приговаривая, что юношеский задор хорош в любых странствиях. Человек он был чрезвычайно широкий душой и донельзя компанейский, так что даже когда остальные подтрунивали над ним, заявляя, что долгий смех — признак непутевой головы, он всё равно оставался доволен. На убийственную ауру, исходившую от Лин Сина, он вовсе не обращал внимания и до сих пор понятия не имел, какова истинная сила того парня.
Лин Син же доставлял куда больше хлопот. Повелитель Минхо и Цзяоляо остались защищать город Сянлун, но самый вредный попутчик увязался за ними. Лин Син открыто начал свое путешествие по проверке: действительно ли Ю Яо — это Цюань Цинфэн. Время от времени он устраивал мелкие пакости и то и дело создавал трудности. И ведь верно — каждый раз, когда Цюань Уюн пугался до смерти, за этим стоял лично Лин Син: то внезапный порыв мертвящего ветра, то внезапно покатившийся со склона валун, то густой туман, из-за которого они сбивались с пути.
В один из таких разев, когда Ю Яо брел сквозь пелену тумана, расслабленный и осоловевший, и чуть было не сорвался в обрыв, его в последний момент снова кто-то грубо дернул за шиворот назад. К тому моменту, как он окончательно пришел в себя, они уже давно шли по дороге, и даже график путешествия не сбился, не оставив Ю Яо ни единого повода для гнева.
К тому же Лин Син обладал силой, а Ю Яо был знаком с ним лишь поверхностно и к тому же нуждался в его помощи, так что ему оставалось лишь глотать обиду. Но Ю Яо не относился к тем, кто сидит сложа руки в ожидании гибели.
Они сделали привал по пути в каком-то постоялом дворе — после двух дней изнурительной скачки отдых был делом первостепенной важности.
Янь Лайсин, проявив крайнее гостеприимство, объяснил Цюань Уюну правила самостоятельного выживания в дороге. Младший соученик остался крайне недоволен: выслушав всё до конца, он тут же напустил на себя вид умудренного старшего:
— Брат Янь, тебе не стоит излишне беспокоиться. Если исчислять годы нашей культивации, я превосхожу тебя на добрых несколько десятков лет.
Янь Лайсин потрепал себя за нос и улыбнулся:
— Разумеется, природные задатки бессмертных практиков и впрямь необыкновенны.
Услышав столь вежливый ответ, совсем не похожий на язвительные речи, к которым он привык, Цюань Уюн почувствовал к нему немалую симпатию.
Не успел он подумать об этом, как явился тот самый обладатель ядовитого языка.
Ю Яо как раз расслышал слова Янь Лайсина о природных задатках и вставил свои пять копеек:
— Задатки-то и впрямь необыкновенные: возраст прет вверх семимильными шагами, а уровень культивации безнадежно отстает, даже если за ним на крыльях лететь.
Услышав такое, Цюань Уюн надулся, вскочил со скамьи и гордо удалился.
Поняв, что сморозил глупость, Ю Яо почувствовал неловкость. Он всё никак не мог привыкнуть к тому, что значит быть почтенным старшим. Рядом с Цюань Чжунтянем они привыкли подкалывать друг друга взаимно. С Лин Сином дело обстояло иначе: тот обычно пускал в ход кулаки, а Ю Яо — язык, так что в конечном счете никто не оставался в обиде. А вот младший соученик был слишком наивен, и Ю Яо мысленно занес его в список охраняемых видов.
Янь Лайсин же, выслушав колкость Ю Яо, отнесся к делу неожиданно серьезно и пристально посмотрел на него:
— Глава клана так сильно тревожится, и ему негде выплеснуть тоску?
Ю Яо:
— ……
http://bllate.org/book/36081/4474261
Готово:
